Искушение Драконьего престола

Глава 18. Виктория.

Практически весь остаток дня я не могу найти себе места, слоняясь из угла в угол. Мысли беспорядочно кружатся в голове, словно осенние листья, подхваченные ветром неопределенности. Получится ли воплотить в жизнь наш с Элдриком план, можно только надеяться. И молиться.

Интересно, какому божеству молилась Аделлея? В этом мире, полном магии и тайн, наверняка существуют свои пантеоны и верования. В любом случае, я уверена, что Валериан не молится никаким богам, его религия – власть и удовольствия. А Каэлан... с ним никогда не знаешь наверняка. Его душа будто запечатанное письмо, а глаза – зеркальная гладь, за которой скрываются бездонные глубины.

Я думала, что к концу дня император призовет меня к себе, ведь наш план уже должен быть в самом разгаре. Элдрик обещал рассказать необходимую информацию Миллендорфам. Разумеется, не всю, но достаточную, чтобы они решили, что с него больше ничего не получить. Однако солнце уже клонится к горизонту, окрашивая небо в пурпурные оттенки, а я по-прежнему сижу одна в своей комнате.

Волнение накатывает волнами, словно штормовое море. Как бы все не пошло прахом уже на этом этапе! А что, если нас раскусили? Что если Каэлан обо всем догадался и Валериан все знает? Эта мысль холодным лезвием впивается в сознание, заставляя сердце биться чаще.

Стены комнаты как будто сжимаются, окружая меня страхом, заряжая нервозностью. Воздух становится густым, почти осязаемым, давящим на плечи тяжелым грузом. Находиться тут становится все труднее, и я решаю прогуляться.

Я больше не пленница, моя дверь открыта, однако, разумеется, никто не позволяет мне делать все, что я пожелаю, да и стражник за дверью никуда не делся – молчаливый часовой моей относительной свободы.

Я выхожу, прося отвести меня в библиотеку. Если уж тратить время, то хоть с умом, а не бездарно съедая себя изнутри тревогами и сомнениями. Будет очень разумно разузнать об этом незнакомом мире хоть что-то. Информация – это оружие, а я сейчас нуждаюсь в любом возможном преимуществе.

В библиотеке тихо и пусто, словно в заброшенном храме знаний. Кажется, во дворце это не самое популярное место и, если вспомнить вечеринки Валериана с их бесконечными возлияниями и пустыми разговорами, это не удивительно. Придворные предпочитают пьянящий нектар власти и интриг сухим страницам древних историй.

Изучаю книги, придирчиво отбирая лишь то, что может мне пригодиться. Мои пальцы скользят по корешкам, останавливаясь на самых обещающих названиях: «Легенды и мифы», «Сотворение Офрейма», «Потомство Великого Дракона». Вот это все, пожалуй, подойдет. Устраиваюсь поудобнее в кресле, обитом темно-красным бархатом, принимаясь изучать добытые сокровища.

В последней книге я тут же натыкаюсь на генеалогическое дерево королевской ветви империи. Ветвистое древо судеб и власти, корни которого уходят в глубину веков. Оказывается, Миллендорфы не прямые потомки Великого Дракона, а побочная ветвь. Интересно. Теперь понятно, откуда у императора столько противников. Похоже, не каждый житель Офрейма принял эту коронацию, считая ее узурпацией истинного престола.

Крошечная деталь складывается в общую мозаику политического ландшафта этого мира.

Погрузившись в изучение, я не сразу замечаю, что мое уединение нарушено. Присутствие другого человека ощущается скорее интуитивно – легким изменением воздуха, неуловимым ароматом чего-то не совсем земного. Я понимаю это лишь когда вижу перед собой удивленного принца Каэлана. Его силуэт вырисовывается на фоне высоких книжных полок, словно фигура из другой реальности.

- Что вы здесь делаете? – спрашивает он, и в его голосе звучит искреннее удивление, будто он застал ночную птицу, летающую при свете дня.

- А что? – с вызовом интересуюсь я, стараясь скрыть внезапное волнение. – Чтение для меня под запретом?

- Нет, но не помню, чтобы ранее вы уделяли этому много времени, - в его словах скрывается тень подозрения, тонкая, как лезвие кинжала.

- Мне стало скучно, - как можно более невинно пожимаю плечами я, надеясь, что моя игра достаточно убедительна.

- И какой интересный выбор, - со значением говорит Каэлан, беря одну из книг в руки. Его длинные пальцы бережно касаются древних страниц, словно лаская их. – Вы заинтересовались историей Офрейма?

- Мне кажется, что вполне разумно интересоваться историей страны, в которой ты собираешься быть королевой, разве нет? – парирую я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно.

Взгляд Каэлана, как всегда, говорит слишком многое, чтобы понять, что именно. В его глазах отражается целый мир – тайны, подозрения, возможно, даже капля уважения. Они подобны глубоким озерам, в которых можно утонуть, пытаясь разгадать их загадки.

- Разумно, - соглашается он после паузы, которая кажется вечностью. – Но прежде вы не часто следовали этому слову...

В воздухе повисает невысказанный вопрос, словно тончайшая паутина между нами. Каэлан видит перемены, и я знаю, что должна быть осторожнее. Ведь за каждым моим словом и действием он ищет разгадку тайны, которую я не могу позволить ему раскрыть.

- Люди ме… - начинаю я.

- Да, люди меняются, - подхватывает тот. – Но достаточно редко, и обычно не столь быстро.

- Что вы хотите этим сказать?

- А что вы хотите этим сказать? – парирует тот.

- Лишь то, что вы сами говорили, что совершенно не знаете меня.

- Верно… - соглашается принц, наклоняясь прямо ко мне. – Кажется, я совершенно не знал вас прежде, Аделлея.И это лишь распаляет желание постичь...