Искушение любовью

Глава 15

Меланчук тяжело вздохнул.

- Вот про это я и говорю: у тебя на первом месте одни чувства и эмоции! И при общении с коллегами, и при общении с гостями. Ты вообще не анализируешь, что говоришь и что делаешь. Даже сейчас – вместо того, чтобы подумать головой и признать свою неправоту…

- Я никогда в жизни не признаю свою неправоту в этой ситуации!! – прокричала в ответ Люба, сжимая кулаки. – Никогда! То, что у вас сложилось обо мне неправильное впечатление, не даёт вам право обвинять меня в том, чего я не делала! Можете не засчитывать мне этот заказ в качестве уплаты долга! Мне плевать!! Хотите, вообще можете со мной контракт разорвать! Да я лучше квартиру продам, чтобы отдать этот чёртов долг, чем буду терпеть такое унижение…

- Успокойся! – грубо оборвал девушку Лис. – Заказ тебе будет засчитан, можешь не переживать на этот счёт. Я не снимаю ответственности с Панова и службы охраны, что они проморгали данный инцидент. Поэтому ты получишь дополнительную выплату за этот заказ в качестве моральной компенсации.

- Вы что, откупиться от меня хотите?! – воскликнула Люба, округляя глаза.

Меланчук раздражённо вздохнул, заворачивая во двор, где жила регистраторша. У него даже руки немного потряхивало от переполняющей злости.

И как он в таком состоянии по пути пару дорожных столбов не собрал, пока они орали друг на друга? Удивительно.

- Что тебя опять не устраивает?

- Не нужны мне ваши деньги! – хрипло проговорила Люба. Лис ожидал очередной порции крика, но вместо этого с удивлением заметил мокрые дорожки слёз, что стремительно катились по щекам девушки. – Вы даже представить себе не можете, каких усилий мне стоило находиться там и продолжать делать свою работу после того, что произошло! Общаться с ним, оказывать первую помощь после того, как он меня… Зачем мне ваши деньги?! Разве деньги могут стереть память? Заставить забыть о том, что мне довелось пережить этим вечером?!

Под конец своей тирады Люба всё-таки сорвалась на крик, но тут же спрятала лицо в ладонях, не сдерживая горьких рыданий.

Да вашу мать! Вот только женской истерики ему не хватало под конец дня!

Меланчук уже набрал в лёгкие воздуха, чтобы прекратить это показательное выступление, но Люба уронила свои руки на колени и резко обернулась к нему:

- Мне… мне было очень страшно. Я не помню, когда мне в последний раз было так страшно, как сегодня, - еле слышно проговорила она.

И почему-то эта фраза на грани шёпота, сказанная сквозь слёзы, прозвучала для него в разы громче всего, что с помощью крика пыталась донести до него Люба.

Да, нет. Не может такого быть! Ну не мог же он так фатально ошибиться? Тем более с его-то жизненным опытом по части женщин. Или всё-таки…

Лис моргнул, будто пытаясь прогнать наваждение и ту ужасающую мысль, что неожиданно атаковала его сознание. Но она уже пустила там свои корни и полностью завладела его разумом, заставляя признать очевидное.

Нет, всё-таки так сыграть невозможно!

Елисей изо всех сил старался отыскать хоть какую-то фальшь в том, что сказала девушка – в интонациях голоса, в её напряжённой и какой-то поломанной позе, потухшем затравленном взгляде. Но не находил.

- Не нужны мне от вас никакие деньги, - продолжила Люба, так и не дождавшись от него никакой ответной реакции на свои слова. – Всё, что я хотела это… хотя бы капельку человеческого участия. Сочувствия. Но я уже поняла, что вы на это неспособны.

Два глубоких синих озера её глаз смотрели на него в упор, сочетая в себе абсолютно несочетаемое – пламя, которое полыхало от гнева и негодования, и арктический северный холод, что выносил ему безмолвный приговор.

Чудовище. Бессердечное чудовище.

- Спокойной ночи! – бросила напоследок Люба, подхватывая с пола свою сумку и резко распахивая дверь машины. Чтобы выбежать в тёплую летнюю ночь и оставить его один на один с не самым приятным попутчиком, к приходу которого Лис оказался совершенно не готов.

Совесть. Чёртова совесть, которая решила заглянуть к нему на огонёк и сообщить замечательную новость: ты только что пополнил ряды мудаков, Елисей Николаевич. Тебе даже не пришлось особо напрягаться, чтобы вырвать у Панова пальму первенства и возглавить этот «почётный» список.

Любовь

Дура, господи, какая же ты дура, Люба! Вот и зачем ты раскрыла ему душу?! Что ты ему хотела доказать??!

Такие, как Елисей Меланчук, рождаются с осознанием, что они всегда и во всём правы и что им в этой жизни можно всё! Унизить, растоптать и посмеяться над чувствами другого человека – для таких, как он, это также естественно, как дышать!

Нет, к чёрту этот договор! Лучше уж реально продать квартиру и выплатить долг, чем терпеть подобные нападки в свой адрес!

Если для Елисея такое поведение – это часть веселья, на которое он рассчитывал, заключая со мной договор, то у меня для него плохая новость. Я такое веселье не вывожу!

На автомате прощаюсь с владельцем агентства, подхватываю свалившуюся на пол сумочку и пулей вылетаю из машины.

Но уже практически дойдя до своего подъезда, я слышу, как мне в спину доносится ненавистный голос.

- Люба, подожди!

Едва не спотыкаюсь от таких слов и будто врастаю в землю, не в силах сделать и шага по направлению к дому.

Ты просто переработала, Люба. Это слуховая галлюцинация. Так бывает после сильного стресса. Просто вспомни, как тебе мерещился первое время голос папы, когда его не стало…

Но слуховая галлюцинация оказывается очень даже осязаемой – горячие пальцы обхватывают моё предплечье и разворачивают к себе.

- Люба, мне очень жаль, что тебе пришлось это всё пережить, - говорит незнакомец, который как две капли воды был похож на мужчину по имени Елисей Меланчук.

Но этого мужчину я не знаю. Совсем не знаю!

Потому что он притягивает меня к себе и на несколько мгновений крепко сжимает в объятиях.

Прикрываю глаза, пытаясь совладать со свалившейся на меня новой реальностью, но с каждой секундой она уплывает от меня всё дальше и дальше.