Искушение мага. Запретный плод сладок

Глава 27

– Всё это кажется странным… – тихо произнёс Анкельс, озвучив мои собственные сомнения, пока мы спускались в глубины подземелья. – Академия всегда казалась мне одним из самых безопасных мест в Энгорсе. Ну, если не брать в расчет смертельные случаи на практических занятиях.

Я промолчал. Было очевидно – всё происходящее не случайно. Мы подошли к повороту коридора, ведущего всё глубже в мрачные катакомбы.

Я снял со стены факел. Дерево хрустнуло под пальцами, как старая кость, но огонь под моим взглядом вспыхнул живо. Анкельс, немного помедлив, сделал то же самое. Пламя отбрасывало дрожащие тени на стены, превращая своды в живую, искаженную маску. Мы двигались медленно, прислушиваясь к каждому скрипу, эху шагов и едва уловимым шорохам в темноте.

– Два года назад, помнишь? – прошептал он, словно боясь нарушить тишину, – Великие Часы вдруг начали идти вспять.

Я кивнул. Академия стоит здесь столько, сколько помнят летописи. Построена вскоре после возведения Завесы. И по легенде, именно тогда на главной башне установили Часы. Они никогда не работали. Просто висели, как странный символ – украшение, застывшее во времени.

Часы пошли, когда я ещё был на Границе – командиром отряда подавления нечисти из-за Завесы. Даже туда, в глушь, в самую гниющую плоть королевства, докатился этот гул. Будто сама земля содрогнулась. Никто тогда не понял, что произошло. Но мы чувствовали: что-то сдвинулось.

Потом пришли вести. Великие Часы вдруг пошли, и не просто пошли, а обратили ход вспять, словно отнимая прожитое время. По миру поползли слухи. О пророчестве. О бедствиях. О войне. Я не верил в это. У нас тогда и без конца света хватало врагов.

Но в Энгорсе испугались. Совет принял решение. Тихо, почти буднично. Меня вызвали из рейда и направили в Академию – обучать военному искусству.

Со мной пошёл Анкельс. Он был моей правой рукой на Границе, заместителем. И если уж мне придётся возиться с юнцами, пусть рядом будет тот, кто умеет улыбаться даже перед лицом хаоса. А с ним – легче держать себя в руках.

Прошло два года. Мир не рухнул. Да, тревога осталась в людях, но стала чем-то привычным. Как больная нога, на которую всё равно наступаешь.

Но последние полгода… Завеса стала рваться всё чаще. В тех местах, где её держали веками, начали появляться трещины. Слишком много прорывов. Слишком мало времени. И слишком много совпадений.

Совет снова собрался. На этот раз без промедлений. Было решено набрать экспериментальный курс. Маги с неоформленной силой, те, кто только-только начинал понимать, на что способен. Тех, кого раньше никогда бы не подпустили даже к боевой подготовке. Но теперь… теперь они были нужны. Каждый.

Я был среди тех, кто считал пророчество пустыми суевериями. Верил, что судьбу можно переписать. Но теперь… Теперь я не так уверен.

– Вот, смотри! – Анкельс остановился, указывая на пол.

Я присел, опустив факел ближе к полу. Свет выхватил багровые капли крови на сером камне, уходящие дальше по коридору.

– Где след заканчивается? – спросил я.

На Границе Анкельс был непревзойденным следопытом. Надеюсь, он не растерял навыки за годы, проведенные в стенах Академии.

– Тут недалеко, идем.

Мы прошли ещё два поворота. Тьма сгущалась, потолок опускался ниже, а воздух становился тяжелее. След из кровавых капель внезапно оборвался. Мы остановились на развилке – три пути, три одинаково тёмных тоннеля.

– Куда желаете пройти сначала? – спросил он, поднимая брови с напускной легкомысленностью. За этой маской он часто скрывал настоящие эмоции.

– Направо. Этот путь мне хотя бы немного знаком. Там дальше большой зал.

Мы свернули. Тишина давила, как одеяло из свинца. Лишь редкие капли воды нарушали её. Пахло сыростью. Ветер – нет, скорее сквозняк – пробежал по ногам, холодный и липкий.

– Кто он был, этот студент? – пробормотал я. – С кем общался, откуда родом? Что сказали родителям?

– Он из приюта. Сирота. – Голос Анкельса был хриплым.

Я остановился.

– Значит, его никто не будет искать.

– Удобно, да?

Мы молча шли дальше. Время шло. Факелы начали чадить – затухающее пламя давало слишком много дыма. Пришлось заменить их огоньком, который я сотворил в руке.

Прошло пару часов. Или больше. Мы бродили по бесконечным коридорам, рискуя заблудиться. Когда мы уже отчаялись что-либо найти, Анкельс вдруг резко остановился, присел и уставился на землю.

– Великая Прайда… – прошептал он. – Это же цветок теневой травы!

Я опустился рядом. На земле лежал смятый бутон. Я сразу узнал его – длинные фиолетовые нити, впитавшие тьму.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – спросил Анкельс, поднимая смятый цветок на уровень глаз.

– Кто-то раскупил всю теневую траву…

Мы переглянулись.

– Нет, здесь точно без бутылки не разобраться! – Анкельс поднялся. – Если замешаны темные ритуалы, то дело принимает еще более серьезный оборот.

Я промолчал. Теневая трава – не только для безобидного Тенебриса. Это ключевой ингредиент для нескольких сложных ритуалов. Еще бы вспомнить, каких! И снова все сводилось к королевским архивам…