Искушение недотроги. Ставка на темного ректора

Глава 2

Вечер. Солнце медленно склонялось к кронам огромного фруктового сада академии. Стоя у окна, я наблюдала за группами студентов, гуляющих по широким тропинкам между кустарниками. Не то чтобы я мечтала оказаться среди них, но меня часто одолевало одиночество, и хотелось поговорить хоть с кем-нибудь. Но, увы, подруг так и не нажила.

Обернувшись, я сделала глубокий вдох и прошлась по комнате. Аукцион уже завтра, а я так и не придумала, как выяснить, какой лот будет у профессора «Зелий и ядов».

Прикрыв глаза, собралась с мыслями. Самый верный способ это выяснить — прогуляться до кабинета ректора О’Дая. Но... Нет, даже не так... Но!

Как попасть в него и найти на столе нужную бумагу?

Да, это просто неосуществимая затея. Шансы нулевые, но отступить и проиграть, даже не начав торги?

Нет, я так не могла. Уж слишком быстро начинало биться мое сердечко при виде учителя Арлиса.

Такой красивый, благородный и умный.

Ноги сами понесли меня из комнаты. Нельзя так просто проигрывать. Я должна хотя бы раз обратить его взгляд на себя. Чтобы не просто бегло взглянул, а сумел рассмотреть. Оценить.

Что я теряла? Ничего! А приобрести могла многое!

Крадучись по коридорам академии, я боялась нарваться на кузину. Ей наверняка пришла та же светлая идея, что и мне. Она не может знать нужный лот, но, чтобы мне подгадить, пойдет на любую низость и пролезет к ректору О’Даю.

Тяжело вздохнув, я завернула за угол и направилась к лестничному пролету. Пока поднималась, от волнения таращилась на портреты предыдущих ректоров. Все мужчины взрослые, из богатых родов. Сидят за огромным дубовым столом. Перед некоторыми стоят тарелочки с фруктами. В животе заурчало. Нужно было сначала в столовую сбегать, перекусить. А то на такое важное дело и голодной.

Тряхнув головой, я заставила себя не смотреть на виноград и спелые яблочки.

Поднялась наконец на нужный этаж и увидела, что сегодня здесь прямо людно. И главное, одни студентки. Стоят стайками, двери подпирают.

Скользнув по ним взглядом, зло цокнула. Мариса со всеми своими почитательницами.

Кузина заметила меня и хищно усмехнулась. Вот гадина. Нет, ну просто невозможная мерзавка.

— Интересно, чего это ты сюда явилась? — она пошла ко мне, привлекая к нам внимание.

— А ты? — не осталась я в долгу. — Ну точно не за вопросами к экзамену по некромантии.

— Вот бы твой папенька огорчился, узнав, куда ты тратишь его наследство. Аукцион. Ха!

— А дядя знает, что ты в него вписалась? Так-то я невеста с приданным посолиднее твоего, Мариса. Тётушка вообще знает, куда ты лезешь? Или мне написать ей и всё рассказать? Я-то сирота, мне, как ни крути, а самой впору думать о своем будущем. А ты у нас с каких пор такая самостоятельная?

Она стушевалась. Видимо, я попала в цель. Мариса ничего не сказала отцу, и тот весьма удивится, когда увидит, куда его дочурка потратила золотые монеты. И немало.

— Сегодня же тётушке напишу и доложу о тебе!

— Не посмеешь, — зашипела она.

— Еще как посмею, — я подошла к ней ближе и буквально выдохнула на ухо. — Но сделаю это так, что она получит письмо после аукциона. Чтобы были готовы к чеку от императорского двора. А после я очень посмеюсь, когда тебе, и без того не самой завидной невесте, урежут приданое именно на эту сумму. Пора бы уже взрослеть. Но раз ты не можешь сама, то я тебе немного помогу.

— Я заполучу профессора Арлиса! — зашипела она змеей.

— Один бал не сделает тебя его невестой, Мариса. Ты просто просадишь деньги отца. И он будет ой как не рад. Но дур нужно учить, иногда словом, а порой и делом. И ты сначала выясни, под каким лотом скрывается Анрэ, а уже потом празднуй победу.

— Ты жалкая бродяжка, которую приютили мои родители.

— Я обеспеченная племянница твоих родителей. Прочувствуй наконец разницу и смирись с ней.

— Анрэ будет моим! Все, о чем ты мечтаешь, будет принадлежать мне! — в ее глазах появилось некое безумие.

— Страшно, наверное, жить чужими мечтами. Или ты настолько тупая, что не способна сама выбрать мужчину? Тебе всю жизнь нужно было то, что в руках других. И ладно бы еще лицом удалась. Но нет же. Так, глупая серая посредственность, — припечатала я ее. — Ни красоты, ни ума, ни магии.

Я понимала, что больно топчусь по ее самолюбию, но и я же не железная. Сколько лет ее терпеть? Все эти придирки, откровенную ненависть. И ладно бы причины были. Но нет же. Банальная зависть.

— Что же, Мариса, охраняй дверь ректора в надежде на чудо. Только вот может получиться так, что мне через месяц другой мужчина приглянется. И вот думаю, а не сотрешь ли ты пятки до колен, бегая, как собачонка, за всеми, кому я улыбнусь?

— Презираю! — выдохнула она. — Тебе не место в нашей семье.

Усмехнувшись, я развернулась и пошла в сторону лестницы. Нет, я всегда знала, что она так и не смирилась, что меня приняли. Что нарядов и лент для волос ей стали покупать в два раза меньше. Что сравнивали нас.

И не всегда это сравнение было в ее пользу.

Но мы давно выросли. Дороги могли бы разойтись настолько, что никому бы и в голову не пришло ровнять кузин.

Но нет же.

Желание унизить и раздавить меня в ней укоренилось настолько, что стало каким-то безумно болезненным, крайне нездоровым.

И, чего скрывать, слегка пугающим.

***

Я шагнула на первую ступеньку и замерла. Навстречу мне поднимался ректор. Подняв голову, он откинул прядку волос, ниспадающую ему на глаза, и неожиданно улыбнулся. Я и раньше подмечала его интерес. Если к остальным студенткам он всегда обращался строго по родовым именам, то ко мне иногда просто — Кейтлин.

— И что же вы здесь делаете? — уголки его губ приподнялись выше. — Успокойте мое сердце и скажите, что вам нужен перечень вопросов к экзамену, до которого еще два месяца.

Казалось, он смеялся надо мной.

Поджав губы, я вдруг сообразила, что просто не могу солгать. Он пугал меня, и в то же время я испытывала к нему глубокое уважение.