Испорченный для Заучки

1 глава

— Катерина Сомова! — услышав, что меня кто-то зовёт, оборачиваюсь. Алевтину Владимировну замечаю не сразу. Голос у неё после болезни слишком хриплый, поэтому я по нему её и не узнала. — Подойди, детка! — преподавательница машет мне рукой. Этим жестом просит, чтобы я подошла к её рабочему столу. — Помоги мне разобраться, пожалуйста.

Преодолевая не слишком большое расстояние между нами, подхожу к пожилой женщине, становлюсь чуть позади неё.

— Я просила не трогать мой компьютер, — нет, всё равно залезли и переустановили мне программу, — начала причитать женщина. — А я теперь не могу файлы собрать в кучу. Посмотри, какой бардак! — Смотрю на многочисленные иконки, разбросанные по всему монитору. — Мне их теперь заново все нужно по датам расфасовать. Да я этим год заниматься буду! И ещё хорошо, если всё-таки разберусь. Наш ректор сказал, что там делов на пять минут. Как всегда, издевается над пожилой женщиной.

Вообще, Алевтина Владимировна является супругой нашего ректора. Он у нас мужчина, с одной стороны, серьёзный, а с другой — над нашим учителем по высшей математике он порой действительно подтрунивает.

— На это в самом деле нужно время, — вижу, как у преподавательницы хмурится взгляд. — Давайте я вам сейчас сделаю несколько папок, подпишу по темам и разбросаю по ним файлы. А вы уже потом сами потихонечку по датам распределите.

— Хорошо, Катерина, давай. Хоть беспорядка не будет, и то хорошо! Я сейчас среди этого всего не найду материал, который должна вам дать сегодня, — с этими словами женщина встаёт со своего места и показывает мне, мол, садись.

К преподавателю как раз подошли старшекурсники. На них я не обратила никакого внимания, уселась и уставилась в монитор. Мне приходится очень сильно щуриться. То отдаляться, то приближаться к монитору, потому что я без очков.

Очередной домашний скандал слишком сильно затянулся. Отец снова пил и до утра никому не давал спать! Я на учёбу буквально сбежала и забыла очки дома.

Едва ли не на ощупь из длинного списка нашла нужную мне строку. Сначала выделила файлы, переместила их в папки, и только потом решила подписать всё.

У меня сейчас голова очень сильно кружится. Закрывая собой младшую сестрёнку, я схлопотала от отца сапогом по голове. И сейчас я не могу сосредоточиться даже на элементарном.

Надеюсь, мы сегодня не слишком много будем решать. Я, конечно, постараюсь всё очень внимательно записывать, а разбирать буду дома, потому что на данный момент голова у меня совершенно не работает, и подписываю я папки скорее на “автопилоте”.

“ папка 1 ленейная формула”

“ папка 2 Элементы векторной алгебры”

“ папка 3 Аналитическая геометрия”

“ папка 4 Линии второго прядка”

— Заебись, блядь! — слышу негромкий хрипловатый голос старшекурсника над своим ухом. — Ладно, у тебя прядка вместо пОрядка, так ещё и лЕнейная! Ты вузом точно не ошиблась? — Меня будто током прошибает. Я словно в замедленной съёмке наблюдаю за тем, как огромный, словно скала, парень наклоняется едва ли не через мою голову и, грубо отобрав у меня из рук мышку, ставит курсор в нужное место, исправляет за мной ошибки.

Я краснею до корней волос. Вот я бестолочь! Как могла допустить столь глупые ошибки?

— Я не… — теряюсь, даже не знаю, что сказать, как оправдаться? Не то чтобы я считала себя суперграмотной. У меня бывают проблемы с русским языком, но это больше по невнимательности, когда не выспалась или слишком загружена была работой. Ну или после очередного избиения, вот как сейчас.

— Иди отсюда, грамотейка!

От стыда и неловкости спотыкаюсь на ровном месте и едва не падаю. Я скорее почувствовала, как парень, что занял моё место, посмотрел на меня как на ничтожество.

— Кать, ты чего? Что этот красавчик тебе сказал? — как только я вернулась на своё место, на меня с расспросами тут же налетела Люба.

— Да, я там… — ага, давай, Екатерина, скажи ей. Дай повод! — Ничего не сказал.

— Это новенький старшекурсник с четвёртого курса, да? Красавчик вообще! — не поспоришь, конечно. Действительно, очень красивый парень, но радости по этому поводу со своей подругой я не разделяю.

— Я не знаю. Наверное. Я раньше его не видела никогда.

— Ты сегодня заторможенная какая-то, нет?

— Есть немного, — стараюсь говорить уже более бодро.

— Что-то случилось?

— Просто плохо спала, — теперь уже мой голос прежний, хотя внутри всё тот же жуткий раздрай.

— Дамы и господа, прошу вашего внимания! — громкий басистый голос только что вошедшего ректора в считанные секунды воцаряет в нашей аудитории полнейшую тишину. — Все вы в курсе той непростой ситуации, которая сложилась в нашем вузе! Сразу три преподавателя серьёзно заболели, поэтому физика и математика какое-то время будет проходить совместно с четвёртым курсом.

По нарастающей аудитория начала оживать полушепотом, шуршанием и негодующими вздохами. Хотя по отдельным довольным лицам было видно, кому-то эта идея очень даже нравится.

— Да, я понимаю, это будет достаточно сложно, — продолжил Андрей Евгеньевич. — Первый курс явно не дотянется до четвёртого, и вы в свою очередь можете тянуть без пяти минут выпускников назад. Мы всё это понимаем и уверяем, решение далось нам нелегко. Но вы все тут присутствующие взрослые люди, и не можете не понимать: физика и математика — не те предметы, которые стоит запускать в выбранной вами профессии. Ещё я прошу отнестись с пониманием к учителю. Алевтину Владимировну время от времени будет заменять Павел Григорьевич.

— Придушите меня, — всё же не удерживаюсь я от реплики. Но, разумеется, буркнула я это себе под нос.

— Ой, Сомова, — Леся, что сидит позади меня, всё же услышала. — Ты умничай поменьше, и он не будет обращать на тебя внимания.

Оставляю реплику сокурсницы без внимания. Я и так молчу, когда Павел Григорьевич читает нам какие-либо лекции. Но он почему-то всё равно будто специально выводит меня на диалог, в процессе которого не упускает возможности всячески поддеть меня. Всё это глупости, конечно, вот только не всё в моей группе это понимают, и обязательно находятся те, которые говорят, будто бы это я, выскочка, и всё внимание симпатичного профессора намеренно переключаю на себя.