Исповедь Жены. Цена семейного счастья

Глава 1

Знаете, что хуже всего в шесть тридцать утра? Нет, не будильник – у меня его нет, я встаю по привычке. Хуже всего – это проснуться от ощущения, что КТО-ТО на тебя смотрит. Причём смотрит не двумя глазами, как нормальные люди. А восемью!

Открываю глаза.

На подушке, в десяти сантиметрах от моего носа, сидит Борис Борисыч собственной персоной. Тарантул. Размером с пельменницу. Мохнатый. И смотрит!

```

ПАУК!

На подушке!

СМОТРИТ!

Восемь глаз!

Не моргает!

Я тоже!

Конкурс гляделок!

Кто первый?

Он шевельнул лапкой!

Я ЗАОРАЛА!

```

– АААААА! МАКСИМ! МАКСИИИИИМ!

Вскакиваю с кровати. Точнее, пытаюсь вскочить. Но наступаю на что-то длинное, холодное и живое.

Анатолий Шнурков! Питон! На полу! Рядом с кроватью!

Питон обиженно зашипел и начал сворачиваться в клубок. А я, пытаясь не наступить на него второй раз, прыгаю на одной ноге, размахивая руками как ветряная мельница.

И тут сверху что-то приземляется мне на голову!

Семён Семёныч! Енот! С моими вчерашними трусами в зубах! Кружевными! Которые я специально купила на случай... а, неважно!

– Семёныч! Слезь немедленно!

Енот вцепился в волосы и не слезает. Трусы болтаются перед носом как знамя позора.

В комнату заходит Максимка. В пижаме с молекулами ДНК. Протирает очки. Спокойный как удав.

– Тётя Марина, зачем ты кричишь?

– Зачем кричу?! ЗАЧЕМ КРИЧУ?! Максим, на мне енот! В трусах! Моих трусах! Паук на подушке! Питон на полу!

– Это нормально. Они исследуют территорию. У животных утренняя активность повышена.

– Максим! Забери свой зоопарк!

– Тётя, это не зоопарк. Это научная экосистема для изучения межвидового взаимодействия в условиях ограниченного пространства.

– В условиях МОЕЙ СПАЛЬНИ!

– Временно. Борис Борисыч просто интересуется твоими феромонами.

– Моими ЧЕМ?!

– Феромонами. Химическими сигналами. У тебя, кстати, повышенный уровень кортизола. Это гормон стресса.

– Ещё бы он не был повышен! У меня паук в кровати!

– Технически, он НА кровати, а не В кровати.

– МАКСИМ!

Енот тем временем решил, что с головы пора слезать. Спрыгнул на пол. Но трусы не отдал! Побежал с ними к двери.

– Семён Семёныч! Стой! Верни белье!

– Тётя, у енотов клептомания – это инстинкт. Они собирают блестящие и интересные предметы для гнезда.

– У меня кружевные трусы – это не материал для гнезда!

– Для него – материал. Кстати, он вчера ещё три пары унёс. Нашёл в корзине для белья.

– ТРИ ПАРЫ?!

– И лифчик.

– Мама дорогая!

Барсик в этот момент выглянул из-под кровати. Посмотрел на меня с таким презрением, будто я специально устроила этот бардак. Фыркнул и ушёл на кухню. Единственный нормальный в этом доме!

******

Кухня. Я в халате, с чашкой кофе, пытаюсь прийти в себя. Борис Борисыч переехал на люстру в гостиной. Питон греется на батарее. Енот где-то в вентиляции – слышно, как гремит. Хорёк спит в стиральной машине – обнаружила, когда хотела постирать простыни. Игуана на подоконнике доедает остатки герани. Попугай Жора...

А вот попугай – это отдельная песня! Орёт так, что слышно через перекрытия!

– ВСТАВАЙ НА ...! ВСТАВАЙ! ПОРА НА РАБОТУ, ...!

Звоню подругам. Конференц-связь – наше всё.

– Девочки, спасите! – говорю в трубку.

– Что случилось? – Ленка сонная.

– Зоопарк случился! Я проснулась с пауком на подушке!

– С кем?! – Светка сразу оживилась.

– С ПАУКОМ! Тарантулом! А енот мои трусы спёр!

– Какие трусы? – это Галка подключилась.

– Кружевные! Все! И лифчик!

– О! – Валька проснулась. – Это знак! Енот готовит гнездо для любви!

– Валь, какая любовь?! У меня тут ад!

– Марин, вызови мужика! – практичная Светка.

– Какого мужика?

– Любого! Сантехника там, электрика... Пусть поможет!

– Чем сантехник поможет с енотом?

– А ты сначала вызови!

– Девочки...

– Марина! – Ленка строго. – Звони в ЖЭК! Скажи, что у тебя авария!

– Какая авария?

– Придумай! Засор! Потоп! Что угодно!

– Но..

– ЗВОНИ!

Они отключились. Вот подруги! Бросили в беде!

Ладно. Набираю ЖЭК.

– Алло, диспетчерская?

– Слушаю вас, – сонный женский голос.

– У меня тут... это... проблема.

– Какая проблема?

– В вентиляции... засор.

– Что засорилось?

– Енот!

– ...Что?

– ЕНОТ В ВЕНТИЛЯЦИИ ЗАСТРЯЛ!

– Женщина, вы пьяная?

– Я трезвая! У меня реально енот в вентиляции!

– Мы енотов не обслуживаем.

– А кого обслуживаете?

– Трубы, краны, засоры...

– Так у меня засор! Енотом!

Долгая пауза.

– Ладно. Сантехника пришлём. Квартира?

Диктую адрес.

– Гена придёт. Минут через двадцать.

Гена? Ну хоть кто-то!

Звонок в дверь.

Открываю. На пороге мужик. Лет под пятьдесят. В рабочем комбинезоне. С ящиком инструментов. И с лёгким запахом перегара.

– Чебурашкин Геннадий Петрович! Сантехник! Где засор?

– В вентиляции.

– Вентиляция – это не ко мне. Это вентиляционщики.

– Но мне сказали, вы поможете!

– А что там?

– Енот.

Гена замер. Прищурился. Принюхался.

– Трезвая вроде... Какой енот?

– Живой! Настоящий! Полосатый!

– Марья... э-э...

– Марина Борисовна.

– Марья Борисна, вы это... того... лечитесь?

– Я не сумасшедшая! Идёмте, покажу!

Веду его в ванную. Вентиляционная решётка снята (Семёныч сам открыл, умный зараза). Из вентиляции торчит полосатый хвост.

– Вот! Видите?

Гена присвистнул.

– Ёлки-палки! И правда енот! Откуда?

– Племянник привёз. Для научного проекта.

– Научного?! Это ж... это ж... А он кусается?

– Не знаю! Вчера только привезли!

Гена почесал лысину.