Исправительный замок Штайнбетт

Пролог

— Осуждённая номер сто двадцать три, у вас было имя до того, как вам назначили наказание?

Тёплый сентябрь был на удивление солнечным и сухим. Свет из стрельчатого окна ослеплял Наташу и не позволял ей рассмотреть того, кто обратился к ней. Стоя на коленях, она лишь видела его дорогие кожаные сапоги, метящие носиками прямо ей в лицо. Будто пленницу держали на прицеле.

Её привели в это тёмное помещение, которое было слишком скромным, чтобы стать камерой пыток, и слишком мрачным, чтобы сгодиться под кабинет. Тем не менее, сбоку стоял резной массивный стол, а вдоль стен — стеллажи со старинными книгами.

— Да. Меня звали Наталья. Но можно просто Натали, — тихо произнесла она, опустив голову. События последних двух недель научили её покорности, ведь только это могло обеспечить девушке выживание. Её некогда бойкий нрав остался в прошлом, теперь она — лишь одна из многих пленниц замка, который вряд ли находится на официальных картах.

— Это я решаю, что здесь можно, а что нет, — спокойно ответил мужчина, сидевший в большом кресле с высокой спинкой. В интонации его сквозила угроза. Его слово было законом на этой территории, и словечки, которые Наташа использовала в прежней жизни, противоречили ему.

— Простите, — поспешила сказать она и опустила голову.

Вот-вот станет ясна причина, по которой девушку пожелал видеть герр тефан. Несколько дней она находилась в подчинении у некоего Вильгельма, хозяина огромной фермы, которой, казалось, нет ни конца, ни края. И тут такой поворот: экстренные сборы, долгий путь до огромного замка, тщательные приготовления с участием пяти служанок, которые выщипывали ей волосы на ногах (причём допотопным пинцетом, будто для них не существовало эпилятора), завивали волосы, а затем заставили её влезть в странное белое платье… прямо на голое тело.

— Натали, я хочу, чтобы вы разделись.

Очередной унизительный приказ (а это был именно приказ, а не просто озвученное желание) вовсе не удивил девушку. Голой её в последнее время видели десятки людей, и собственное тело перестало казаться чем-то сокровенным. В этом месте женщина была средством для утех и продолжения рода, а вместе с тем и прислугой, которую можно было отправить батрачить куда угодно. Границы определялись только выносливостью женщины.

Без всяких возражений Натали поднялась на ноги, завела руки за спину, чтобы развязать шнуровку и кое-как сняла с себя платье. Оно упало к её ногам, будто девушка стояла на кучке нерастаявшего снега.

— Повернитесь, чтобы я вас рассмотрел.

Топая по лоснящейся ткани, Наталья показала Господину своё тело.

— Признайтесь, вы ведь проходили особую подготовку? Шпионок в вашей стране, видимо, растят с малых лет.

— Я не понимаю, о чём вы! — взмолилась Наталья, прикрыв руками грудь. В помещении было прохладно, отчего соски на аккуратной груди заострились, будто обороняясь. Узкая талия плавно переходила в округлые бёдра, а накачанные ягодицы походили формой на бок какого-то сочного фрукта.

— Ваше тело не похоже на то, какое бывает у обычных домохозяек. Ваши мышцы явно крепче, чем у других женщин. Ясно, что вы были подготовлены к нападению и возможному побегу, Натали. На кого вы работали? Это как-то связано с ведьмовством?

Никаким шпионом Наташа не была, как и ведьмой. Она всего лишь русская студентка, которая три года готовилась к подаче документов и учила чужой язык, чтобы поехать на учёбу в Германию. В Европе ей назначили хорошую стипендию, и она сняла себе небольшую квартиру в пригороде Мюнхена, в милом трёхэтажном доме, по соседству с которым расположился пруд.

Три раза в неделю она ходила в спортзал, где и заработала себе крепкую задницу, аккуратные плечи и руки, стройные ноги и силу воли. У мужчин её упругое тело вызывало восхищение, у женщин — зависть. Но герр Стефан был первым, кого оно наводило на столь странные подозрения. Всё здесь было странным, но главной загадкой оставалось то, как Наталья вообще попала в это проклятое место!

Оно выглядело, как средневековый замок, обжитый людьми середины двадцатого века. В замке, как и во всех помещениях вокруг, было электричество, а по улицам разъезжали машины, которые в привычном Наталье мире назывались «ретро-карами». Но это не казалось чем-то фантастическим, это не было чем-то далёким от привычного ей мира, отчего происходящее не укладывалось в голове. То, что она видела вокруг, могло найти место и в том мире, который она помнила. Абсолютно чуждыми были только взгляды, присущие людям, населяющим земли вокруг замка Штайнбетт.

— Господин, я не шпион! Я простая студентка!

— Там, откуда вы родом, женщины получают образование? Я имею в виду, светское, а не колдовское, — слегка подался вперёд мужчина. Натали смогла рассмотреть чёрную щетину на его лице, а также тяжёлые темные брови. На нём был чёрный китель с отложным воротником, по краю которого шла золотая окантовка.

— Светское! Только светское! У нас… у нас уже давно считают колдовство пережитком! Я… я могу рассказать вам о месте, откуда я к вам… эм… попала! Только прошу, освободите меня от наказаний!

Смех господина наполнил небольшое помещение, в котором даже деревянная мебель не добавляла уюта. А массивная дверь за спиной словно прижимала девушку к её неминуемой участи. Она всё сильнее обнимала себя руками, уже не пытаясь прикрыть лобок, волосы на котором служанки почему-то не стали трогать.

— У меня на вас другие планы, Натали! Я уже понял, что вы здоровая и умная женщина. Последнее, надо сказать, скорее вредит слабому полу, чем помогает. Но мне вы будете крайне полезны в качестве… моей четвёртой жены.

Она могла воскликнуть «что?!», но промолчала. Потому что сама всё прекрасно слышала. В мире, где она жила, многожёнство было под запретом. Конечно, она знала, что на свете есть регионы, где это до сих пор практикуется, но столкнуться с подобной практикой в месте, которое кажется цивилизованным как минимум с визуальной точки зрения, не ожидала.