Исправленному не верить

Глава 21. Часть 1.

- Признаться, я уже опять заскучала, - лениво протянула девушка, - да и вообще рассчитывала немного на другой приём.

Чёрные глаза присутствующих в зале демонов всё ещё были расширены от непонимания происходящего, но после этих слов в них заплескалась лёгкая примесь иных, куда более терпких и знакомых им, чувств. Лишь природная осторожность останавливала их от мгновенной атаки и заставляла дождаться более благоприятного момента для нападения.

- Надо же, ваше стремление сохранить собственную жизнь столь... похвально, - медленно проговорила Мира, гипнотически смотря на присутствующих.

Те, к кому она обращалась, буквально зашлись от ярости и негодования, а парочка из них даже раздражённо сплюнула на землю, но никто так и не рискнул действовать, продолжая завороженно глядеть на то, как девушка то ли брезгливо, то ли презрительно морщила носик.

- Да уж, не то поколение... Обмельчали... - продолжала она, держа крепкой хваткой внимание высших, словно последние были марионетками, а их нервы надёжно пришитыми к её пальцам нитями.

Наблюдая за происходящим, Адриан взял бокал недрогнувшей рукой, поднёс его к губам и отпил небольшим глотком холодного вина, получая странное удовольствие от яда, что щедро подсыпала девушка в души демонов. За срок, что он провёл рядом с Мирой, у него действительно выработалась привычка сдерживаться. В этом она была права.

Отвлекшись на какую-то диковинную сущность, похожую на тёмную тень, что блуждала под потолком, он пропустил очередную колкость, хлестнувшую по лицу высших настолько, что часть из них не выдержала окутавшего их рассудка мрака, сорвалась с места и, словно раненые звери, кинулась в сторону Миры, тогда как на лица остальных демонов легла отвратительная печать предвкушения скорого зрелища и расправы над слабым. И им было абсолютно неважно, кто победит.

Внешне мужчина сумел остаться невозмутимым, однако бокал в его руке хрустнул, а он сам заметно качнулся вперёд, увлекаемый желанием прийти на помощь.

Остановить его смог раздавшийся хохот Миры:

- Только не вздумайте поддаваться, как тот шут, что сидел на троне! - крикнула она, не шевелясь и подпуская ближе к себе обезумевших от ярости нападавших.

В последний момент девушка вскочила, отклонилась в сторону, увернувшись от заклинаний. Взмах. Плеть перехватила им горло. Рывок. Петля стянулась ещё крепче.

Мира с лёгкой доброжелательной улыбкой перехватила второй рукой другой конец плети и потянула сильнее, от чего лица атаковавших покраснели. Некоторые пытались оттянуть верёвку на горле, судорожно хватая ртом воздух. Другие же из последних сил хаотично старались избавиться от плети с помощью магии, но она не поддавалась, сколько бы сил не было приложено.

Глаза демонов становились всё растерянней, а их тела всё больше менялись, пока не превратились в опустошённые оболочки.

Не успел Адриан откинуться на спинку кресла с выражением удовлетворения и расслабленности, как его состояние сменилось озабоченностью и настороженностью. Стремясь найти причину собственного беспокойства, он вновь поднял голову...

- Шах и мат! - голос девушки дрожал от восторга и алчности. - Но кто же так нападает? Разве это весело? Вы словно дети... Беззащитные... Никчёмные... С вас и взять-то нечего... Разве что...

Мира всего лишь щёлкнула пальцами, и многие присутствующие просто испарились, напитывая девушку силой, но...

... но не только её.

Адриан на секунду растерялся, глядя на то, как сущность, привлёкшая недавно его внимание, приобрела форму и стала отдалённо напоминать облик человеческого скелета - чёрные  обгоревшие кости, травмированный позвоночник, повреждённые суставы.

Эта сущность сеяла первобытный страх. Страх перед диким, по-настоящему необузданным, истинным злом. И чем больше оно трансформировалось, тем больше в сердце Адриана чувствовался зов.

Зов, устоять перед которым становилось всё труднее - раздражительность и вспыльчивость, конфликтность и враждебность, зависть и безжалостность взметнулись в нём с удвоенной силой, лихорадя душу.

Мужчине потребовалось не так много времени, чтобы осознать, что узы, которыми была связана Мира с богиней Бездны, оказались на деле куда крепче, чем можно было бы изначально предположить, а сама богиня, убитая когда-то собственными детьми из зависти... возрождалась.

- Мира! - крикнул мужчина хохочущей весёлой девушке, чьи глаза горели пугающим возбуждением, а в зрачках плескалось лишь чистое опьянение собственной властью и силой.

Он ругнулся, схватил один из кристаллов, которые всегда носил в кармане на случай непредвиденной ситуации, и начал рисовать вокруг себя защитный массив, самый мощный из тех, что он когда-либо создавал, со множеством слоёв. С каждым движением яркость кристалла тускнела, а разум очищался.

Для него самого стал странным тот факт, что Мира, ставшая тем идеалом, к которому он всегда стремился раньше сам, теперь вызывала отторжение. Девушка словно была... пародией на саму себя. Сломанной и бездушной.

Он поднимал время от времени глаза на потолок и пытался сообразить, как оборвать связывающее Миру и богиню заклинание. 

Та, что создала в незапамятные времена мир Бездны, уже обзавелась напряжёнными мышцами, эластичными связками и обтянутым дымкой черепом.