Исправлю всё любой ценой

Глава третья

«Нет!»

Эта мысль принадлежала самому Гавриилу, поскольку с выбором нужного момента ему никто не помогал.

Проблемы начались не с его согласия заключить брачный договор. Тот разговор с Дианой, — тогда ещё невестой, — это лишь следствие, это не причина.

Что-то было сказано Петром совсем недавно. Нечто очень важное. Поскольку Гавриил не мог дважды замедлить один и тот же момент, вернуться, пришлось вспоминать так.

И он вспомнил! Пётр говорил о втором шансе. О том, что он даётся не всем и не всегда. А у Петра такой шанс появился. Значит, этот шанс связан с Дианой. А скорее всего, с Дианой и её беременностью.

Что-что, а думать и анализировать Гавриил всегда умел. Именно он был мозговым центром фирмы, а энергичный, пробивной и неунывающий Пётр — движущей силой.

Гавриил когда-то учился лучше всех, и он единственный из компании друзей получил второе высшее. Компания была студенческая, и Гавриил появился там позднее, чем Диана и Пётр, — просто однажды пришёл на весёлую предновогоднюю вечеринку за компанию с однокурсником.

Пётр учился на том же потоке, что и Гавриил, а Диана — на другом факультете. Именно на той вечеринке Гавриил впервые в жизни увлёкся настолько, что ушёл с праздника с девушкой и остался с ней до утра. Этой девушкой была Диана.

Тогда Диана и Пётр точно не являлись парой. Казалось, они вообще не замечали друг друга. Симпатичный и общительный Пётр был в центре внимания и пользовался бешеной популярностью у девушек, а Диана почти весь вечер провела в компании Гавриила.

Но теперь Гавриил понимал, что его жена и лучший друг тогда слишком нарочито игнорировали друг друга и очень рьяно веселились.

Что ж, можно смело промотать шесть лет, которые прежде считались счастливыми, а теперь утратили всякий смысл и полностью обесценены.

Но вернётся он не в ту вечеринку, а в задушевный разговор с Петром. Хотя это скорее напоминало исповедь, и душу Пётр изливал Гавриилу на мальчишнике перед свадьбой Гавра и Дианы.

Почти все гости уже устали и уснули, девушки из специального ансамбля отработали заказ и уехали, а счастливый жених и будущий свидетель сидели за столом в кухне.

— Не упусти своё счастье, — вот уже в сотый раз напутствовал Пётр Гавриила. — Всегда правильно расставляй приоритеты. Думай о том, чем ты готов рискнуть.

— Ты это уже говорил, — не выдержал Гавр.

— И ещё миллион раз повторю, — вскинулся Пётр. — А ты учись на чужих ошибках! Своих шишек и так успеешь набить.

— На чьих ошибках-то?

— На моих, — тихо отозвался Пётр. — Девушка у меня была. Любимая. Очень любимая! Я и сейчас глаза закрою — и её вижу всякий раз. И снится она мне часто.

— А что с ней? — испугался Гавриил.

— Теперь уже всё нормально. Всё хорошо у неё. А когда я ей изменил... По собственной глупости. Хотел доказать самому себе, что я не завишу от этих отношений, не нуждаюсь в... в ней... Узнав обо всём, она решилась на отчаянный шаг, не вывезла... Её родители успели вовремя, и уже в больнице выяснилось, что она беременна... была. Не прощу себе никогда! Никогда! До конца жизни...

Что ж, теперь-то многое стало понятно. Например, по какой причине Диана так мечтала подстраховаться от измены. Или то, что Пётр так и ходил в холостяках, хотя по-прежнему пользовался большим успехом у женщин. Жаль только, что сам Гавриил, ослеплённый чувствами, ничего не видел дальше собственного носа.

...Он не стал медленно просматривать ту самую судьбоносную вечеринку, ему и без того всё стало понятно, а наблюдать за тем, как его использовали, вовсе не хотелось.

Узнать, с какого именно момента он носил рога, вряд ли получится, поскольку никаких подозрений раньше не возникало. Да и какое значение теперь имеет этот «стаж»? Важен сам факт.

Гавр отмотал к тому моменту, когда тот самый однокурсник пригласил его на вечеринку, и остановился. Предстояло решить, является ли этот момент тем самым.

Пока на этом моменте Гавриил задержался дольше, чем на всех остальных, анализировал ситуацию особенно напряжённо, прислушивался к себе.

Допустим, он не пошёл бы тогда на вечеринку. Не принял бы участия в безудержном веселье. Не подружился бы с Петром. Не начались бы его отношения с Дианой. Однако все они учились в одном университете, и нет никаких гарантий, что судьба не свела бы их в иной ситуации.

А если предположить, что сам он мог поступить в какой-то другой вуз? И жить совсем другую жизнь, возможно даже не здесь и не с теми? Рискнуть или нет?

Гавриил принял решение. Он продолжит отматывать ленту событий назад. Продолжит поиски.

Учёба, весёлая студенческая жизнь. Зачисление в университет, школьный выпускной... На выпуском Гавриил остановился подробнее, просто хотелось заново пережить моменты праздника, увидеть одноклассников.

Далее пошли школьные годы, и Гавриил начал всё сильнее сомневаться в правильности принятого им решения. Неужели он ошибся, не выбрав момент разговора с однокурсником? Ну что такого судьбоносного может быть в детстве?!

Что ж... Теперь поздно что-либо менять. Тем более, всё самое страшное уже случилось, и уйдёт он, не приходя в сознание, не чувствуя боли. Родителей очень жаль. И бабушку. Кроме них его никто и ничто в жизни и не держит, так получается. Интересно только, кто же так молился, что ему дали второй шанс? Жаль, что он так и не узнает этого.

Оставалось наслаждаться забытыми ощущениями подросткового периода и детства. Гавриил с интересом смотрел кадры давно ушедших в небытие событий.

Вот ему одиннадцать лет. Он гостит у бабушки в посёлке Талица, расположенном почти рядом с их городом.

Гавриил помнил тот день: он ходил рыбачить, а когда возвращался вдоль берега, увидел Витальку Сычёва и Жору Тякина. Это были первые поселковые хулиганы. Их родители дневали и ночевали в комиссии по делам несовершеннолетних.

Гавриил всегда сторонился этих ребят, поскольку они были старше его на два года и намного крепче. Сам Гавр никогда не отличался высоким ростом и атлетизмом, хоть и хлюпиком не был. Он всегда хорошо учился, да ещё носил очки, потому для таких одиозных персонажей, как Сычёв и Тякин, являлся «ботаном» и объектом постоянных насмешек.