Истинная для дракона. Меч трёх стихий

Глава 2. Алекса. "А не надо было пугать девушку"

Ящер резко останавливается. Я бы улетела вперёд, если бы не перехватившая меня за талию сильная мужская рука. Я разеваю рот, как вытащенная из воды рыба, сердце колотится как сумасшедшее. Я удивляюсь, что оно бьётся, а не остановилось от ужаса. Выдернуть меня из дрёмы криком «Огонь» – сродни садизму.

Отряд замер на пригорке. Внизу в ложбине полыхает несколько сосен. Что за ними, не видно. Неужели лесной пожар? Это же опасно.

– Деревня горит, задери меня ханг, – рычит один из воинов. – Может чампы, больше-то некому. Ваше… Рэйнер, мы будем вмешиваться? Не наша территория.

– Вперёд, – командует мой спаситель.

И всадники послушно посылают своих необычных скакунов вниз по склону, быстро набирая скорость. Они их не понукают, не пришпоривают. Всё происходит в молчании.

Вот только куда же вы в лоб, на неизвестную опасность?

Это у вас так принято? А с флангов зайти? Разведку послать? Вас же всего два десятка, а если их там больше?

– Держи девчонку, – я не успеваю опомниться, как меня перебрасывают на соседнего ящера. И молодой воин с недовольным лицом перехватывает меня поперёк тела. – Останешься здесь.

– Я с вами, – его юный голос полон возмущения.

– Заткнись, Берси, – рявкает громадный воин: – Там огня и без тебя хватает. Выполняй!

Ящер со мной и недовольным юнцом тормозит. Инерция бросает меня вперёд. Пользуясь этим я отстраняюсь от него. Мне совершенно не хочется прижиматься к пахнущему едким потом парню, особенно после нескольких часов, которые я провела в более приятных объятиях.

– Сиди уж спокойно, девка, – бурчит он, глядя вслед удаляющимся соратникам. Изо всех сил демонстрирует свою взрослость, а самому, поди, лет пятнадцать или шестнадцать. Сын полка. А гонору.

– Я тебе не девка, – вырывается у меня.

– А кто? – у него челюсть отвисает от удивления. Но он тут же ухмыляется. В его глазах появляется интерес. И мне это не нравится. – На пацана не похожа. А ну если я сейчас проверю?

И этот сопляк своей ручонкой пытается залезть под меховушку.

– Ах ты ж, козёл! – пользуясь тем, что теперь он придерживает меня только одной рукой, я выворачиваюсь и соскальзываю с лошади, чёрт, с ящера, и тут же ойкаю, оступившись.

В голеностопе раздаётся противный хруст. От боли на глазах выступают слёзы. Но я сдерживаю крик и отпрыгиваю в сторону на здоровой ноге.

– Куда? – рявкает он, и низкие грозные нотки срываются в тонкий юношеский дискант.

А то и тринадцать, автоматически думаю я. Щенок наглый, проверит он, и отпрыгиваю ещё чуточку дальше.

И в этот миг что-то похожее на длинную плеть сшибает мальчишку с ящера наземь. Он пытается подняться, но плеть превращается в удавку, стягивающую его шею, дёргает, и он, хрипя, падает навзничь, хватаясь руками за шею. Пальцы его проходят сквозь петлю, не зацепив, как сквозь… песок.

С той стороны тропы появляются двое верзил с мордами, заросшими по самые глаза.

Выкраси их в зелёный цвет и поверишь в существование орков. Они смотрят не на мальчишку, а на меня. В нос ударяет жуткий запах, холод пробегает по моей спине, я поворачиваюсь, и вижу ещё одно такое же чудовище.

Вот теперь я пугаюсь по-настоящему. А испуганная девушка, в недавнем прошлом кандидат в мастера по дзюдо, бог знает на что способна.

Мозг отключается, работает тело. Я позволяю недовыкрашенному орку прижать меня к себе. Противно, но мне нужен общий центр тяжести. Провожу правой рукой снизу вверх. Нужно прихватить его повыше. Он огромный, я едва дотягиваюсь до лопатки. Но этот гад всё ещё стоит как скала, ровно. Только хмыкает удивлённо. Плечиком вполне кокетливо толкаю его. Эта тонна мяса делает кач назад и восстанавливая равновесие отыгрывает вперед, совсем чуть-чуть за центр тяжести, продолжая удерживать меня. И я резко поджав ноги, чтобы добавить себе веса, просто падаю на колени, позволяя ему перелететь через себя.

Чем тяжелее объект, тем более эффектно он приземлится. Хруст раздаётся такой, что я чуть не оглохла. Орк начинает конвульсивно подёргиваться и вставать не спешит. Похоже, его затылок встретился с чем-то твёрдым. Разглядеть, куда я его укладываю, я не успела.

Всё прошло на уровне подсознания. И вряд ли заняло более двух секунд. По крайней мере двое его друзей ещё ничего не поняли.

Упс, уже поняли.

На вас когда-нибудь летел грузовик?

А два?

А два орущих и горящих грузовика?

*****

– Ну ты чего, девка, не реви, всё позади, – парнишка растерянно топчется рядом со мной. Потом садится рядом. – Ты не бойся. Я уж всё проверил. Их всего трое было, от своих отстали.

На тропе две догорающих туши. Вонь невыносимая.

– Я не могу дышать, – гундосю я, зажимая нос пальцами.

– Труп чампа всегда пахнет хорошо, – гордо заявляет мальчишка, придерживая меня за локоток и помогая встать. Ой, где-то я это слышала.

Я вскрикиваю, неудачно поставив пострадавшую ногу, и едва не падаю. Но парень тут же подхватывает меня на руки, бережно прижимая к груди, несёт к ящеру. На этот раз его едкий запах кажется мне почти родным.

– У тебя кровь на шее, – замечаю я.

– А, ерунда, мелкие порезы. Стекло.

– Какое стекло, не понимаю я.

– Ну удавка из песка. Я когда огнём шарахнул, он расплавился.

Песок, огонь, стекло. Точно, кажется, в курсе химии что-то такое было. По-моему, там ещё что-то добавляют для прочности. Зачем-то пытаюсь вспомнить. Не вспомнилось, но стресс от бесполезных размышлений почти прошёл.

Ящер начинает неспешно трусить по склону вниз в сторону, куда уехали воины. Останавливаемся у подножия холма на небольшой лужайке. Парень помогает мне спуститься.

– Здесь подождём.

Я не возражаю. К моей радости, на краю полянки под деревьями бьёт небольшой родник. Наконец-то можно умыться. Из носа у меня до сих пор не выветрился запах от сгоревших орков, или, как он там их назвал, чампов. И я пытаюсь промыть нос, а также делаю несколько резких выдохов, чтобы очистить органы дыхания.