Истинная для генерала-дракона

9.3

Теперь понятно, почему он был таким злым и грубым и даже не пытался мне понравиться.

Не давая себе времени на раздумья, я сделала последний шаг, отделяющий меня от него, и прижалась к мужу, обвивая его сильный торс руками.

Его руки тут же обняли меня. Так мы и стояли. Я ― прислушиваясь к бешеному стуку его сердца, он ― зарываясь носом в мою макушку и с наслаждением вдыхая запах. Как настоящий дракон.

— Ригран… — несмело начала я, — можно я задам тебе несколько вопросов, но ты на них не отвечай, только слушай.

Он тяжело вздохнул, чуть крепче приобнял и отпустил, чтобы я могла задать ему эти вопросы, глядя в глаза.

— Знаю, что тебе будет нелегко, но, прошу, не перебивай, ― попросила я, смутившись его внимательного взгляда.

— Я постараюсь, ― пообещал он, а на его губах появилась вымученная улыбка.

Я судорожно вздохнула, набирая в легкие воздух, и начала:

— Ты помнишь, как я попала во дворец? Моя бабушка, последний старший феникс в роду, ушла…

— Скончалась, — кивнул он, вспоминая эти печальные обстоятельства.

— Да. Знаешь, что странно? Фениксы практически не могут умереть. Даже если очень стараются. У нас даже песенка такая есть… Колыбельная.

Вспомнив ее слова, я поморщилась и добавила:

— Никогда не буду петь ее своим детям!

На этих словах Ригран прерывисто вздохнул, но сдержался, промолчал.

— Странно то, что все фениксы вымерли. Нашли способ погибнуть или выпросить себе смерть.

Я задумчиво посмотрела в сторону моря, словно пыталась найти ответ. Вот только его не было.

— Я спрашивала бабулю, почему так получилось, что практически все бессмертные фениксы ушли. Она ответила, что иногда тяжесть и груз воспоминаний перевешивают желание жить. К сожалению, перерождаясь, фениксы не избавляются от памяти. Продолжают страдать снова и снова, пока это их не сломит.

Из рода фениксов осталась я одна, но не стала напоминать об этом Риграну. Он и так это знал.

— А я не уберег последнюю, — все же прошептал он, словно подслушав мои мысли.

— Ты обещал молчать! — напомнила я.

Муж кивнул и больше не проронил ни слова.

— Вопросы. Я помню. Ты задумывался, почему король отдал меня тебе, хотя мог отдать брату или оставить себе?

Ригран нахмурился, но не ответил.

— Или почему после моей измены я не помнила подробностей? Или почему испытывала такое отвращение к Эшназару, что предпочла ссылку в родовой замок?

Дракон молчал.

— Почему я, последняя из рода фениксов, не попросила защиты от тебя, потерявшего в меня веру, у короля? Он, а особенно его брат, с радостью бы меня приняли! Если истинный отрекается от своей пары, она вольна связать себя узами с любым другим свободным мужчиной! — напомнила я, а Ригран оскалился, выказывая свои недобрые эмоции.

Я подняла руку и погладила подушечкой пальца его губы, полные и жесткие, прячущие острые драконьи клыки.

Я вспомнила, как он целуется! И, черт возьми, клыки делали ощущения от поцелуев только пикантнее.

Если я смогу достучаться до него, то сегодня же освежу свои воспоминания не только о поцелуях!