Истинная для хранителя миров -1. Хранитель для Снегурочки

Глава 3. Пойдём выпьем, брат...

Фил сидел в кабинете, перебирал бумаги, строил планы. Думал, как будет проводить то малое время, что остаётся от дел с детьми, как вдруг услышал грохот. Он даже сначала не понял, что это? Побросав всё как есть, выскочил в коридор.
Дверь в комнату Снегурочки была приоткрыта, а в центре неё стоял брат, который поднимал и ставил на место кресло. Похоже, это кресло Герман сам и опрокинул с минуту назад.
— Что случилось, брат?
Герман молча опустил голову. Фил начал потихоньку соображать, что к чему.
— Снегурочка исчезла?
— Нет, она ушла, – еле слышно сказал Гер. — Ушла...
— Ты досаждал ей? Ничего не пойму? Приставал или что? Почему ушла? Что случилось?
— Нет, не приставал, но она мне очень нравится и... И я думаю, что она неправильно почувствовала или не так поняла, — потом Гер посмотрел в глаза брата и уже твёрдо и громко спросил. — Ну, почему?
После небольшой паузы добавил:
— Пойдём выпьем, брат.
Они сидели в кабинете и пили в полной тишине. Первым начал Гер:
— Когда меня избрали хранителем перехода, я думал, что это благо. На Земле бывал мало, только в нашей реальности мог чувствовать себя живым. После того как мы познакомились тогда с Дашей, вашей свадьбы, а затем её исчезновения, думал что... Что буду просто жить, заниматься делами, радоваться, наблюдая, как растут племянники... Я же всегда чувствовал себя холодным и пустым... Только мысли о тебе и племянниках грели душу. Даже когда нашёл Снегурочку, я же... Я же обрадовался за тебя и думал, что нашёл твою Дашу... Хотя нет, не знаю, мысли путаются. Но это оказался совсем другой человек, даже Ким это подтвердил. Это совсем другая земная девушка. Или неземная, не знаю. И она как боль, как заноза сейчас в моём сердце. Ни вырвать, ни убрать ни чем... Почему она ушла?
Слова и мысли Гера действительно путались. Не, ну понятно, что алкоголь и всё такое, но определённо его очень сильно зацепила эта девушка.
В дверь постучались, а точнее, поскреблись.
— Можно?
Это была Мия, а за её спиной стоял угрюмый и молчаливый Ким.
— Дядя Гер, Снегурочка вернётся!
— А тебе, откуда это известно? — спросил Гер, стараясь не сорваться на любимую племянницу.
— Пойдём, покажу!
Малышка Мия вприпрыжку поскакала по коридору, а за ней, сбиваясь с бега на шаг, следовал Ким.
Вот уже все вместе в комнате.
— Показывай! — строго сказал отец.
Мия открыла створки одного шкафа, а затем другого. В одно висела женская одежда. Чего здесь только не было. Платья, юбки, брюки, костюмы, верхняя одежда... В другом шкафу стояли туфли и сапожки. Ещё один небольшой отдел, состоящий из многочисленных ящичков, был набит нижним бельём, чулками и прочими женскими штучками.
Это совсем не было похоже на шкаф женщины, которая не собиралась сюда возвращаться. И совсем уже ставило в полный тупик. У Снегурочки, кроме того, что на ней, ничего не было, только сумка с книгами, спицами, клубком ниток и документами, которые Гер нашёл в тайнике. И почему-то так вдруг стало тепло и легко на душе мужчины.
— Спасибо, Мия! Ты мой ангел-хранитель, — сказал он, улыбаясь, потом поднял малышку на руки и поцеловал в пухлую щёчку.
— Нет, это ты дядя, у нас хранитель, а я просто ангел, — сказала Мия и улыбнулась.
Все в комнате оживились и рассмеялись, а громче всех почему-то смеялся Ким.

***
Как здесь снега-то навалило. Вот уж зима так зима. Я стояла перед своим подъездом. Ничего не изменилось. Только домофон появился. Ну это и хорошо. Я набрала номер квартиры. Тишина. Потом такой знакомый голос мамы:
— Кто там?
— Мамочка, это я, Лида!
Замок щёлкнул, и дверь открылась. Я шустро взбежала на третий этаж.
— Мамочка, мамуся, я соскучилась.
Потом были слёзы, чай, кофе и долгие разговоры о том… А, обо всём сразу.
— Олег звонил, — как-то совсем невесело произнесла мама. — Я сказала, что тебя здесь нет, но он не поверил. Похоже, что скоро приедет сюда.
Это совсем не есть хорошо. Мужа видеть мне совсем не хотелось.
— Мамочка, я остановилась у друзей, пойду, пожалуй. Не пускай его, хорошо? Пусть домой едет. Всё хорошо. Потом тебе всё, всё расскажу, хорошо? А сейчас мне уже пора.
Я поцеловала мою роднульку и вышла из квартиры. Отправляться прямо с лестничной клетки в замок, зная любопытных соседей, не хотелось. Поэтому спустилась и вышла на крыльцо подъезда.
Как-то нехорошо я ушла. Гер, наверное, там расстроился или разозлился. Прибуду сразу, объясню всё и извинюсь.
Я уже прилично отошла от дома, как меня буквально снесло вихрем. Муж.
— Ты! Как ты могла так уехать? Где ты шляешься, что даже твоя мать не в курсе, — гневно кричал он, практически на весь двор.
Олег ревновал меня ко всем, к сотрудникам мужского и женского пола. К детям и старикам, к деревьям и брёвнам. Даже к собственной мамаше, с которой я пару раз пила чай на кухне. И это просто убивало.
— К любовнику сбежала? Он молодой? Кто он?
Я молчала. Меньше всего мне сейчас хотелось отвечать на его обвинения. Странно, но меня охватил ужас и, вместо того, чтоб противостоять и бороться, замерла, как под гипнозом...
— Молчишь? Ах, ты... шлюха, — заорал он не своим голосом и ударил кулаком мне в лицо.
От боли потемнело в глазах, обида выключила мозги. Думать и представлять место, куда бы переместиться, голова уже ни работала. Единственное, что пришло в голову — колечко Дубыча. Олег ещё что-то кричал, но звон в ушах и свист порывов ветра заглушали все слова. Тело еле держалось на дрожащих ногах, готовое упасть на мокрый снег. Холодными пальцами дрожащей руки коснулась кольца. Оно еле держалось, угрожая упасть и потеряться в сугробе. Покрутила его трижды и упала возле дуба в дремучем лесу.
— Дубыч! — позвала я. — Дубыч!
Появилась дверь. Я поднялась и, покачиваясь, вошла в светёлку. Здесь было светло от многочисленных свечей, тепло и тихо.
— Дубыч!
Из-за спины вышел тот, кого звала, и стал передо мной. Дубыч изрядно помолодел. Это уже был далеко не старик, а очень даже молодой и красивый мужчина, только по глазам я его и признала.
— Ты снова ко мне, не просто так? — сложив руки на груди, спокойно спросил он.
— Крови хочу-у! — взвыла я из последних сил.
— Вот как, — рассмеялся он. — тебя, что, оборотень или вампир укусил?
— Муж, чтоб ему, его, в общем — сволочь он! — констатировала я.
— Тебе нельзя больше к нему, иначе ты можешь больше не вернуться в этот мир.
— Знаю, я уже, — прошептала я, — читала и...
— Не всё знаешь, — перебил меня Дубыч. — Прошлый раз тебя именно муж под костёр подвёл. Ревнивый и жадный был до денег, собака. За то, что самостоятельно и добровольно муж сдавал жену-ведьму, очень хорошо платили золотом по весу само́й ведьмы. Тринадцать чёрных магов обложили тебя заклинаниями, блокируя твою силу и волю к жизни. Нечисть и нежить тогда восстала против извергов. Вся непогода, бури и ураганы, всё живое и неживое взбунтовалось. Но всё без толку. Я помню это время. Трое суток тебя пытали, истязали и насиловали в стенах инквизиции. А после истерзанную, босую и беременную повели на костёр. С костра тебя Отец и забрал. Ходили слухи, что ты потом благополучно родила внучку Отцу Всемогущему. Ветра между собой переговаривались... Дашеньку. А сама исчезла.
— Во, дела-а, — я аж присвистнула от услышанного, потом добавила, — так что насчёт крови, монстриков поубивать и на благо добра повоевать, а?
Дубыч рассмеялся.
— В этом ты вся Снегурочка. Как, кстати, имя твоё земное, Лидия, да?
Я положительно кивнула.
— Следуй за мной, — уже серьёзно сказал он и направился куда-то в глубину своих полутёмных комнат, не пойми чего.
Дубыч щёлкнул пальцами, и большой зал примерно, как стадион осветился. Ничего себе, прямо мечта кладоискателей. Чего здесь только нет. Золотые статуи, золотые и серебрянные монеты, навалом, украшения, оружие...
— Нам сюда, — пошёл он вдоль стены и завернул в стенной проём, — идём же, не стой истуканом.
— Дубыч, а ты не дракон, случайно? — чуть сдавленным голосом спросила я.
— Ага, Змей Горыныч, — рассмеялся Дубыч.
— Я серьёзно, ну?
— А если серьёзно, то Дубыч. И, да, я дракон! Но очень молодой, — кивнул он сказанному.
В небольшой комнате пещеры, прямо на паутине, толщина нитей которой, как средняя стальная проволока, расположился меч. Висит себе меч на паутине и висит. Уже ничему не удивляюсь. Если Дубыч — дракон, а я — Снегурочка, то почему мечу должна удивляться?
— Призови его, — приказал Дубыч. — Он твой, всегда был твоим. Для тебя и берёг.
— А как? – спрашиваю.
Дубыч обошёл меня сзади и положил руки на плечи. По всему телу пошло тепло. Потом наклонился и начал тихо говорить на ухо так, как говорят в постели любовнице о том, в какой позе хотят видеть её в следующий момент.
— Глаза не закрывай. Смотри просто перед собой. Протяни ладонь. Слегка сожми её.
Поняла, что Дубыч собирается ввести в транс.
— Мысленно ощути холодную рукоять клинка. Сожми и почувствуй, как сила наливается в руке, крепнет и нагревается. Ты чувствуешь?
— Ага, чувствую, — сказала я и ахнула.
Меч действительно появился в руке. Как так?
— А к мечу ещё ножны, пояс и кинжал полагается, — усмехнулся Дубыч.
Так, помниться, ещё говорят продавцы сотовых телефонов: «А к нему ещё наушники и чехольчик».
— Давай, свяжись с пауками, пусть тебе по-быстрому сбрую варганят. Пока мы чай будем пить, а я про меч рассказывать, она будет готова. Меч-то не простой — Сто голов с плеч. А то ты у нас маленькая и хрупкая. Я молчу про то, что у тебя сейчас синяк на полщеки, — король рассмеялся и похлопал по плечу.
Уже в светёлке за столом я связалась с пауками и дала задание на сбрую, но они сказали, что она уже готова. Только чужие её не видят. Во, как! Предусмотрительные...
Дубыч рассказал мне всё про меч. Он, оказывается, может появляться в моей руке по первому требованию, и по приказу в ножны прятаться. При командах: «Меч, дерись за двоих, троих... шестерых», — множиться, оставаясь ещё при этом и в моей руке.
А я при этом оказываюсь не убиваемой, непотопляемой... Девой-воительницей. И неважно, при мне меч или нет. Раз удалось призвать, значит, я теперь ещё и бессмертная...
Ух, сколько сразу на маленькую меня.
— Только вот незадача, — призадумался Дубыч. — По Земле ты перемещаться можешь самостоятельно, в другие миры покуда, только через портал. До инициализации. А портал — это замок. Придётся туда вернуться.
— А там как?
Вспомнила, как уходила. До сих пор помню глаза Гера и их выражение.
— А там... В твоей комнате есть зеркало в пол? Думаю, что есть. Вот, смотри и говори: зеркало, покажи мне миры с местами боевых действий!
Затем справа налево проводи рукой или пальцем и выбирай то, что нравится...
Ха, мне показалось, что это как фото на мобильном смотреть. Даже забавно.
— Дубыч, а инициализация — это как?
Помню, что он мне про неё сказал, так пусть теперь колется по полной программе.
— Инициализация... Я чувствую, что любишь ты кого-то сильно. Жаль, не меня, а так хотелось бы, – улыбнулся этот... красавец-дракон. — Так вот, любовь, похоже, что взаимная. Взаимная любовь, если ты позволишь дать ей раскрыться в полную силу и позволит произойти этой инициализации. Раскрыть, так скажем, твою силу в полной мере. Чем быстрее это произойдёт, тем лучше для обоих. А про свой земной брак забудь. Пустое это и не совсем чистое дело было. Поэтому там любви и не было. Всё! Ступай, воительница, только не заигрывайся в войнушки. Хорошо? — подмигнул он мне, как старому приятелю.
В замок я попала так же быстро, как и ушла. В кресле возле моей кровати спал Герман, в очень неудобной позе. Я села рядом на кровать. Так хотелось коснуться его лица, поцеловать, провести по волосам, спрятав в них тонкие пальцы. Сесть сверху, упираясь коленями в мягкое кресло. Обнять за шею и, закрыв глаза, отключить мозг, целуя в губы... Милый, милый Гер, какой же ты красивый, но мне пора идти. Люблю тебя, прости.
— Спи-и, — чуть слышно приказала ему я и пошла переодеваться в доспехи.
Вот собралась я. Подошла к зеркалу. Сама на себя непохожа.
— Зеркало, покажи мне миры с местами боевых действий!
И правда, появилось поле, дерутся дядьки с дядьками. Нет, хочу нежить злобную и коварную порубить. И стала листать... Вот, нашла. Монстры какие-то, недочеловеки, людей добивают. Мужик в короне бьётся в кольце монстров полутрупов.
Обернулась к Геру, подошла ближе, подняла забрало и поцеловала нежно в губы.
— Прости, что не могу спокойно рядом с тобой сейчас находиться. Но обязательно вернусь.
Мне показалось, что он ответил на поцелуй. Нет, будить не хочу.
— Проснись через минуту и иди спать в кровать, — приказала я, подошла к зеркалу и шагнула в другой, неизвестный мне мир.