Истинная для мятежного принца. Право на ошибку

Глава 1

За мной гнались.

Я падала, разбивая колени о камни, со стоном вставала, судорожно цеплялась за скрюченные корни и шершавые стволы деревьев, и снова бежала.

Спешила, ведь от этого зависела моя жизнь.

Ночью я видела хорошо — зрение одной из моих скрытых сущностей позволяло лавировать среди деревьев, животный страх гнал меня вперед.

Позади раздавался остервенелый лай собак и крики преследователей.

Фанатики. Они шли по моему следу.

Моя мама, моя смелая, отчаянная Илиза, пожертвовала собой всего пару часов назад.

Она осталась там, на узкой тропе, чтобы дать мне этот единственный, крошечный шанс вырваться за пределы их проклятой общины.

Сердце сжималось от боли и чувства вины при мысли о том, что они могли с ней сделать, но я не имела права останавливаться.

Иначе её жертва была бы напрасной.

Сегодня ночью, в полнолуние, меня должны были привезти в их главный храм и сделать женой наследника культа.

Моего «жениха», который был старше меня на двадцать лет, но чья власть в общине держалась на слепом, фанатичном ужасе.

До границы защитного купола оставалось совсем недолго.

Я уже чувствовала кожей изменения в воздухе, как вдруг… я потянула носом.

Шаг. Другой. Я замерла, едва не споткнувшись о поваленный ствол.

Сквозь запахи сырой земли, хвои и надвигающейся погони пробился он.

Запах чужой крови. Густой, металлический, горький.

Кто-то был серьезно, смертельно ранен.

И тут пришло осознание, ударившее по натянутым нервам так сильно, что у меня потемнело в глазах.

Нет. Это был не просто «кто-то».

Это был мой истинный!

Меня словно ударило в грудь невидимым тараном.

Оглушило, выбило весь воздух из легких, заставило остановиться, забыв о погоне.

Я схватилась за ствол ближайшего дерева, жадно, со свистом глотая ледяной ночной воздух.

Меня разрывало на части.

Я встала перед самым страшным выбором в своей жизни: попытаться прорваться сквозь защитный купол этих чертовых сектантов на свободу, о которой мы с мамой мечтали долгие три года… или пойти по тонкой, звенящей от боли нити, связующей меня с ним.

Но мои сущности всё решили за меня.

Они взбунтовались, вырываясь из-под контроля. И вот я уже бежала в сторону запаха крови. В сторону, где прямо сейчас, в холодной грязи, умирал мой истинный.

Вчера мне только исполнилось восемнадцать, и это перечеркнуло мою жизнь.

Я вылетела на небольшую поляну и с размаху упала на колени, не чувствуя боли.

Посмотрела в лицо того, кто был моей парой, и сердце пропустило удар.

Высокий, широкоплечий, жилистый молодой мужчина.

Скорее всего, он был старше меня всего на пару лет — ему на вид было не больше двадцати.

Длинные, как смоль, черные волосы спутались и разметались по широкой груди.

Его когда-то белая рубашка была расстегнута и изодрана в клочья.

На теле было столько ран, глубоких, рубленых, что становилось страшно даже представить, через какую мясорубку он прошел.

Кто-то, видимо, пытался ему помочь — на торсе виднелись наспех наложенные повязки, но бинты уже напитались кровью, став багрово-черными.

Он едва дышал, грудная клетка поднималась судорожно, с хрипом.

На сильных запястьях темнели страшные, стертые до кости следы от кандалов, а на виске виднелся жуткий шрам от ожога.

В этот момент мир вокруг перестал существовать.

Я уже не слышала лая собак. Не чувствовала ничего. Не ощущала запаха гари от приближающихся факелов.

Всё мое внимание, вся моя душа была сосредоточена только на нём.

Сквозь резкий запах крови пробился другой. От него пахло озоном, как за секунду до удара молнии, раскаленным металлом и горьким миндалем.

Этот запах ударил по нервам, заставляя моих внутренних зверей заскулить от восторга.

Это был запах бури. Запах свободы, которой у меня не было.

Я вдыхала его и не могла надышаться, он пьянил меня.

Я дрожащими руками дотронулась до его бледной, холодной щеки. Потом до другой. Немного похлопала, отчаянно пытаясь привести его в чувства.

Внутри меня всё сорвалось с цепи. Все мои звериные сущности завыли в голос, зарычали, зашипели, заклекотали, царапая душу изнутри:

«Только бы он не погиб! Только бы дышал!».

Произошло запечатление. Мгновенное, мощное, сразу всеми моими ипостасями.

Я вся сконцентрировалась на том, чтобы спасти его.

В кармане моих старых, потертых штанов лежал маленький флакон — универсальное зелье, которое мама тайно готовила месяцами и отдала мне перед побегом.