Истинная для проклятого. 2 часть

Глава 46

Прошло три месяца со дня смерти отца. Анна сидела в небольшой оранжерее, купленной на все те же деньги из маленького мешка. Она специальной лопаткой разрыхляла землю, бросала семя в углубление и закапывала его.

В оранжерею, наполненную солнечными лучами, проникавшими через стекла, вбежала Мия.

– Анна! – крикнула она, глазами ища подругу. – А вот ты!

– Что случилось? – Анна выглянула из-за печи.

– Я договорилась с лавочником, – радостно сообщила Мия, – он купит наши лечебные растения.

– Отлично, – улыбнулась Анна и снова склонилась над землей.

– Ты целый день работала? – забеспокоилась Мия.

Анна мягко ответила:

– Я совсем не устала.

Мия опустилась на одно колено и повернула лицо Анны к себе.

–Ты бледная, – заметила подруга, – ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, – Анна выдавила улыбку, которая получилась совсем измученной.

Мия недовольно цыкнула.

– Ты мне не договариваешь что-то, – уверенным тоном заявила она, – но ладно. Ты только себя береги, не надо так много работать, и не забывай вовремя есть.

Анна послушно кивнула. Мия направилась к выходу из оранжереи. Ей нужно было забрать семена банбуя у прибывшего из-за моря торговца. Эти семена они долго ждали. Когда Мия была уже у двери, Анна ее окликнула:

– Постой! Забыла сказать!

Она с трудом встала и подошла к подруге. На полпути она остановилась. В глазах у нее резко потемнело, голова закружилась, и она упала без сознания.

Анна очнулась уже дома, в своей комнате. Она хотела приподняться на кровати, но слабость в теле не дала ей выполнить это простое движение.

– Не вставайте, – сказал мужской голос.

Анна поглядела на приближающегося к ее кровати мужчину. Это был Джеймс Морен, лекарь, лечивший когда-то ее отца.

– Здравствуйте, Анна, – мягко улыбнулся он. — Вот мы и встретились снова.

Анна хрипло сказала:

– Со мной все хорошо.

Улыбка спала с лица лекаря, и он посерьезнел. Он будто увидел, что бесполезно было разговаривать с Анной, поэтому подошел к Мие. Они о чем-то пошептались, и лица у обоих были встревоженные. Когда лекарь ушел, Мия присела на край кровати.

– Анна, за проведенное с тобой время, я узнала одну твою очень важную черту. И она мне совсем не нравится, – начала Мия. – Ты всегда тщательно скрываешь настоящие чувства. На виду у всех ты смеешься, стараешься выглядеть счастливой, но наедине с собой ты плачешь.

– Что ты…

– Я видела это, – отрезала Мия, не давая Анне снова солгать. – Помнишь, мы с тобой ходили в парк на набережной? В тот день все было хорошо, и ты выглядела счастливой, смеялась. Я тебя проводила до дому, а сама уже было пошла к себе. Но через пару минут вернулась, чтобы сказать тебе кое-что. Я стояла тогда у входной двери и слышала, как ты громко плачешь.

Анна сглотнула и посмотрела на подругу.

– Сколько раз я спрашивала, что с тобой, – продолжала Мия, – но ты никогда мне не открывалась. Хотя я всегда тебе все рассказывала без утайки.

Анна молчала.

– Прошу, поделись со мной своими проблемами или болью, я выслушаю тебя и пойму.

Подруга выжидающе смотрела на Анну. Но та в очередной раз сказала:

– Все хорошо, тебе показалось.

Анна легла на бок, отвернувшись от Мии. Она не хотела, чтобы та снова стала свидетелем ее слез. Мия, увидев нежелание подруги с ней разговаривать, ушла.

Но она вернулась на следующий день и обнаружила Анну, лежащую все на том же месте и почти в той же позе. Вот только состояние Анны сильно ухудшилось. У нее был жар, кожа и губы побледнели. Тело совсем ослабло, она не ела, не разговаривала.

Мия позвала лекаря. Джеймс Морен пришел довольно быстро. Он обследовал Анну и развел руками. Он не знал, что происходит с ней. Но предупредил, что, если та продолжит отказываться от еды, то все может обернуться худшим образом.

Мия заставляла Анну поесть, и та послушно ела, но очень мало. На следующий день Анне стало хуже. Жар не спадал, слабость охватила каждую клеточку ее тела и то малое, что она ела раньше, Анна вовсе перестала есть. Мия совсем отчаялась, не зная, что делать с заболевшей подругой. Она проводила дни и ночи у постели Анны, следя за ее состоянием.

Мия заметила, что Анна спит, сжимая пальцами какой-то предмет. Она осторожно вытащила его и увидела пузырек, доверху наполненный какой-то жидкостью.

Порой по ночам Анна бормотала:

– Эмирсон…Эмирсон…

Она кого-то звала в бреду. Мия дотрагивалась ладонью до лба подруги. Жар никак не спадал.