Истинная для (с)нежного барса

Глава 17. Майя

Глава 17. Майя

Майя

— Львы?! И тут тоже львы? — Я не могу сдержать восторг.

Нас привезли на автобусе к настоящему дворцу.

Он стоит на острове, окружённый парком, в его окнах отражается Нева. Лёгкий, почти воздушный, в стиле строгого классицизма, с полукруглыми арками, колоннами и лепниной в виде виноградных лоз, Елагинский дворец словно соткан из морозных узоров.

Мы готовились к отчётному балу почти месяц. Нас научили танцевать, делать реверансы и даже прикрывать лицо веером. Мне казалось, что я готова ко всему, но я и представить не могла, что это будет так красиво.

Первый декабрьский снег ложится на белую крышу. Деревья уже сбросили листву, но трава всё ещё зелёная.

Мы поднимаемся по пологому скату для карет и заходим в огромные высокие двери. Над парадным входом — герб с графской короной.

— А ты не была, что ли, в Эрмитаже ещё? — спрашивает Дарья, помогая мне не столкнуться к встречным туристам.

Я отрицательно мотаю головой.

— Вот заучка, — подруга деловито достаёт из большого сундука бахилы и даёт их мне. — Мой косяк. На следующих выходных сходим. — Она хмурится и роется в телефоне. И её глаза радостно блестят. — А нет, послезавтра сходим! Седьмое декабря вход бесплатный!

— У тебя там генерация халявщины, что ли? — Мой бесёнок залетает на плечо к Дарье и нагло смотрит в её телефон. — Ты просто жмотка!

Та щёлкает его по носу.

— Я студентка. Это почти синонимы.

Для нас проводят быструю экскурсию по Елагинскому дворцу.

Построен дворец для Ивана Елагина, фаворита Екатерины II, который обожал масонские тайны и роскошные приёмы.

— Говорят, в этих стенах проводились спиритические сеансы, и в подвалах до сих пор хранятся записи о «неудачных экспериментах» с вызыванием духов, — добавляет Дарья, перебивая экскурсовода. — Вот бы встретить сегодня кого-нибудь неудачного!

Потом дворец перешёл к императорской семье, и Николай I лично приказал перестроить его для своей матери, Марии Фёдоровны.

Все девочки из группы, а нас около двадцати, тоже вертят головой, пытаясь охватить масштаб и красоту здания.

Несмотря на то что после войны дворец восстановили практически с нуля, он кажется волшебно прекрасным и таинственно древним.

И только Маргарита остаётся надменно спокойной, будто каждое утро пьёт кофе в обеденном зале дворца.

После экскурсии нас проводят в гардеробные для переодевания, где мы выбираем себе наряд и аксессуары. Тут целые стеллажи шляпок, перчаток и вееров. И платья, платья, платья…

Даже Фея переодевается в бальное синее платье.

— Вай, она настоящая нимфа, — пищит Валька.

И я быстро закрываю ему глаза и выгоняю из раздевалки.

— Ладно, ладно, что я там не видел?! — бесёнка не видно, зато отлично слышно мне и Фее. — Я бы с такой нимфой потанцевал.

— Ещё один комментарий и я тебя развею, — обещает Фея.

И Валька тут же замолкает.

Остальные девочки его не видят и озираются на куратора в непонятках. Ладно, все и так знают, что я чокнутая.

Я стою на мраморной лестнице и не могу оторвать взгляд от своего отражения в огромном зеркале.

Моё платье — изумрудно-зелёное, с переливами. Ткань — шёлк, струящийся по телу. Корсет расшит серебряными нитями, а по подолу рассыпаны крошечные бусинки, мерцающие при каждом шаге. Широкий подъюбник делает меня похожей на колокольчик.

Но Дарья одела похожее платье, только красное. С чёрной канвой по рукавам и юбке.

— Теперь ты официально «богиня леса». — Подруга поправляет у меня на голове украшение из перьев. — Это плюмаж называется. Тебе идёт.

— Ты похожа на кикимору. Ту, что мужиков в болото заманивает, — добивает бесёнок, заглядывая к нам из-за угла.

— Кыш, отсюда! — огрызаюсь я, но ловлю себя на том, что кручусь перед зеркалом, любуясь, как шлейф — лёгкий, полупрозрачный, колышется за мной, будто живой.

Рукава — широкие, почти как крылья, сужаются к запястьям и застёгиваются на тонкие серебряные цепочки.

— Не много зелёного? — Дарья выгибает бровь.

— Ага. Наряд: Я-упала-в-крапиву-но-выгляжу-божественно! — добавляет из-за стены Валька.

Вот… невоспитанная мелочь!

— Это цвет весенней листвы! Грудь не сильно открыта? — уточняю у Дарьи.

— Отлично всё. Главное, не упади, — предупреждает она, пока мы спускаемся по лестнице.

— Было бы что открывать! — смеётся бесёнок. Он сегодня в ударе, сыпет радостями как из рога изобилия.

Я бросаю в него смертоносный взгляд, но тут же спотыкаюсь о собственный подол.

К счастью, меня ловит Дарья.

Я роняю сумочку, в которой лежат акварельные маркеры и скетчбук, потому что пытаюсь удержать веер. Тоже зелёный и с перьями.