Истинная для Ворона

Глава 3. Рада

Равн опустил девушку на пол, аккуратно повернул её на бок и прикрыл своим плащом. На груди у неё что-то блеснуло. Он присмотрелся, протянул руку – амулет. Древняя вещичка, металлический плоский прямоугольник, скорее всего найденный в руинах рундолов. Такая вещь на подпольном рынке просто бесценна. Но что она делает у обычной земельной аристократки? Полустертый символ подтверждал его происхождение, Равн видел такие надписи однажды в детстве, когда забрёл в старые развалины. Повертев амулет в руках Равн сунул его обратно в лиф её платья и отпрянул от девушки как можно скорее, понимая, что и так уже задержался рядом с ней слишком долго. Но было уже поздно, взбешенный Тормуд несся к нему за разъяснениями.

– Я думал охотники благороднее, чем обычные люди с материка, но ты начинаешь меня разочаровывать! Я не первый день вижу, что ты крутишься рядом с моими рабынями. Так какого ляда ты тут делаешь? – проорал басом вождь.

– Одна из рабынь не встаёт второй день, я подошёл проверить жива ли она,– спокойно ответил Равн. Он не боялся ярости Тормуда и мог справиться со всей командой, но плыть в одиночестве не представлялось возможным.

– Откинется, значит, туда и дорога. И чтоб рядом с ними больше тебя не видел.

Равн учтиво наклонил голову и попятился к своему месту.

Приближалась ночь, и привлекать к себе внимание охотнику совсем не хотелось. Он посмотрел назад, Стефан растерянно переводил взгляд с неба на Равна. Время обращения приближалось.

Тормуд успокоенный поведением гостей, махнул в воздухе пару раз секирой для устрашения и отправился обратно к себе.

– Спасать дефчонку было не самым лучшим решением, – Стефана трясло в ознобе, крупные капли пота стекали по вискам.

– Накинь капюшон, нам ещё не хватало неприятностей из-за твоего проклятья.

Ночь прошла относительно спокойно, тихий плеск волн, поскрипывание вёсел успокаивало и навевало сон. Вся команда спала, лишь изредка капитан подскакивал со своего места, осматривал гребцов и палубу, словно кто-то мог сбежать.

Вдалеке, где море сливается с небом, на самом стыке, Равн заметил как заискрился пурпуром горизонт. Наконец, то самое течение, теперь они быстро доплывут до Раумсдаля. Но те кто ходил в море постоянно знали, что за пурпуром приходит самый тёмный час. Так и вышло, перед рассветом налетели они – злобные птицы. Откуда они взялись, ведь рядом не было ни суши, ни островка.

Сирины – так называли их в народе. Когда-то они жили в лесах Оголаса и радовали жителей чудесным пением. Птицы с женскими головами отличались умом и житейской мудростью,так говорилось в древних легендах до возникновения Разлома. Сейчас же про них никто ничего не помнил, ни где они жили или плодились. Про них лишь ходили легенды, что сирины нападали на суда в час перед рассветом.

Они налетели тучей, из-за шума крыльев больше ничего не было слышно. Гребцы отбивались вёслами, кто поумнее схватился за меч. Тормуд словно огромный титан без устали рубил топором направо и налево, но безуспешно – против туманных птиц обычное оружие было бесполезно.

Равн схватился за меч, его сталь закаленная в семи печах и заговорённая у самой сильной колдуньи, с лёгкостью справлялась с любой нечистью. Охотник кружился словно в танце, грациозно орудуя мечом: взмах и птица падала разрубленная пополам на радость оголодавшему оборотню.

Рабыни визжали от ужаса, отмахиваясь руками от когтистых лап.

– Что за исчадия Г'хора? Откуда взялась эта нечисть? – орал Тормуд.

Его шаман быстро сообразил, что птиц можно поджечь и размахивал факелом, тыкая в подлетающие г'хоровские отродья, а они вспыхивали, метались в агонии, поджигая сородичей.

Неизвестно сколько бы ещё продолжалась эта бойня, если бы на горизонте не забрезжил рассвет. Птицы как по команде оставили своих жертв и улетели в сторону противоположную восходящему солнцу

– Как ты? – Равн обратился к Стефану.

Тот стоял ещё на четвереньках, но уже принял человеческий вид.

– Н-ничего, жить буду, – ответил монах, отплевываясь от чёрных перьев.

Он встал на ноги, потянулся навстречу Солнцу и весело улыбнулся, будто никакого нападения и не было.

– О, узнаю твой настрой, наверно ,только из-за этого я ещё и терплю эту ужасную собачью вонь.

Равн устало присел на ящик.

– А я, наверно, поэтому до сих пор и дружу с тобой – без меня ты бы уже давно скопытился от грусти и черноты, которую сеешь.

Их дружескую перепалку прервал возглас шамана:

– Тормуд, ты только глянь сколько птиц сразил этот охотник!

Только сейчас Равн оглянулся и увидел результат своей работы, куча сиринов устилали нос корабля.

– Ворон, ты отлично сражался!

Тормуд хлопнул охотника по плечу так, что Равн присел от удара, хотя и сам был не маленьких размеров.

– За такую помощь хочу наградить тебя. Проси, что хочешь, но в пределах разумного.

Равну даже не пришлось задумываться, он уже знал, но не торопился озвучивать просьбу. Лишь хитро прищурился и ждал, что ещё скажет Тормуд.

– Ну так что охотник? Или ты так обрадовался, что растерялся? Может тебе самоцвет подарить? Ты, наверно, и в руках такой не держал?

Равн снова посмотрел на вождя и перевёл взгляд на кучку женщин, жавшихся друг к другу.

– А так тебе не самоцветы нужны? – Тормуд проследил за взглядом Равна. – А понимаю, бабу захотелось. Ну что ж…выбирай, раз я обещал.

– Благодарю тебя северный вождь за предоставленный выбор! Я попрошу лишь одну, что вчера при смерти была. Хочу вылечить девчонку.

Тормуд заржал.

– Ах ты хитрец! Решил пустить её в долгое пользование, сначала вылечить, а потом поиметь. Умно, умно! Ха, ха. Ну что ж, раз обещал, отдаю.

Равн склонил голову в благодарности и дождавшись, когда Тормуд уйдёт с носа, подошёл к своей награде и перерезал верёвки на её руках. Девушка уже не приходила в себя.

Он подхватил её на руки, невесомая словно пушинка, отнёс к своему месту и уложил аккуратно на сдвинутые ящики.