Истинная для вожака. Контракт на наследника

Глава 3

Когда открыла глаза, меня будто накрыло цунами боли. Голова раскалывалась, как если бы я провела целую вечность, терзаемая молотками. Вроде бы была жива, но с каждым вдохом ощущала, как тело сжато, как с каждой клеткой внутри происходит что-то неладное.

Я пошевелилась — и сразу же пожалела.

Тело будто стало из ваты и боли. Ноги ватные, мышцы ломит, даже пальцы словно не мои — онемевшие. Всё тянет, пульсирует, но не так, как после сна. А как будто что-то было… что-то важное. Но я не знала — что.

Голова гудела. Не просто похмелье — будто мысли утонули в сиропе, а я никак не могла выловить ни одной. Не помнила, как оказалась здесь. Не в нашей кабинке. Не с девочками. Это было другое место. Чужое. Слишком тихое. Слишком интимное.

Пахло… мужчиной. Не спиртным, не клубом.

Им. И я знала точно — я тут не одна была.

Опустила взгляд и едва не задохнулась. Платье исчезло. Только бельё.

Меня обдало волной жара и стыда. Всё болело — особенно глубоко внутри.

Тело помнило то, чего не помнила я.

В коридоре послышался шум воды. Мужчина. За дверью.

Не мои подруги.

Сорвалась. Натянула платье на голое тело как могла, хватая его с пола и даже не глядя.

Босиком, с дрожащими руками, выскользнула в коридор и побежала, не оглядываясь.

Оставила всё, что было при себе. Телефон. Сумочку. И — часть себя.

Просто хотела выбраться. Пока не стало поздно.

Домой добралась быстро. Удивительно — ноги сами знали дорогу, даже если голова всё ещё плыла. Сердце стучало в груди, но уже не от страха — просто от того, что я наконец была почти дома. Почти в безопасности.

Поднялась по лестнице, постучала. Раз, два.

Дверь открылась быстро. Джесс стояла босиком, в растянутой футболке, с кружкой в руке и лёгким беспорядком в волосах.

— Мать ты где была? — спросила без упрёка, скорее с облегчением, отступая в сторону и впуская меня. — Мы с Амели чуть с ума не сошли.

— Проснулась в клубе, — тихо сказала, проходя внутрь. — А вас нет.

Она замерла, поставила кружку на стол.

— Мы тебя вчера обыскались. Реально. Все кабинеты, даже у барменов спрашивали. Всё твоё было на месте: сумка, телефон. А ты — как сквозь землю провалилась.

Мы ждали… ну часа два точно. Потом подумали, может, ты с кем-то уехала. Вернулись домой, но тебя так и не было.

— Я вообще не помню, — села на диван, закуталась в плед, как в защиту. — Просто… очнулась. Где-то. В белье. И всё болело. А в голове — пусто.

Джесс не стала задавать лишних вопросов. Просто села рядом, притянула меня за плечо.

— Послушай, Лил. Всякое бывает. Может, подмешали что. Может… ну, просто случилось что-то. Главное — ты дома. С тобой всё в порядке.

Я кивнула. Только потом поняла, что это была ложь. Потому что внутри всё было не в порядке. Совсем.

Мы сидели молча. Джесс не давила, просто рядом.

— Эй, — она чуть подалась вперёд, нахмурилась. — Что у тебя за укус?

— Где? — спросила , не сразу соображая.

— На запястье, — кивнула она на мою руку.

Посмотрела. И сердце пропустило удар.

На внутренней стороне запястья — красноватый след. Не царапина, не синяк. Укус. Чёткий, симметричный, как будто кто-то намеренно… оставил его. Провела пальцем — кожа чуть припухшая, чувствительная.

Не помнила, откуда он. Не помнила, чтобы кто-то…

Нет, не было ничего. Или было?

— Не знаю, — прошептала , растерянно. — Он… был с утра. Наверное. Я его не замечала.

Джесс подняла брови, внимательно посмотрела на меня.

— Лиль… это не просто след. Похоже на… ну, ты понимаешь.

Укус — это не шутка. Тем более такой. Тем более на тебе.

Я молчала. Мне нечего было сказать. Даже себе.

Потому что я не знала, чей он.

Опускаю взгляд, резко прячу запястье в рукав. Джесс что-то говорит, но я уже не слушаю. Тело ноет, а внутри поднимается волна — не паники, а желания уйти. Просто спрятаться. Переварить. Подышать. Остаться наедине с собой, чтобы не чувствовать этот взгляд, не слышать вопросов, на которые я сама не знаю ответа.

— Я… в ванную, — бросаю, уже поднимаясь.

Она не возражает. Только смотрит в спину. С тревогой.

Запираю дверь. Включаю горячую воду. Пусть пар всё скроет.

Раздеваюсь медленно, с осторожностью, будто боясь увидеть ещё что-то, чего не помню. В зеркале — неуверенная тень. Под глазами тени, кожа бледная, волосы спутаны.

Захожу в душ, подставляю лицо под струи. Глаза закрыты. Хочу забыться, но не могу.

Память упорно молчит. Всё — как в тумане. Бармен. Да, точно. Я просила воды. Там были два бокала. Я… перепутала? Или мне подмешали?

Потом — пустота. Только обрывки.

Фраза. Мужской голос.

“Я уже давно жду тебя, малыш.”

Мелькнувший жар. Тело, которое тянет к себе. Крепкие руки.

Шепот. Запах. Пульс на шее.

Я резко расправляю плечи.

— Нет. Нет. Не может быть, — говорю сама себе.

Моя волчица бы не допустила. Мы всегда чувствовали опасность. Мы знали, кто рядом. Кто может тронуть, а кто — нет.

Но она… молчит. Не скулит. Не злится.

Тиха. Спокойна. Даже… довольна.

Как будто всё было правильно. Только я — не в курсе. Только я осталась за пределами той ночи. А она — моя мохнатая часть — всё знает. И укус её нисколько не смущает.