Истинная для вожака. Контракт на наследника

Глава 4

Я отошёл всего на пятнадцать минут.

Пятнадцать минут. Быстрый душ, чтобы смыть жар с кожи, восстановить дыхание. Хотел оставить ей пространство. Не напугать. Не подавить.

Я был осторожен. Чёрт возьми — слишком осторожен. Когда вернулся — её уже не было. Комната встречала тишиной и пустотой. Мягкий свет. Смятые простыни. Едва уловимый запах — её запах — на подушке, на спинке софы, на моей коже.

И всё. Не сразу поверил. Сначала — растерянность. Потом — острая волна потери.

Моя волчица. Моя. И она ушла.

Волк внутри взвыл. Не громко — пока. Но этого стоило опасаться больше, чем любого рыка. Он рвался, бесновался, выцарапывал мне грудь изнутри, требовал: найди её. Верни. Забери обратно.

Возможно, она испугалась. Возможно, не поняла. Или не хотела понимать.

Но сейчас это уже не имело значения. Её нужно найти. Быстро

Для зверя это было первобытной потребностью.

Для меня — стратегическим приоритетом. Я знал, что если не начну действовать прямо сейчас, волк возьмёт верх.

Я достал телефон и набрал короткий номер.

— Ивар, — сказал спокойно.

— Я слушаю.

— Подъедь к клубу. Срочно.

— Что-то случилось?

— Девушка исчезла. Я не закончил с ней.

Не стал объяснять. Он всё поймёт.

Быстро натянул брюки, застегнул рубашку. Волк не унимался. Его тень была в каждом движении, в каждом шаге, и я знал — долго удерживать его не получится.

Вышел в коридор, направился к бару.

Бармен заметил меня сразу. Побледнел. Прикусил губу. Убрал телефон в карман, будто чувствовал: я иду не за выпивкой.

Остановился напротив, опёрся руками о стойку. Молчал ровно три секунды — дал время подготовиться.

— Девушка. Омега. Молодая. Вышла утром. Во сколько?

Бармен сглотнул, кивнул, дрожащими пальцами начал пролистывать экран.

— И ещё, — сказал я тише. — Кто дал ей афродизиак?

Он замер.

Посмотрел на меня так, будто понял: ошибку кто-то уже совершил. И расплачиваться придётся. Скоро.

— Девушка вышла… минут тридцать назад, — пробормотал бармен, глаза бегали, дыхание сбивалось. Он держался за стойку, как за спасательный круг, явно ощущая давление, исходящее от меня. Нет, не от меня — от волка, что стоял за моей спиной тенью, почти видимой. Молчаливой, но невыносимо ощутимой.

— Коктейль, — начал он и сразу замялся. — Я… я и не вспомню. Их много. Были заказы, девушки менялись…

Голос срывался, и он явно чувствовал, как с каждой его фразой воздух становится тяжелее. Насыщен опасностью.

Я не ответил. Просто продолжал смотреть. В упор. Не мигая.

Он сглотнул и отвёл взгляд.

— Смотри по камерам, — сказал спокойно, но давление не спадало ни на грамм.

Спокойствие — куда страшнее крика.

— Мистер… у нас… у нас нельзя, — начал неуверенно. — Запись… это внутренние данные, я не имею доступа…

Не двинулся с места. Только подался чуть вперёд, навис над стойкой.

Голос стал тише. Опаснее.

— У тебя есть тридцать секунд, чтобы захотеть найти этот доступ.

— Я…

— Потому что если не найдёшь — я начну искать по-своему. С тебя.

Он побледнел. Снова сглотнул.

И дрожащими пальцами потянулся к планшету.

Шаги Ивара были чёткими, отмеренными. Он появился точно тогда, когда я начал считать до десяти. Он всегда появляется вовремя.

— Брат, — выдохнул он, подходя вплотную и кладя на стойку ключи от машины и мою клубную карту. — Мчался как мог.

Чёрная карта с тиснением моего герба скользнула по дереву, как лезвие. Моментально атмосфера изменилась: бармен замолк, отвёл глаза и уже без лишних слов потянулся к трубке.

— Афелия, подойдите в главный зал. Срочно. Вопрос с архивом, — промямлил он, прижимая телефон к уху.

Спустя минуту появилась она — с характерной поспешностью и одновременно игрой на публику.

Афелия. Секретарь ночной смены, координатор залов. Та, что всегда старается быть рядом, когда в клубе появляется кто-то из нас.

На ней — короткое чёрное платье, подчёркивающее тонкую талию и длинные ноги. Волосы собраны в гладкий хвост, губы накрашены с расчётом — чуть смелее, чем нужно. Каблуки стучат быстро, грудь чуть приподнята, бёдра покачиваются. Она вбегает, как по вызову охоты. Но я не охотник. Не сейчас.

— Мистер Вальд, — голос с мягкой хрипотцой, и взгляд с поволокой. Она подходит ближе, встаёт чуть боком, чтобы я видел вырез на платье. — Чем могу быть полезна?

Волк даже не шелохнулся. Ни интереса, ни отклика.

Он выл внутри. Не на неё.

Бросил взгляд, короткий, тяжёлый.

— Доступ к записям за вчерашнюю ночь. ВИП-зона, второй этаж. Кабинка 6. Омега. Вышла без сопровождения.

Афелия моргнула, улыбка чуть дрогнула. Она не ожидала сухости.

— Конечно. Сейчас всё подготовлю.

Она развернулась, и каблуки снова застучали по полу — на этот раз быстрее, резче. Без кокетства. Теперь она знала — я тут не ради развлечения. И не ради неё.

А я стоял у стойки, чувствуя, как с каждым вдохом запах Лили выветривается из воздуха.

Пять минут спустя экран оживает. Пустота в груди превращается в ледяное напряжение.

Запись открывается с переломного момента — тот самый вечер, зафиксированный камерой у стойки бара.

Стою сзади, молча, рядом Ивар, чуть поодаль — Афелия, прикусив губу, будто боится дышать громко.

На экране появляется она.

Лили.

В платье, которое теперь знаю слишком хорошо. Подходит к бару. Жест — уверенный, но в нём что-то не так. Она выглядит слегка неуверенно, почти отстранённо. Камера показывает, как бармен ставит перед ней два бокала. Она выбирает один — тот, что не для неё.

На соседнем стуле мелькает мужская фигура. Что-то говорит ей. Тянется к ней рукой.

Лили откидывается, качает головой. Отводит взгляд.

Через несколько секунд резко разворачивается и уходит, будто пытается сбросить с себя чью-то навязчивость.