Истинная любовь императора драконов

5

Лия

Война…

Страшная новость оглушила, разбила на осколки наше хрупкое недолгое счастье, вышибла опору из-под ног.

На несколько мгновений я провалилась обратно в жуткое прошлое, которое хотела бы забыть навсегда. Не зря сегодняшний день начался с возвращения в Ивию, с горьких и светлых воспоминаний о тех, кого уже не вернуть.

Вот и сейчас… я будто снова стояла на пепелище родного дома, задыхаясь от едкой гари, от разрывающей сердце боли, даваясь собственным криком и слезами. И, точно так, как в тот чёрный день, отчаянно не желала верить в неизбежное, просто не могла принять то, что случилось.

Война…

Я уже знала не понаслышке, что это такое. И никак не могла понять, кому и зачем понадобилось развязывать её опять. Кто посмел выпустить на волю этого ненасытного зверя? Зверя, который не остановится, пока не сожрёт всё, до чего сможет дотянуться: людей, их дома, поля и сады, целые города, семьи, жизни…

Разве есть в мире хоть что-то (будь то власть, богатство или земли) превыше жизни? Разрушенные города, искорёженные судьбы, тысячи обездоленных, сирот, калек… Неужто кто-то так жаждет оказаться на троне Дхариана, что готов оплатить путь к власти такой ценой?

О, Небо, останови это, умоляю! Только не война!

Разве нам мало бед и мятежников? Заговорщики и так без устали жалили императора своими бессмысленными и безжалостными ударами, так и норовили укусить побольнее самого Дхар Ариса и его близкий круг.

Но всё же тайные недруги были не настолько сильны. Порой они достигали целей и оставляли после себя кровавые жертвы. Но это не сравнить с тем, чем грозила нам настоящая война с вторжением чужой армии, кем бы ни был неведомый враг.

Уже несколько поселений сгинуло в её огне. А что будет дальше?

Мне было страшно даже думать об этом. Хотелось кричать от бессилия и отчаяния.

Но я не могла себе этого позволить.

Я больше не пятнадцатилетняя сиротка Лия, в одночасье потерявшее всё. Теперь я супруга императора Дхариана, его истинная, его поддержка, его сила, его крылья. И сейчас я должна дать своему мужу то, в чём он нуждается – силы бороться, защищать нас всех, противостоять врагу и не опускать руки. Я должна верить в моего дракона и нашу победу так, чтобы никто, глядя на меня, не усомнился в том, что мы выстоим всем врагам наперекор.

А для начала надо хотя бы выяснить, кто, собственно, дерзнул вторгнуться на границу Дхариана…

Уже многие годы на территории империи царил мир. Наши соседи нередко затевали междоусобицы, но во владениях императора Дхар Агниаса ди Арейна никто не смел сеять распри. Конечно, в ту пору, когда император был ещё молод и амбициозен, он и сам не гнушался покорять огнём и мечом тех, кто не желал присоединиться к Дхариану путём заключения добровольного союза. Но со временем даже жёсткий и властный Дхар Агниас осознал, что это не лучший путь, и с тех пор расширял свои владения без кровопролития.

Исключением стал мой родной Север.

Но в Ивию Дхар Агниас пришёл не как завоеватель, а, скорее, как миротворец. Только суровый дракон со своей непобедимой армией смог образумить и призвать к порядку северных лодов, сцепившихся между собой подобно своре голодных псов.

А уж его сын, мой любимый Дхар Арис, и вовсе желал лишь одного – сохранить мир и порядок в доставшейся ему так внезапно империи, подарить этим землям благоденствие и процветание. Но, видно, кого-то наш зажиточный край манил, как кусок свежеиспечённого пирога манит голодного. Кого же, интересно?

Я решила на время отложить панику и попыталась вслушаться в донесение генерала Орхмана. Это было необходимо сделать, чтобы разобраться в ситуации, ведь пока, погружённая в свои скорбные мысли, я не улавливала и половину слов дракона. А ещё я своим состоянием невольно отвлекала Ариса. Он то и дело бросал на меня тревожные взгляды. А ведь у него сейчас были дела поважнее, чем утешать перепуганную истинную.

Взяв себя в руки, я, наконец, присела рядом с любимым, и он тут же ободряюще стиснул мою ладонь. Пусть, мимолётно, тут же возвращаясь к изучению карты, которую, очевидно, принёс генерал или же Ирмэн, но на душе сразу стало теплее, и даже стылая тьма ужаса отступила на время.

Мужчины, склонившись над картой, перебрасывались короткими, резкими фразами, за которыми скрывалось слишком многое. Орхман перечислял незнакомые мне названия, вёл пальцем вдоль горного хребта, обозначенного на бумаге темным зигзагом, а я с содроганием думала, что за каждым его словом спрятано какое-то поселение, живущие там люди. Я тоже пыталась разглядеть хоть что-то и осмыслить происходящее.

Но пока поняла лишь то, что мы до сих пор не ведали, кто наш новый враг.

– Здесь тоже всё в руинах, – мрачно доложил Орхман, не поднимая светлых глаз на своего императора. На его точёных скулах так и ходили желваки. – Их видно издалека. Пока неизвестно, удалось ли выжить хоть кому-то. Мы искали беженцев в горах, но никого не обнаружили. Возможно, люди прячутся вот здесь, в ущелье. Но проверить невозможно. Ближе… не подобраться…

– Что значит не подобраться? – впился в него взглядом Арис. – Стреломёты? Громовый огонь?

– Нет, Арис… там… что-то непонятное творится. Магия… Очень сильная магия… Когда мои разведчики донесли, что там нечто вроде невидимой стены, я сам решил проверить. И знаешь, на что это похоже? – Орхман на миг поднял взгляд, вздохнул. – Помнишь, эту тварь в белом? Тогда… в Сухэри… Когда ты хотел поджарить проклятого мага, а он остановил твой огонь, будто Щитом прикрывшись. Вот, на что это похоже. И руины… они светятся… Таким бледным, тусклым, зеленоватым сиянием… Вот как тот самый магический огонь, которым тебя сбили и едва не отправили к предкам. Хорошо, что рядом с тобой в то утро оказалась лора Лияра, – генерал почтительно кивнул мне, – а иначе… Сдаётся мне, сейчас у нас бы уже не было императора.

– Неужели за этим чудовищным нападением снова стоят все те же заговорщики? – ошеломлённо покачала я головой.