Истинная любовь с побочным эффектом

Глава 15

Рубин на пальце мерцает, и с удивлением я замечаю цифры и надписи на белых дверях. Когда шла сюда, не видела ничего. Удивлялась ещё, как они ориентируются среди сотен безликих дверей, а теперь понимаю, что к секретам военного ведомства относятся даже номера кабинетов.

«Комната для сотрудников С-45», — читаю на открытой для меня двери и только затем захожу. Кабинет выглядит безликим. Стол, пара стульев, пустой шкаф, в углу — блестящая кофеварка и шкафчик со сладостями в знакомых всем цветных упаковках. Не самая полезная еда, но желудку на это плевать.

— Изучите бумаги, мисс Бэррис, — говорит сопровождающий. — Копии делать нельзя, оригиналы выносить за пределы здания нельзя. Если возникнут вопросы, сообщите мне, и я вызову кого-нибудь из юридического отдела.

Спустя две чашки кофе с бисквитами я отдаю изученную от корки до корки папку с документами.

— Я готова встретиться с магистром Клейтоном.

Иду за сопровождающим, цокая каблучками. Впервые с того ужасного дня, когда я узнала о предательстве Сезара, на моём лице — искренняя улыбка.

Я всё ещё хочу разобраться во всей этой истории, но, кроме сожалений, теперь мне есть чем заняться. Доступ «С» откроет мне дверь в библиотеки с книгами не для всех. Я увижу разработки, о которых иначе бы даже не подозревала. Смогу общаться с людьми, до которых мне как до Луны. Мои знания и навыки станут более глубокими, и я непременно использую их для того, чтобы бескрылые обрели крылья.

Сезар всегда поддерживал мою мечту летать, и даже его предательство станет опорой для того, чтобы я смогла сделать следующий шаг.

Интересно, что он почувствует, когда я достигну цели?

— Нам нужно спуститься на артефакте перемещения.

Киваю и вместе с сопровождающим захожу на площадку, предназначенную для двоих. Двери закрываются, и артефакт начинает перемещение вниз. Пока он медленно движется, у меня есть время подумать.

Я всерьёз рассчитываю преуспеть. Во всяком случае, сделаю всё, что смогу, и использую все ресурсы и Диздэна, и военного ведомства.

Однажды Сезар услышит о том, чего я достигла. И, надеюсь, сколько бы времени ни прошло, всерьёз пожалеет, что отказался бороться за ту, которую называл своею истинной любовью. А если не пожалеет, значит, все его слова были ложью.

Рубин на моём кольце ярко вспыхивает, когда для меня открываются двери спрятанной глубоко в толще горы лаборатории артефакторики. Магистр Клейтон выглядит на свой возраст, но он всё ещё на ногах и бодро гоняет ассистентов вчетверо его моложе.

Магистр уделяет мне полчаса своего драгоценного времени. В его кабинете стеклянные стены и причудливо выглядящие артефакты.

Он открывает ящик стола.

— Когда-то я пытался сделать нечто подобное, но успехов не достиг. Я отдам тебе свои старые записи, девочка. Возможно, ты почёрпнёшь в них нечто ценное. Я их уже лет шестьдесят не перечитывал, так что сейчас даже не вспомню, что там писал.

Так я получаю тетрадь в чёрной обложке. Плюс сложенный вдвое листок.

— А вот это список книг, которые тебе стоило бы изучить. Его подготовили мои ребята, из тех, что любят пропадать в библиотеках. Ну а дальше дело лишь за тобой. Буду рад встретиться с тобой вновь. Обращайся, если потребуется моя помощь.

Прижимая тетрадь великого Клейтона к груди, я отправляюсь назад в Диздэн. В этот раз путешествую в почтовом экипаже. Трястись по земле приходится значительно дольше, чем лететь на спине у драара.

Всю дорогу у меня с лица не сходит улыбка. И даже очередная ядовитая статья в забытой кем-то из пассажиров газете больше не кажется мне такой уж проблемой. Я предвкушаю, как буду изучать записи Клейтона, как вернусь к своим конспектам, как организую свою лабораторию — хоть в малой степени похожую на ту, которую только что посещала.

Уже в сумерках шагаю по краю дороги к взмывающим в небо шпилям башен Диздэна.

— Мисс Бэррис, — доносится из-за спины. — Мисс Бэррис!

— Да, чем могу быть полезна?

Меня нагоняет стройный молодой человек в тёмном костюме. Одежда и обувь достаточно скромные, взгляд — прямой, беззастенчивый, цепкий. Если это поверенный дар Каасов, явившийся за кольцом, придётся с ним объясняться. И мне заранее неприятно, хотя я даже его имени пока не услышала.

Он приподнимает шляпу и вежливо наклоняет голову.

— Мисс Бэррис, позвольте представиться. Меня зовут Ирвин МакГри. Я работаю на «Женский вестник». Искал вас, чтобы взять интервью.

Уголки губ тянет вниз.

— Понимаю, вам досталось от нашей братии, но я вам не враг, — он прижимает руку к груди. — Я клянусь, что изложу вашу правду честно, без искажений, ровно так, как вы скажете. Вы её только скажите.

— Мне это не интересно, мистер МакГри. Моя частная жизнь никого не касается.

Он шагает ко мне, заглядывает в глаза с самым честным видом.

— Не отказывайтесь от интервью, мисс Бэррис. Должно быть так обидно, когда все пишут лишь мнение другой стороны. У вас наверняка есть своё видение ситуации. Позвольте мне дать вам возможность отбиться от всей этой грязи через нашу газету.

Он позволяет себе улыбнуться.

— А может, вы захотите нанести ответный удар? Я в любом случае буду всецело на вашей стороне. Таково редакторское задание.

Качаю головой.

— Вы будете на своей стороне, мистер МакГри, и на стороне своей охочей до скандалов газеты. Вы хотите написать сенсационное интервью и совершенно не думаете, как мне потом со всем этим жить.

— Жить, как жили до этого. Вы честная девушка, обманутая негодяем, и наши читатели обязаны об этом узнать. Ваш голос прозвучит громче, чем мой. Но даже если вы откажетесь от комментариев, прошу простить, но я всё равно не оставлю эту тему. Редактор уже обещал мне лучшее место для статьи на десять колонок в воскресном выпуске. До сдачи материала остаётся несколько дней.

— Ещё раз: мне это не интересно. Я не читаю «Женский вестник», и никто из моей семьи не читает.