Истинная любовь с побочным эффектом

Глава 16

Лерой дар Лиитон при моём появлении встаёт из-за стола и предлагает, как в прошлый раз, расположиться в уютных креслах возле камина. Небольшой столик уже накрыт к чаю.

— Мне сообщили, что вы вернулись полчаса назад. — Его слова звучат, будто он оправдывается, хотя тон — привычно суровый.

Смотрю в его лицо с простыми грубоватыми чертами. Тяжёлый подбородок, низкие широкие брови. Это воин, боевой маг — видно с первого взгляда. Его эмоции надёжно спрятаны под замок. Дар Лиитон почти всегда ведёт себя, будто голем. Если бы не предательски порозовевшие кончики ушей, то я бы не поняла, насколько он сейчас смущён и растерян.

— Вижу, вы избавились от кольца. — Он смотрит на мою руку, а в его ровном голосе, могу поклясться, звучит сожаление.

Я, в свою очередь, смотрю на него. И впервые понимаю, что кольца на руках драаров не прихоть, а необходимость. Всегда считала их любовь к украшениям забавной особенностью, как ко всему блестящему у ворон. Теперь на моей руке сверкает алым камнем кольцо, и пять разных колец только на правой руке сурового дар Лиитона больше не вызывают неправильных ассоциаций.

— Почему вы удивлены? Ведь это с вашего благословения я променяла дар Кааса на военное ведомство. Думаю, новый жених, в отличие от бывшего, проявит большее постоянство и заинтересованность. Бросать меня через газеты точно не станет.

Зрачки дар Лиитона вытягиваются, и я внезапно смущаюсь.

— Вы правы. Развод с военным ведомством невозможен, тем более публичный. Даже покидая военную службу, мы остаёмся в строю и можем быть призваны в любую минуту.

Мне неудобно из-за неудачно вырвавшихся слов. Держалась же всё это время, не срывалась, вежливо молчала по поводу поступка Сезара, а теперь стремительно скатываюсь в язвительность. Словно хочу, чтобы дар Лиитон знал, как меня ранило предательство его друга. Словно надеюсь, что однажды он скажет Сезару, как сильно я его теперь ненавижу.

А ведь это совершенно не так. Да, я обижена, но ведь уже почти поверила в существование запрета на отношения драаров с обычными людьми. И даже придумала пару-тройку вариантов, по которым он не мог встретиться со мной и по-человечески поговорить до того, как о его новой помолвке стало известно.

С другой стороны, дар Лиитон дал ясно понять, что вся эта суета задумана с целью, чтобы Сезар поскорей забыл обо мне. Они не станут меня обсуждать, иначе не стирали бы меня из жизни Сезара с такой безжалостной старательностью и не считаясь с затратами.

Но что-то внутри, совсем наивное, глупое, всё ещё хочет верить, что Сезар не хотел так поступать. Что ему было так же больно, противно и мерзко оказаться предателем, как мне — преданной им.

Ругаю себя за наивность. Вырвать бы её с корнем, и обо всём позабыть.

Так, всё. Хватит.

Мы пьём чай, и я лениво гадаю, зачем ректор вызвал меня к себе. Посидеть в уютной тишине у горящего огня — это вряд ли.

— Вы встречались с Сезаром? — спрашивает дар Лиитон.

И ведь только-только я пообещала себе не вспоминать Сезара, и вот.

— Почему вы так решили? — Возвращаю недопитый чай на столик.

Каждое упоминание Сезара сегодня вечером выводит меня из себя.

— Вы обещали, что вернёте ему кольцо только после того, как он объяснится.

Это правда. И то, что я поспешила избавиться от кольца, говорит о моей непоследовательности. А у волнения дар Лиитона появляется законное оправдание. Он же так чтит драаровский кодекс. За себя, и за того парня — то есть Сезара.

— Не волнуйтесь. Ваша сестра всё ещё невеста дар Кааса и вскоре получит родовое кольцо, если уже не получила.

Дар Лиитон пристально смотрит на меня, и я чувствую его интерес собственной кожей.

— Мы не встречались с Сезаром. Я отдала кольцо родственнику неверного женишка.

Да что ж такое!

— Простите, последние дни выдались излишне нервными для меня.

— Я думал, вы опоздали на день из-за того, что встретились с ним. И, честно говоря, я опасался, что вы уже не появитесь.

Качаю головой.

— Ваши предположения ошибочны. Я всего лишь чуть не умерла во время приёма зелий, и меня оставили на ночь под присмотром целителей.

— Всё было настолько серьёзно? — Дар Лиитон внимательно смотрит на меня.

Вспоминаю, как впервые в жизни лишилась сознания.

— Да, был шанс, что ваша проблема окончательно решилась бы сама собой, — вырывается у меня.

Перед дар Лиитоном хочется извиниться, и я закусываю губу.

К чёрту всё. Не знаю, какая муха меня укусила. Но внутри будто сидит чертёнок, который подзуживает говорить гадости.

— Мы вам не враги. Никто из нас не желает вам смерти, — говорит дар Лиитон.

Чёрт его подери.

— Прошу прощения, я плохо выразилась. Я ничего дурного не имела в виду.

Он плотно сжимает губы. Зрачки сужаются и расширяются, будто его осенила какая-то идея.

— Скажите мне то, что сказали бы ему.

— Что?

— Вам нужно выразить свой гнев, иначе это будет и дальше вас мучить. — Он смотрит мне в глаза. — Простите, надо было сразу вам предложить. Вы можете накричать на меня, можете ударить. Если вам станет легче, то я готов заменить его для вас в целительных целях.

Воздух застревает у меня в горле. Судорожно кашляю.

— Вы это серьёзно?

— Более чем. Я понимаю, как вы себя чувствуете. Вас предали, загнали в угол и не дали выразить своё негодование. Это слишком жестоко, и должно вызывать ярость. Но это легко лечится. Гнев разрушает вас, потому вам нужно его как-то выразить. Я доброволец, буду рад вам помочь.

Он резко встаёт, и я тоже поднимаюсь.

— Ударьте меня.

Его предложение звучит дико ещё и потому, что и тон голоса, и выражение лица абсолютно серьёзны.

— Ударьте меня, мисс Бэррис. Ну же, не бойтесь. Увидите, вам сразу же станет легче.

Он сокращает расстояние между нами. Берёт меня за руку и бьёт моей сопротивляющейся ладонью себя по твёрдой груди. Вряд ли он понимает, кому достаётся большая часть боли.