Истинная любовь с побочным эффектом

Глава 18

Ирвин МакГри настолько заинтересован в нашей беседе, что готов встретиться в любом месте и в любое удобное для меня время. У него лишь одна просьба — сохранять строгую конфиденциальность. Ни одной душе не сообщать о том, куда, когда и для встречи с кем я направляюсь.

Его предложение звучит как неплохое начало криминальной истории, где мне отведена роль жертвы, умирающей на первых страницах. Даже ровный голос почтового артефакта не может смягчить впечатления от сообщения, надиктованного журналистом.

— Наша статья, — продолжает мистер МакГри, — я гарантирую вам, произведёт эффект разорвавшейся бомбы. Но у любой бомбы есть запал, и просочившиеся к конкурентам или противной стороне слухи могут его легко загасить. Умоляю вас, мисс Бэррис, будьте крайне осторожны. Не доверяйте никому рядом с собой. Поверьте, у меня есть основания считать ваше окружение нелояльным по отношению к вам.

Он и правда талантливый журналист, сумел заинтриговать меня всего парой слов. Хочу поподробней узнать о его подозрениях. Он оперирует фактами, или просто хочет меня попугать? Если второе, наша беседа продлится недолго.

МакГри назначает встречу в том же месте, где мы познакомились — на обычно безлюдной дороге, соединяющей Диздэн с одной из ближайших деревушек. Обещает, что будет ждать меня столько, сколько потребуется, хоть до полуночи.

На этом его сообщение заканчивается, и я запускаю его повторно. Не хочу ничего упустить.

Место встречи — вот, что меня серьёзно смущает. Вчера я недооценила навыки ищейки Ирвина МакГри.

В Диздэн можно попасть разными путями. Большинство пользуются главной дорогой. Она освещена даже ночью, там широкое дорожное полотно из брусчатки, подходящее для конных экипажей, большие ворота, сторожка привратника, амбарная книга для регистрации посетителей. Учётная работа поставлена строго, и без записи ворота Диздэна не пересечь.

Я пользуюсь другим путём — хожу через боковую калитку в ограде. Так избегаю бумажной волокиты, излишнего любопытства и существенно сокращаю путь к Шаллотт, ближайшей к Диздэну деревушке. Приходится часть пути идти через лес, а часть — по краю грунтовой дороги.

Лесная тропа узкая, уклон местами довольно большой. Возможно, потому этим путём мало кто пользуется. Но это не моя личная привилегия, право получить ключи от калитки есть у всех постоянных сотрудников.

МакГри понадобилось совсем немного времени, чтобы разузнать, где я обычно хожу. Иначе как бы он вчера оказался на той самой — не главной — дороге?

В случайности я не верю, видимо, у него есть информатор. Так что он уже прав, когда утверждает, что о моих делах и привычках рассказывают те, с кем я постоянно общаюсь.

Мысль настолько неприятная, что окружающие меня стены вдруг представляются стеклянными, а я сама — букашкой под увеличительным стеклом.

В этом есть смысл, ведь моя частная жизнь стала общественным развлечением. Можно сколько угодно закрываться на все замки, сплетни и слухи так не остановить.

МакГри ждёт меня, начиная с четырёх часов дня — и даже этим подтверждает, что осведомлён о моём расписании. Он точно знает, когда я заканчиваю занятия, а значит, кто-то поделился с ним этой информацией.

Миссис Лаплас? Она верная читательница «Женского вестника», но как же не хочется её подозревать.

Переодев туфли на более удобные, я выхожу из здания академии. Ещё довольно светло, так что путь через лес представляется приятной прогулкой на свежем воздухе, а не опасностью.

Сквозь деревья различаю стоящий на дороге закрытый экипаж, запряжённый вороным. Стоит мне показаться на краю леса, из кареты выходит Ирвин МакГри. Он открывает большой чёрный зонт, и только тогда я замечаю висящую в воздухе морось. В лесу изменения погоды даже не чувствовалось, а под открытым небом я внезапно попадаю под усиливающийся дождь.

Приехать сюда на экипаже — весьма предусмотрительно со стороны журналиста. Внутреннее пространство кареты отлично прогрето — алым светятся тепловые кристаллы.

МакГри, севший следом за мной, пристраивает намокший зонт рядом с теплоизлучающим артефактом, а затем протягивает мне полотенце. Удивительно предусмотрительный человек.

— Спасибо, с вашей стороны это очень любезно

Когда, промокнув лицо, я возвращаю полотенце, мне достаётся кофе в картонном стаканчике. Чёрный, крепкий до горечи, без крупинки сахара — ровно такой, как я люблю.

Вот это уже серьёзно пугает. Ирвин МакГри непозволительно много знает о моей личной жизни. Какими дорогами я хожу, до которого времени работаю, какой кофе пью.

Откидываюсь на спинку сидения и разглядываю его худое лицо. Карие глаза светятся острым умом, нос длинноват, подбородок выдаётся вперёд, как у очень упрямых людей. Он не красавец, но в нём чувствуется сильная воля и столь же сильное желание докопаться до сути вещей.

— У вас есть досье на меня? — спрашиваю я, наслаждаясь горячим напитком.

— Неполное. В нём пока нет упоминания, что вы поступили на государственную службу.

Я прослеживаю направление его взгляда — МакГри рассматривает моё новенькое кольцо.

— Это непростой артефакт, надеюсь, вы это знаете. Открывая вам государственные секреты, одновременно он обнажает тайны вашей жизни для тех, кто захочет их узнать.

— Что?

— По нему вас легко отыскать. В любое время, где бы вы ни оказались, по этому кольцу вас могут найти.

— Кто именно может меня найти?

— Есть специальные ведомства, а у них есть специальные артефакты, чтобы контролировать государственные секреты и их обладателей. Это не должно вас удивлять, мисс Бэррис.

— Откуда вы всё это знаете?

— У меня такая профессия — знать.

Он не предоставляет мне никаких доказательств. Но я и без них ему верю. Причину объявляю вслух не я, а Ирвин МакГри:

— Уверен, они надели его на вас, чтобы пресечь возможную встречу с Сезаром дар Каасом. Скорей всего, ваше кольцо сейчас постоянно отслеживается. Так что, собираясь на тайное свидание, не надевайте его.