Истинная. Моя. Я сказал! 2

Глава 7: Перстень

Мелина Лоуренс

Теодор, стоявший недалеко от жрецов, молчал. Он слегка подался вперед, наблюдая за мной с ледяным интересом. Еще недавно этот человек совсем не так на меня смотрел.

Даже забавно, но он говорил, что моя безопасность важнее всего. А теперь… Теперь Императору не хватало всего лишь вердикта жрецов, чтобы приказать меня казнить.

Я ступила на возвышение, подошла к алтарю. Вперед вышел один из священнослужителей, на груди которого был золотой амулет в форме дракона с красными камнями. Значит – Главный жрец нашей Империи.

- Сегодня проводится проверка метки на этой девушке, на Мелине Лоуренс-Альверийской, - произнес он на весь зал голосом, усиленным магией. – В присутствии свидетелей мы должны выяснить, является ли она истинной наследному принцу Альверии, белому дракону, Реймонду Никхард Альверийскому.

Толпа зашумела. Среди множества голосов можно было разобрать много чего.

- Лживая тварь!

- Фаргарийская шавка!

- Альверия не допустит обмана!

- Отдайте ее родным погибших!

Крики сливались в один нестройный хор, в котором слышались презрение, ненависть и злорадное ожидание. Ожидание того, что метка окажется поддельной.

Теодор поднял руку. Движение было почти ленивым, но сила его власти ощущалась даже отсюда. В тот же миг шум оборвался, будто его на миг закрыли пробкой.

- Покажите метку, - велел Главный жрец.

Я судорожно вдохнула, пытаясь набраться смелости. Рука дрожала, но я все же медленно подняла ее и показала ладонь.

- Для начала нужно удостовериться, что на девушке нет артефактов, зелий или иных воздействий, способных исказить результат, - произнес священнослужитель. – Но, поскольку она наделена особым даром, нам придется его заблокировать. Для этого понадобится яд химеры.

Снова поднялся шум. Похоже, не все знали о том, что это необходимо. Жрец пояснил зрителям, что мой дар не позволит провести проверку. А заблокировать его можно только так.

Двери Храме распахнулись. В них вошел Калеб и два жреца. Они несли небольшую резную шкатулку из черного дерева. Двигалась эта процессия медленно, будто специально – чтобы оттянуть страшный момент.

Все трое поднялись на возвышенность, и лекарь открыл крышку. Внутри оказалось два флакона: один с черной, как ночь, жидкостью, другой с золотистой, чем-то напоминающей день.

Калеб поджал губы, осторожно взял в руки черный флакон.

- Как понимаю, будут желающие удостовериться, на самом ли деле это яд химеры, - утвердительно произнес он.

Поразительно, но лекарь оказался прав. Сначала подошли, проверили специальным артефактом. Он вспыхнул пугающим алым, подтвердив, что содержимое смертельно.

Но даже этого было недостаточно. Сын Аарона выпил несколько глотков. Он побледнел, пальцы принца на миг судорожно сжались.

Почти сразу жрец подал ему противоядие. Приняв лекарство, гранвеллец откинул голову и чуть не упал на пол. Но все же удержался, а затем, тяжело дыша, подтвердил – во флаконе яд.

Отраву вернули Калебу. Он вылил в прозрачную чашу необходимое количество и подошел ко мне.

- Мелине стул бы не помешал, - сказал лекарь.

- Не положено, - ответил один из жрецов. – Но она может опуститься на пол.

Не дождетесь. Постою. По крайней мере, сколько смогу.

Взгляд Калеба на миг встретился с моим. Так, словно он хотел меня поддержать, приободрить.

Лекарь подал мне чашу, и я обхватила ее ладонями. Сотни глаз впились в меня, жадно ожидая зрелища. Не было смысла заставлять зрителей ждать.

Залпом выпив содержимое, я перевернула чашу, показав всем – пусто, я все проглотила. Сосуд тут же кто-то у меня отобрал.

Кто – я не разобрала потому, что в этот момент мое горло вспыхнуло огнем, а грудь сдавило так, будто меня пытались разорвать изнутри. В глазах потемнело, я покачнулась, но все же смогла удержаться на ногах.

- Облокотитесь, - сказал Калеб, указав на алтарь. – Можно рукой.

Он посмотрел на мою метку. Напомнил о перстне. А еще… Похоже, намекнул на то, что ладонь не стоит показывать, когда украшения на мне не будет.

Я сделала шаг назад и прижалась к опоре, схватилась за нее руками. Стало немного легче, по крайней мере не нужно было больше прикладывать усилия, чтобы не упасть.

- Теперь можно проверить девушку артефактами, - громко возвестил Главный жрец.

Калеб отошел, но продолжил смотреть. Да, я знала – сейчас. Просто внутри меня что-то будто сжимало все внутренности, не давая ни дышать, ни двигаться.

Я глубоко вдохнула, насколько позволяла боль, и на мгновение закрыла глаза. Мир кружился, как карусель, шум толпы становился громким гулом в ушах.

Казалось, еще немного, и я потеряю сознание. Но я снова посмотрела на то, что происходило вокруг. Жрецы уже двинулись ко мне.

Сердце заколотилось в груди, и я поняла, что этот момент решающий. Да, именно сейчас. Надо.

Наверное, стоило попытаться снять перстень той же рукой, на которой он был надет. Но я побоялась, что сил не хватит, что дрожь выдаст меня.

Лучше наверняка - поэтому я едва заметно пошатнулась. Не по-настоящему, просто для вида, чтобы движение выглядело естественным.

Я осторожно дотронулась до украшения. Миг, и оно соскользнуло с фаланги в ладонь. Такое теплое, будто живое.

Сжав перстень в кулаке, я почувствовала облегчение. Получилось. Но что-то нужно было сделать еще… Калеб говорил.

Каждая клетка тела горела, дышать становилось все труднее, а думать – почти невозможно. Только взглянув на лекаря, я вспомнила, что перстень нужно убрать в сторону.

Я аккуратно положила его на край алтаря. Так, чтобы не коснуться случайно, но при этом не очень далеко – чтобы потом дотянуться.

Когда я это сделала, заметила странную вещь. На ладони остался рисунок белого дракона. Пришлось даже еще раз посмотреть на перстень, чтобы удостовериться, что он больше не на мне.

Странно. Прошлый раз, когда украшение снял Реймонд, метка пропала. А еще мне показалось, что лекарь намекал на то, что ладонь не нужно показывать.