Истинная. Моя. Я сказал! 2

Глава 14: Аделаина

Мелина Лоуренс

- Аделаина была, пожалуй, лучшим алхимиком не только в Альверии, в мире, - через мгновение ответил Теодор. – Она работала здесь, в лаборатории. Именно в этой комнате моя жена проводила больше всего времени.

Он грустно усмехнулся и прикрыл глаза.

- В тот день она искала способ защититься от фаргарийского огня, - сказал Император. – Аделаина вывела формулу для особого зелья, которое должно было позволить на некоторое время стать невосприимчивым к нему.

На какое? Если всего на несколько секунд, то смысла в этом немного. А вот если надолго, это действительно спасло бы нас.

- Но один из компонентов оказался поддельным, - продолжил правитель. – Как только моя жена добавила его в зелье, произошла реакция. Выделился ядовитый газ, который мгновенно заполнил комнату. Аделаина пыталась выбежать, но не успела. Ее легкие просто сгорели изнутри. И я тоже не успел. Почувствовал, понял, но… Был слишком далеко.

Он замолчал и провел ладонью по лицу, медленно, как человек, уставший от самой жизни.

А у меня в голове билось только одно – ядовитый газ. Как написал мой отец, Императрицу отравили.

- Вы сказали про поддельный компонент, - тихо осмелилась напомнить я. – Как же? Кто-то подменил настоящий?

Император хотел что-то сказать, но перед ним появилось послание. Теодор схватил его, убрал в карман.

- Позже договорим, - сказал он.

- Да, Ваше Величество, - поклонилась я.

- Нет, - сказал правитель, когда я направилась к двери. - Оставайся тут, в этой комнате безопасно. Я вернусь через полчаса.

Он вышел, оставив меня одну. Точнее, не одну… Но почему? Я могла бы уйти и вернуться, когда Теодор позовет.

Но приказы Императора не обсуждаются. Мне оставалось только ждать. Я осмотрела комнату. Она была не очень большой, но относительно уютной.

Если можно так говорить о помещении, где лежит человек, который находится между жизнью и смертью.

Только одна деталь очень сильно выбивалась из общей обстановка – сейф. Огромный, почти во всю стену, он стоял как немой страж, мимо которого нельзя пройти.

Странно, что при этом тайник вообще не был спрятан. Его даже не прикрывала какая-нибудь картина. Хотя, Теодор ведь сказал – открыть этот сейф невозможно.

Было страшно даже подходить к нему. Я уже один раз влезла туда, куда не должна была. С тех пор я точно поняла – нельзя ничего трогать без разрешения.

Потому я пару минут потопталась на месте, а затем подошла и осторожно села у кровати Аделаины. Туда, где до этого сидел Теодор.

Императрица лежала спокойно. Если бы я не знала правды, решила бы, что она спит. Белые, как снег, волосы рассыпались по подушке. На губах застыло что-то вроде тени улыбки, словно она видела что-то хорошее.

Такая красивая, такая любимая мужем и детьми… Почему же жизнь настолько несправедлива?

Аделаина ведь просто хотела помочь. Хотела защитить, спасти, найти способ сделать этот мир чуть безопаснее.

Я вдруг поняла, что дрожу. От чего? От жалости или страха, я не знала. Может, от осознания того, что именно так и выглядит самая страшная потеря. Не смерть, а тишина, застывшая между двумя сердцами.

Реймонд ведь тоже, наверняка, был бы совсем другим, будь рядом с ним любящая мать. Не таким холодным.

Пожалуй, если бы у меня было одно единственное желание, я попросила бы… Попросила бы, чтобы Аделаина проснулась. Просто открыла глаза. Посмотрела на мужа. На сыновей. На мир, который без нее потерял краски.

Пальцы сами собой сжались в кулаки - от бессилия, от боли, от чего-то такого, что трудно назвать словами. Хотелось хоть чем-то помочь. Хоть чем-то…

И вдруг воздух вокруг меня дрогнул. Не успела я удивиться, как Аделаину затрясло. Из ее тела вырвался почти черный дым, который полетел в мою сторону.

Я отпрянула, вскочила с кресла и отбежала в сторону. Но было поздно. Он проник прямо в меня, словно живой. Я захрипела, грудь будто сжали изнутри железные кольца.

Легкие загорелись, как если бы в них пылал настоящий огонь. Хотелось закричать, но я не могла издать ни звука.

Я упала на колени, вцепившись пальцами в пол, и отчаянно пыталась вдохнуть хоть немного воздуха. Но он будто пропадал, лишь только оказывался внутри.

Перед глазами плясали блики - серебристые, золотые, черные. Мир расползался на части, стены дрожали. Я слышала собственный хрип, слышала, как кровь стучит в висках, пытаясь вырваться наружу.

В глазах все потемнело, я поняла, что теряю сознание.