Истинная. Моя. Я сказал! 2

Глава 19: Обещание

Реймонд Никхард Альверийский

Я шел по скользкому коридору, подгоняемый гулом дворца и собственными мыслями.

В груди было пусто от усталости и гнева, но мысль о Мелине давала мне странную легкость - как будто где-то внутри меня горела маленькая сфера, указывавшая путь. К ней.

Конечно, жена ждала меня в той же комнате, где я ее оставил. Она не только не встала с дивана, но даже на мягкую спинку не откинулась.

Моя диверсантка встревоженно подняла голову в тот момент, когда я открыл дверь. Ее лицо было бледнее обычного, глаза большие, влажные от чего-то, что сейчас было больше тревогой, чем слезами. В руках у Мелины дрожал край ее платья, который она сжала руками так сильно, что костяшки побелели.

Я закрыл за собой дверь и подошел ближе, но не спеша, чтобы не пустить в этот миг суету. Сел рядом, положил ладонь ей на щеку и почувствовал, как жена вздрогнула, но тут же расслабилась.

Рот моей несносной девчонки дрогнул в попытке улыбки, она пыталась показать, что всё в порядке.

- Что сказал ваш брат? – спросила Мелина тихо, почти шепотом, как если бы боялась, что стены нас услышат.

Я коротко пересказал: про приказ, про то, как нас назвали предателями, про пехоту и про то, как Асмодей угрожал казнью за малейший протест. Я говорил спокойно, не расписывая каждую деталь – жене и так было достаточно.

Она слушала, сжимая мои пальцы в обеих своих руках, как будто пыталась удержать меня здесь, рядом, и не упустить.

- Не переживай, - сказал я с теплотой в голосе, - я всё улажу.

- Как?

- Переговорю со своими генералами и командирами, которые прошли со мной не одно сражение, - пояснил я. – Уверен, те из них, кто был на церемонии, уже всё поняли. Поняли, что это самоубийство. Они не поведут людей на верную смерть. К тому же, я очень сильно сомневаюсь, что после нашего недавнего визита в Гранвелл и сожжённого дворца, наши соседи захотят делиться с нами своими артефактами. А без них… Асмодей, конечно, тщеславен, но одновременно труслив. Как думаешь, он захочет один без Лотара возглавить кампанию, обречённую на поражение ещё до своего начала?

Мелина закрыла глаза и глубоко вдохнула. На лице моей жены появилось первое настоящее облегчение с тех пор, как мой брат стал наследником трона.

- Не должен, - выдавила моя диверсантка, и добавила с оттенком иронии, который я прежде у неё не замечал: – Если он не совсем глуп.

Я улыбнулся и поцеловал жену в лоб, затем - медленно, как обещание, провел губами вдоль её губ. Поцелуй был мягким и глубоким одновременно, в нем были и благодарность, и вызов, и клятва.

Но Мелина тут же отстранилась, нахмурилась.

- Вы… - отвела она взгляд. – Вы хотели спасти моим даром мать? С самого начала.

- Что? – удивился я. – Нет, конечно. Кто же знал, что ты способна лечить других.

- Ну, передать дар ей…

- Это невозможно, - покачал я головой.

- Значит, - грустно улыбнулась жена. – Вы всё еще хотите его отобрать.