Истинная одержимость дракона

Глава 23. Перед завтраком

— Вы правда считаете, что я вкусная? — мямлю я спросонья, и только после понимаю, что сморозила глупость.

Сон как рукой снимает! Подскакиваю на кровати, а потом натягиваю одеяло до самого подбородка. Как будто это спасёт меня от участи стать завтраком для одного большого и очень… притягательного дракона.

Мама дорогая, а если он скрывает это, и никто не должен был знать, а теперь его тайна под угрозой?!

Но, проклятье, он же сам меня запер! Неужели не предположил, что я что-нибудь замечу?! И вообще из соседнего окна драконом вылетел! А если кто-то ещё на улице был и смотрел?

Ох… Почему я об этом не подумала?

Глаза ректора становятся настолько непроглядно-тёмными, что страх ледяной крошкой распространяется по всему телу, попадает в лёгкие и мешает даже сделать вдох.

Тенгер резко перемещается ко мне, нависая надо мной, прижимая к кровати. Сердце бешено бьётся, шутить больше не хочется. Может, это всё же кошмар?

— Шпилька, — с лукавым прищуром чуть слышно говорит ректор. — Тебя не учили, что чужое брать нехорошо?

Точно съест.

Но этой мысли вторит нечто совсем иное. Ощущение тепла, даже жара, исходящего от тела ректора, будоражит те чувства, которые в этой ситуации должны спать мёртвым сном. Как минимум в отношении него.

Запах кофе и специй одурманивающе действуют на мой мозг. Трепет пробегается по всему телу, собирается в солнечном сплетении и опуститься ниже, в живот, а потом взорваться тысячей искр и непонятным мне желанием. Чего? Неужели… Я хочу, чтобы Тенгер меня поцеловал?

Лёд в крови заменяется на огонь, пылают руки, лицо и ощущение, что одежда, которая на мне, тоже воспламенится и останусь я…

Перед глазами появляется красная пелена, меня будто кружит в огненном вихре, вот-вот испепелит.

— Дыши глубже, — как сквозь толщу воды слышу я. — Инга, успокойся.

На мою щеку ложится прохладная шероховатая рука, и становится спокойно. Кажется, что я сто лет не дышала, а теперь могу вдохнуть полной грудью, и будет счастье.

— Вот так, молодец, шпилька, — часто моргаю и вижу перед собой обеспокоенное лицо ректора. — Пожаров нам не надо. И всплесков тоже, поэтому будешь приходить ко мне после занятий на индивидуальные: теорию в виде правил для девочек из цветника и практику, которая поможет обуздать твою силу, такую же вредную, как ты сама.

Он отстраняется и подбирает с пола как-то там оказавшуюся книгу про драконов.

— Алистар, — окликаю его я. — Ты людей ешь?

Самой же хочется закатить глаза от тупости вопроса. Но я всё же жду ответ, потому что спросить «ты дракон?», когда своими глазами видела, как он перевоплощается, ещё глупее.

— Нет, — усмехается ректор, а потом думает и добавляет: — Только кусаю иногда.

Перед глазами предстаёт картина его огромной зубастой пасти, которая кусает человека. Нет, мне кажется, это всё-таки называется «есть».

— А еще драконы есть? — ну я просто генератор вопросов!

— Вероятность пятьдесят процентов, — продолжает издеваться надо мной Тенгер. — Либо да, либо нет. Одевайся, Инга, а то останешься без завтрака. Вчерашний ужин был исключением.

Он выходит, закрывая за собой дверь, а я утыкаюсь лицом в подушку и громко рычу в неё. Идиотизм!

Почему мои мозги превращаются в желе, когда он рядом? И как мне думать о плане побега, когда я постоянно думаю о ректоре?

Привожу себя в порядок, насколько я могу, когда мысли в раскорячку, проверяю наличие бумаги и пера для лекций, и смотрю на остальные вещи. И куда мне их? С собой весь день таскать? Надо ректора спросить.

Возвращаюсь в кабинет с этой мыслью, но он не даёт задать вопрос.

— Я тебя провожу, — говорит, отходя от окна.

Сочетание ректора и окна оживляет вчерашнюю драконистую картинку, и я невольно закусываю губу.

— Но сначала я должен подстраховаться, учитывая твое умение попадать в неприятности, — Тенгер подходит к столу и берёт с него браслет, из двойной нити бусин. — Дай руку.

Сжимаю кулаки, прячу их за спиной и делаю шаг назад.

— Зачем? — хмуро рассматриваю эту штуковину, и она мне совсем не нравится.

— Стабилизатор магии, — говорит он, наклоняет голову набок и ждёт. — Чтобы ты сама себя не уничтожила, и не разнесла мне академию.

Поджимаю губы. Не хочу я никаких стабилизаторов, даже в виде украшений. И так как в клетке здесь в Академии, а теперь ещё и окольцевать хочет?

— Инга, — голос ректора, несмотря на моё упрямство, становится только мягче. Он подходит и, подцепив пальцев подбородок, поднимает его. — Я ни за что не причиню тебе вреда. Мне нужно, чтобы ты была в безопасности.

Вкрадчиво, гипнотизируя меня своим чёрным взглядом. Сдаюсь и протягиваю руку с меткой. Всё равно её очень хочется прикрыть, чтобы мне глаза не мозолила. Кажется, этот выбор нравится Тенгеру, потому что он с лёгкой улыбкой закрепляет браслет на моём запястье.

— Спасибо, — выгибает бровь. — А теперь — в столовую.