Истинная пара палача. Книга 2. Охота на палача

Глава 1. Тень в горах

Горная тишина — это не отсутствие звуков.

Это когда слышно, как падает иголка с сосны. Как дышит лес. Как под землёй текут ручьи, которые не видели солнца тысячи лет. Это когда каждый шорох кажется чужим, даже если ты живёшь здесь уже год.

Ника любила эту тишину.

Она стояла на крыльце нового дома — того самого, который Тимур построил тайком, пока она спала. Дом пах свежим деревом и смолой. Внутри потрескивал камин, на стенах висели рисунки — её портреты, лес, луна. Тимур рисовал каждую ночь. Говорил, что так успокаивается.

Снаружи — звёзды и луна. Миллиарды огней, которые не зажигает никто. Ника смотрела на них и думала о том, как изменилась её жизнь.

Год назад она была охотницей. Лучшей в Ордене «Чистая ночь». Палачом, как шептались вампиры. Она не сомневалась, не плакала, не задавала вопросов. Получила приказ — выполнила. Увидела цель — уничтожила.

А потом пришёл Тимур.

Самый опасный вампир в городе. Самый древний. Тот, кого боялись даже свои. Его приказ был простым: убить. Не задавать вопросов. Не смотреть в глаза. Выстрелить серебряным болтом и вернуться за наградой.

Но она не выстрелила.

Потому что он спасал девочку. Потому что в его глазах не было тьмы. Потому что что-то внутри неё — древнее, забытое, глупое — сказало: «Не убивай. Это твоё».

И она не убила.

С тех пор прошёл год. Орден пал. Андрей Петрович, её наставник, оказался предателем. Проект «Чистый горизонт» — план истребления всех вампиров — рухнул. Ника и Тимур сбежали в горы. Построили дом. Завели собаку. Жили тихо, мирно, без выстрелов и погонь.

Но тишина — это не мир. Тишина — это затишье перед бурей.

— Идёшь спать? — спросил Тимур, появляясь из темноты.

Он всегда появлялся бесшумно. За год Ника привыкла. Но иногда всё равно вздрагивала. Вампир остаётся вампиром. Триста лет привычки не сотрёшь.

— Не хочется, — ответила она, не оборачиваясь. — Ночь красивая.

— Каждую ночь ты говоришь «красивая», а сама не спишь до утра.

— Потому что днём ты спишь, а я скучаю.

Он улыбнулся, подошёл ближе, обнял её со спины, поцеловал в макушку. Его губы были прохладными, но не холодными. За год он научился согреваться от неё.

— Я здесь, — сказал он. — Даже когда сплю.

— Не всё равно.

Тишина. Только ветер и далёкий крик ночной птицы. Где-то в лесу ухнула сова, и Ника невольно напряглась. Раньше она не замечала таких звуков. Раньше она была охотницей. Теперь — просто женщина, которая боится за свой дом.

— Ника, — позвал Тимур.

— Мм?

— Ты ни о чём не жалеешь?

— О чём? — она повернулась к нему, заглянула в серые глаза, которые при свете луны казались почти прозрачными.

— Что ушла из Ордена. Что бросила всё. Что теперь мы здесь, в глуши, и неизвестно, что дальше.

— Ты боишься?

— Я тебя боюсь потерять, — честно сказал он. — А больше ничего.

Ника прижалась к нему, чувствуя, как его руки обхватывают её талию. Она помнила каждое прикосновение. Каждую ночь. Каждый рассвет, когда он засыпал, а она сидела рядом и слушала его дыхание. Он не дышал по-настоящему — вампиры не нуждаются в воздухе. Но ради неё он научился. Вдох. Выдох. Как человек.

— Я не жалею, — сказала она. — Ни дня. Ни секунды.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

Он поцеловал её. Крепко, надёжно, так, что мир исчез. Ника закрыла глаза, растворилась в нём, забыла про ночь, про лес, про всё, что было до.

А потом залаяла собака.

Вольт — их пёс, которого они подобрали щенком прошлой осенью, — заливисто лаял в сторону леса. Не на зверя. Не на ветер. На чужого. На того, кого не должно быть здесь.

— Тихо, — сказала Ника, напрягаясь.

Вольт не унимался. Он стоял у калитки, оскалив зубы, шерсть дыбом.

Тимур убрал руку с её плеча, шагнул вперёд, прикрывая её собой. Его движения стали быстрыми — вампирская скорость включалась автоматически, когда он чувствовал угрозу.

— Кто-то идёт, — сказал он тихо.

— Я слышу.

Ника положила руку на арбалет, висевший на стене у входа. Серебряные болты были на месте. Она проверяла их каждое утро. Привычка, от которой не могла избавиться.

Из леса вышел человек.

Высокий, в чёрной куртке, с рюкзаком за плечами. Он поднял руки — мол, я без оружия — и остановился в двадцати метрах от калитки. Не ближе. Не дальше. Опытный.

— Не стреляйте, — сказал он. — Я один и пришёл с миром.

Голос был спокойным, но Ника не расслабилась.

— Кто ты? — спросила она, держа арбалет наготове.

— Меня зовут Влад. Я друг Марка.

Ника замерла. Марк. Её бывший напарник. Тот, кто помог ей узнать правду о проекте «Чистый горизонт». Тот, кто остался в Ордене, когда она ушла.

— Почему он не пришёл сам?

— Не мог. За ним следят. Он передал, чтобы я предупредил вас.

— О чём?

— Орден мёртв, но есть те, кто хочет его восстановить. Они знают, где вы. И они идут сюда.

Тимур шагнул вперёд. Его глаза потемнели — верный признак того, что он готов к бою.

— Сколько их? — спросил он.

— Много. Десять. Может, больше.

— Когда?

— На рассвете.

Ника и Тимур переглянулись.

Вольт всё ещё лаял, но тише — будто понял, что чужой не нападает.

— У нас есть три часа, — сказал Тимур.

— Меньше, — ответила Ника, глядя на лес. — Они уже близко.

Она повернулась к Владу.

— Заходи. Расскажешь всё. И если ты врёшь...

— Я не вру, — сказал он. — Я здесь, чтобы помочь.

Тимур взял её за руку, сжал пальцы.

— Пусть войдёт, — сказал он. — Но я буду следить.

Ника кивнула, опустила арбалет.

Влад шагнул вперёд, прошёл через калитку, остановился у крыльца.

Вольт замолчал. Подошёл, обнюхал ноги чужого и ткнулся носом в ладонь.

— Собака умная, — заметил Влад. — Чует, что я не враг.

— Собака чует, что ты не вампир, — поправил Тимур. — Это не одно и то же.

Ника открыла дверь.