Истинная поневоле для генерала дракона

Глава 5

Плац, куда меня везла запряжённая четвёркой лошадей карета, занимал обширное Арсово поле на территории дворца Морхарона Жестокого. Было известно, что его величество любил наблюдать из окна за своими гвардейцами, и потому ежеутреннее построение длилось около часа и больше напоминало парад.
Об этом мне рассказал отставной вояка по имени Грай, служивший начальником охраны маршальского особняка. Узнав, что я собираюсь выехать, он не столько попросил дозволения, сколько поставил перед фактом, что будет меня сопровождать.
— Не след леди разъезжать одной, — не терпящим возражений тоном постановил Грай. — Мало ли что.
Я приподняла бровь: мало ли что — в столице Даркейна?
— Бережёного Прародитель бережёт, — ответил Грай на мой безмолвный вопрос, и кроме служанки, ответственной за большую корзину с завтраком, я получила ещё одного сопровождающего.

Впрочем, даже из такого соседства я извлекла выгоду, разузнав подробности о месте, куда ехала, и о том, что меня там ждало. А вот к чему оказалась не готова, так это к тому, что стоявшая на воротах королевского дворца стража откажется меня пропустить.
— Без приглашения никого впускать не велено, — осклабился заглянувший в карету начальник караула и не удержал жадный взгляд на моё декольте. — Хоть жену лорда маршала, хоть тролля лысого. Так что звиняйте, гсжа.
Он собрался было отойти, но я тихим и страшным голосом велела:
— Стоять!
Начальник караула замер.
— Открыть ворота. — От меня волнами исходила жуть — в точности, как от императора Морхарона, у которого я и подсмотрела эту манеру. — Иначе весь караул будет разжалован.
Начальник попытался было перебороть меня в дуэли взглядов, но быстро отвёл глаза.
— Я жду, низший.
И дракон уступил. Смазанно козырнул мне, сделал знак стражникам, и тяжёлая решётка, перегораживавшая арку, нехотя поползла вверх. Кучер щёлкнул кнутом, и карета въехала под каменный свод. Копыта лошадей гулко зацокали — ширина опоясывавшей дворец стены была порядка двух десятков шагов. Я чувствовала взгляд сидевшего напротив Грая, однако и не думала смотреть в его сторону. Потому вояке пришлось самому кашлянуть и начать:
— Прощения прошу, леди Кассия, но, может, им вправду нельзя, ну, посторонних пускать. У его величества бывает: что ни день — новые правила.
Я выдержала паузу до тех пор, пока карета не остановилась на широком, вымощенным разноцветной брусчаткой дворе. Только после этого небрежно бросила:
— Я не посторонняя. Я жена маршала Ригхарда, — и грациозно выбралась из кареты в распахнутую кучером дверь.

Грай и служанка спешно последовали моему примеру. Но не успела я приказать вояке вести меня на Арсово поле, как к нам подбежал лакей в снежно-белой ливрее и, согнувшись передо мной почти пополам, торопливо произнёс:
— Высокородная леди Кассия, его императорское величество Морхарон шлёт вам привет и приглашает подняться к нему на северную галерею.
Сердце невольно ёкнуло: встречаться с императором в мои планы не входило.
А с другой стороны, глупо забраться в пещеру горной мантикоры и рассчитывать не встретиться с ней.
— Я благодарна его величеству за оказанную честь. — Какое же счастье владеть даром, подсказывающем тебе правильные фразы в зависимости от выбранной личины! — Проводи меня.
Лакей отвесил ещё один поклон, и я, сделав служанке знак идти следом, двинулась за ним.

Северная галерея, протянувшаяся вдоль стены дворца на высоте трёх драконьих ростов, выходила именно туда, куда я собиралась — на Арсово поле. А император Морхарон занимал себя именно тем, что приписывала ему молва: с непроницаемым, даже как будто сонным видом наблюдал за маршировавшими гвардейцами. Прошедшее четверть небосклона солнце щедро лило золотые лучи на отряды, что двигались словно единый организм, и глаза то и дело слепили яркие блики на обнажённом оружии.
Приблизившись к императору, я остановилась в пяти шагах от него и присела в долгом реверансе, ожидая, пока на меня обратят внимание.
— Доброе утро, леди Кассия.
Морхарон не повернул в мою сторону головы, увенчанной стальной зубчатой короной, однако я не обманывалась.
Он всё видел и всё замечал, и потому не стоило торопиться подниматься из реверанса.
— Доброе утро, ваше императорское величество.
Император наконец покосился в мою сторону.
— Встаньте уже. К чему эти формальности в дружеской обстановке?
Я послушно выпрямилась, и Морхарон, сделав слабый жест, продолжил:
— Подойдите. Взгляните на молодцев, положивших к моим ногам половину континента.
Встав рядом с ним, я устремила взгляд на гвардейцев.

Половину континента. Виккейн был последним невзятым государством на западе, вольготно чувствуя себя за неприступной стеной Белых гор и огненным рвом, чёрное пламя которого поддерживали жрецы Рогатого бога.
Но горы покорились крылатой армии, а пламя рва погасло, не в силах тягаться с пламенем высших драконов. И Виккейн пал.

— Что привело вас во дворец так рано, леди Кассия? — между тем светски поинтересовался император.
— Я привезла мужу завтрак, ваше величество.
Такого ответа Морхарон не ждал, хотя наверняка заметил служанку, бессловесной тенью стоявшую в глубине галереи.
— В самом деле?
Впервые император посмотрел прямо на меня, и желудок неприятно сжался, настолько тяжёлым и пронизывающим был взгляд льдисто-голубых глаз с вертикальным росчерком зрачка.
«Вот ведь странно: высший дракон, огнедышащий, а сам словно из снежного мрамора высечен. Не то что маршал…»
Я с усилием сглотнула, на волоске держась оттого, чтобы не потупиться.
— Маршалу определённо повезло с Истинной, — раздумчиво заметил Морхарон, прерывая затянувшуюся паузу. — Такая преданность не может не быть вознаграждена.
И он элегантным, как в танце, жестом подал мне руку.
— Идёмте, леди Кассия. Я лично провожу вас к вашему супругу.
«Не по плану!»
Да, всё шло не по плану, но императору не отказывают.
— Благодарю за честь, ваше величество.
Едва касаясь жёсткой ткани, я положила пальцы поверх белоснежного рукава императорского мундира, и мы торжественно двинулись по галерее к спуску.