Истинная попаданка для короля

А панталоны?

Деревеньку я рассмотреть не успела. Гар со свирепым видом в несколько широких шагов, больше похожих на скачки, преодолел расстояние до белого одноэтажного здания с небольшими окнами и черепичной крышей.

Ногой распахнул массивную деревянную дверь. А когда мы оказались в просторном зале с множеством столов, заполненном вооружёнными людьми в кожаных доспехах, рявкнул так, что все повернули к нам головы.

- Отряд, я вернулся. Со мной Мира. Беречь как сокровище.

С этими словами он поставил меня на пол, но удержаться я не смогла. Тело пронзила нестерпимая боль. От кончиков пальцев на ногах до самой шеи меня скрутила судорога.

Охнув, я начала оседать на пол, но Гар снова не дал мне упасть. Подхватил под мышки и усадил на ближайшую лавку.

- Тивер! Быстро!

Образовавшееся вокруг нас людское кольцо дрогнуло. Словно в неведомом, но хорошо отрепетированном танце, одни придвинулись ближе, а другие сделали синхронный шаг назад.

Я думала, что увижу воина, но ко мне подошёл не ратник в кожаных доспехах, а одетый в белую свободную рубаху и тёмные брюки худощавый мужчина.

Даже если бы его нарядили в латы, он выделялся бы светлыми, почти ледяными глазами. И взглядом, который мог бы быть у прорицателя. Его светлые волосы были схвачены кожаным шнурком у основания шеи.

Мужчина коснулся кончиками пальцев моего лба и запястья. В зале наступила тишина. Худощавый Тивер утвердительно качнул головой и скомандовал.

- Жить будет, несите в чистомойную избу.

Ко мне двинулись двое похожих как две капли воды парня, но Гар успел первым. Братья удивлённо переглянулись, когда рыцарь подхватил меня на руки. Но вместо того, чтобы двинуться ко входу, он пошёл в другую сторону.

Обогнул стойку, похожую на барную. Нырнул в узкий коридор и, проскочив его в несколько шагов, распахнул плечом небольшую тёмную дверь. Мы оказались во внутреннем дворе.

Тут жались друг к другу деревянные строения, похожие на сараи. В одно из них, сложенное из брёвен, меня и понёс Гар. У самого входа он зашептал мне на ухо.

- Ни в коем случае не показывай никому свои руки. Я принесу тебе другую одежду. Тиверу можно доверять, но и ему ни слова. Поняла меня?

- Да, но что я скажу, если спросят, почему я не показываю рук? Стесняюсь или религия не позволяет?

На мою шутку рыцарь отреагировал счастливой улыбкой.

- Отлично! Так и говори! На Земле нельзя показывать никому руки из-за религии. Если кто-то их увидит, ты потеряешь способности предсказательницы.

- Гар, а зачем всё это надо? Что с моими руками не так?

По спине прокатился холодок предчувствия.

- Это из-за молниеносной метки. Если о ней станет известно, твоя жизнь подвергнется опасности. – Он пристально посмотрел мне в глаза и добавил нехотя. – И не только твоя. Не добавляй себе сложностей в корзинку. И так тяжело нести будет. Пожалей плечи.

- А что означает…

- Тихо! Не болтай попусту, - перебил меня рыцарь, и уже через секунду за моей спиной раздалось голосом Тивера.

- Заносите внутрь, господин Эрфайнтер. И оставьте кого-то снаружи для поручений.

- Посылай без промедления. Мира нам нужна живой и невредимой. Мы же не хотим в Вечносумеречную?

- Никак нет, командир. Давайте перестанем мучить девушку.

Гар внёс меня в небольшое помещение, похожее на баню. В нём стояла длинная печь. Большая часть лежанки была закрыта деревянной скамейкой. Возле самой трубы оставалось пустое место.

На ней лежало приспособление, очень похожее на крышку от кастрюли. У стены рядом стоял набор корыт, вложенных одно в другое. Матрёшки, да и только.

- Снимайте одежду, Мира. Оставайтесь в корсете и панталонах. Их пока оставьте, хотя я уверен, что придётся и их снять, но позже.

При этом Тивер не сделал попытки отвернуться или хотя бы закрыть глаза. Мне было неловко находиться с ним в одном помещении. Мужчина принял моё замешательство равнодушно.

- Не мешкайте. Я лекарь второго дивизиона. Обучен всему от ампутаций до приёма младенцев на передовой. И полный перечень клятв действовать в интересах болящего, можете не сомневаться, принёс. Да и чего я там не видел.

Мужчина оголил запястье. На его внутренней стороне была трижды нанесена татуировка в виде человеческого черепа с перекрещенными костями. Такой знак я видела в аптекарском музее на склянках с ядами.

Но от его высокомерного превосходства мне стало не по себе. Я даже поёжилась, словно от холода, хотя в чистомойной избе было жарко.

Я сглотнула и огляделась по сторонам, ища хоть малейшую возможность спрятаться, но ничего не находила. А когда лекарь передал мне просунутую в дверь одежду, нашла выход.

Подняла самое большое корыто и, спрятавшись за ним, как за ширмой, начала переодевание. Помня о словах Гара, надела на шею рубаху, и только потом сняла платье.

- Мне нельзя оголять руки ни при каких обстоятельствах, поэтому я останусь в рубахе. Если понадобится оголить живот, подниму край.

Глядя на чёрный кружевной комплект нижнего белья, которое я берегла для начальника, вдруг поняла, что предыдущую жизнь почти не помню. Её словно подёрнула дымка забвения, оставив от ухаживаний Хвостова только брезгливость.

Я потрясла головой, чтобы прогнать остатки воспоминаний. Поправила бретельки лифчика под рубахой. Разгладила край кружевных танго, с которыми было связано столько надежд и которые рубаха не прикрывала.

Вышла из-за корыта и натолкнулась на изумлённый взгляд лекаря, пялящегося на мои трусы.

- И панталоны? – спросил он.

- Это они! – заявила я, внутренне ликуя и чувствуя себя отомщённой.

***

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в эмоциональную новинку

Анны Дрэйк

Худшая пара академии