Истинная последнего дракона

4. Неприкосновенность

— Ах! — вскрик сам вырвался из груди, как только я почувствовала, что вновь проваливаюсь и лечу в пропасть.

На этот раз я упала не на ноги, а плюхнулась на диван и мне тут же по ушам ударил истеричный женский визг. Звон падающей и разбивающейся посуды добавил антуража, а оглянувшись на звук, я увидела дворцовую служанку, которая опрометью бросилась к дверям.

Да, я вновь была во дворце. В той самой комнате, где так неудачно поужинала со своим будущим супругом. Вот только его здесь больше не было, а служанка, судя по всему, как раз занималась тем, что убирала посуду после нашего ужина.

Я поднялась с дивана, совершенно не понимая, что мне делать дальше, но долго раздумывать не пришлось. Через какие-то считанные секунды в комнату сначала ввалился министр иностранных дел с парочкой лакеев, затем маркиза Ровентар, а ещё через несколько минут гостиная наполнилась совершенно незнакомыми мне людьми, словно пчелиный улей.

Я смотрела на это столпотворение, окончательно теряясь и не понимая, чего от меня хотят все эти люди, пока где-то над их головами не раздался гневный голос короля:

— Немедленно всем покинуть комнату!

Толпа разом вздрогнула и начала таять так же быстро, как и появилась.

— Ваша Светлость, — Морвен сделал шаг к маркизе Ровентар, которая, как предписывали все правила, должна была всё время находиться рядом со мной, — вас это тоже касается.

Дома дама приличий буквально не оставляла меня одну ни на секунду. Здесь, в Эвендоре, ей предстояло выполнять свои обязанности вплоть до самой моей свадьбы, и, зная, насколько жёсткий характер у маркизы Ровентар, я была уверена, что она найдёт, что ответить королю на его требование.

Но, к моему величайшему изумлению, маркиза лишь опустилась в реверансе, выражая покорность, и тут же метнулась к дверям гостиной.

Глядя, как она не только покидает комнату, но ещё и закрывает за собой двери, я вдруг ощутила себя не просто преданной, но и брошенной.

Как же так?

Я смотрела на закрытые двери, не в силах пошевелиться. В голове не было ни одной мысли, а в душе — пустота.

Не больно. Именно пусто, словно из меня разом вынули всё, что должно было удерживать на ногах.

Маркиза ушла.

Та самая женщина, которая дома не позволяла мне сделать и шага без сопровождения, которая напоминала о каждом наклоне головы, каждом слове и каждом взгляде. Та, что годами вбивала в меня правила, от которых я устала до безумия.

И вот теперь она ушла.

По первому слову чужого короля.

И на ужин она, получается, не пришла не потому, что её задержали какие-то непредвиденные обстоятельства.

Осознание того, что я осталась здесь совершенно одна, накрыло волной.

Одна.

Без семьи.

Без поддержки.

Без человека, который обязан был встать между мной и опасностью.

Слово «предательство» всплыло само собой. Тяжёлое, липкое. Я не хотела произносить его даже мысленно, не хотела примерять на себя, но оно было слишком точным, чтобы пытаться подменить его каким-то другим.

Ноги подогнулись, и я медленно опустилась обратно на диван. Плечи сами собой ссутулились, руки легли на колени, и в этот момент я вдруг почувствовала, насколько я на самом деле слаба.

А ещё — насколько легко меня можно сломать, если захотеть.

И именно в этот момент ко мне пришло понимание.

Резкое.

Холодное.

Безжалостно ясное.

Все эти церемонии. Все шаги, выверенные до дюйма. Все взгляды, которым учили годами. Все слова, отрепетированные до тошноты.

Это была не красивая картинка.

Это была защита.

Самая мощная и надёжная из возможных.

Пока всё вокруг шло строго по протоколу, пока рядом всегда были десятки глаз, пока каждое действие происходило на виду у двора, я была неприкосновенна. Не потому, что меня уважали или ценили. А потому, что правила были сильнее желаний.

Церемонии были не для придворных и гостей двора.

Они были против воли королей.

Против тех, кто считает, что может взять всё, что захочет.

И Морвен уже показал, что не собирается подчиняться этим правилам.

Он отбросил протокол так же легко, как отбросил бы использованную за столом салфетку. Закрыл двери. Приказал всем уйти. Лишил меня единственного щита, который у меня был.

А значит…

Ему плевать.

Плевать на мою неприкосновенность.

Плевать на договорённости.

Плевать на то, что я принцесса, гостья, будущая королева.

И, что было страшнее всего, плевать оказалось не только ему.

Я медленно подняла взгляд на закрытые двери и с ужасом поняла: помощи ждать неоткуда.