Истинная Снежного Дракона

Глава 7. Элеонора

Сон был тяжёлым и тревожным, напоминал о прошлом, которое хотелось бы забыть.

Я сидела в военной палатке перед зеркалом, пытаясь перевязать плечо. Ранение от магической стрелы жгло, а бинты никак не хотели ложиться ровно, всё время соскальзывая. Внезапно позади раздались шаги, и я резко обернулась.

— О, Мелоди, прости, — мягко сказал Рэй, неловко прикрывая глаза и делая шаг назад. — Я хотел узнать, всё ли в порядке. Ты была ранена, и я... подумал, что тебе нужна помощь.

— Помощь… — я вздохнула, снова поворачиваясь к зеркалу и не глядя протягивая бинты. — Нужна. Поможешь перевязать?

— Д-да, конечно, — он поспешно приблизился. Едва он коснулся раненного плеча, как я зашипела от боли. — Прости...

Я убрала волосы набок, чтобы они не мешали и не перекрывали рану. И в этот момент пальцы Рэя остановились. Его прикосновения сместились влево, чуть ниже шеи.

— Мелоди… Это же…

Я напряглась и медленно полуобернулась к зеркалу, пытаясь разглядеть то, что вызвало у него такой шок. В отражении мелькнул узор: цветок, распустившийся ниже шеи между лопатками. Хмурясь, я попыталась вспомнить, когда же он мог там появиться. Неужели это была та самая метка истинности, о которой столько рассказывали? Но я бы никогда не заметила её, если бы не Рэй.

— Кто-нибудь ещё видел её? — голос друга стал напряжённым, а его пальцы больно впились в кожу. — Элиан видел?

— Что? — Я встряхнула его руки, раздражённо посмотрев на него. — Я сама только сейчас заметила. Знаешь из-за войны как-то было не до этого…

Я начинала злится. Да что на него нашло?

— Никому не говори. Ты меня слышишь? — его глаза потемнели, словно бездна. — Ты… — Внезапно он отступил на несколько шагов, словно приходя в себя. — Прости, Мелоди, я... просто не ожидал, что ты окажешься… моей истинной. — Его лицо озарила почти безумная улыбка. — Лучше никому об этом не знать до окончания войны, ладно? Это опасно. Если наши недоброжелатели узнают об этом, они обязательно попытаются использовать тебя, чтобы сломить нас… Обсудим это, когда война закончится. Пока же… молчи, хорошо?

— Я... твоя истинная? — Я приложила руку к узору, чувствуя, как растёт комок в горле. Его слова как будто прошли мимо меня. — У тебя такой же рисунок? Ты действительно уверен в этом?

— Да, да... — Он насильно повернул меня лицом к зеркалу, пока я пыталась осмыслить сказанное, и быстро перевязал зудящую рану. Я поправила рукава платья, скрывая обнажённые плечи. Всё это казалось таким странным, таким нереальным... Я думала, я почувствую что-то особенное, когда метка истинности появится, но… не было ничего.

— У вас всё в порядке? — Элиан, постучав по деревяшке, отодвинул ткань палатки и заглянул внутрь, держа в руках какую-то склянку. — Мелоди, я раздобыл для тебя целебную мазь.

— Д-да, спасибо, Элиан... — я кивнула, ощущая, как тепло от его заботы растекается по груди, но вместе с этим внутри что-то рушится.

— Элиан… — я открыла глаза и села, машинально потирая место метки. За окном солнце уже давно взошло, и свет лениво пробивался сквозь занавески. Всё же самое лучше спать до обеда, даже если снятся не самые приятные сны! Потянувшись и зевая, я медленно побрела умываться.

Сдвинув ночнушку с плеч, обернулась к зеркалу: распустившийся рисунок цветка из первой жизни по-прежнему был со мной. Я даже жалела, что метка истинности принадлежит душе, а не телу. После смерти она всегда исчезала, но стоило лишь возродиться, и узор появлялся вновь. Словно проклятье… Какой ещё «дар»? Злая усмешка судьбы, не иначе.

Я только успела надеть платье, как мечта о ленивом дне разбилась вдребезги. Кто-то постучал в комнату.

— Привет? — за дверью оказалась девушка со светлыми, можно сказать, серебристыми волосами. Кажется, её звали Миэли, и мы были из одной группы, поэтому большинство наших занятий совпадало.

— Утречка… — хотя и было уже время обеда… Я с любопытством склонила голову, не понимая, что она здесь забыла. Они с Элеонорой не были подругами, разве что их сближало то, что Миэли рассказывала о своём бастардском происхождении, но какой именно семьи принадлежит, не говорила. — Проходи. Налить тебе чаю?

— Ох, что ты, совсем не стоит, — неловко прошла она в комнату, прижимая к себе какую-то папку и быстро начиная бормотать. — Я зашла совсем ненадолго. Просто хотела узнать, всё ли с тобой в порядке? Ты… совсем не ходишь на занятия...

— Лучше не бывает. А не хожу на занятия... потому что не хочу, — зевнула я и, отойдя к шкафам, начала наливать чай, который успел подогреться, пока я умывалась и одевалась. Миэли застыла, не ожидавшая такого ответа и не зная, что сказать на него. — Проходи, я уже налила тебе чаю. Садись вот сюда.

Миэли растерянно присела за указанный мною стол, а я тем временем подготовила печенье и принесла ей чай на подносе. Моя комната была достаточно большой. Можно сказать, королевской, и к ней даже примыкала ванна. Братец постарался. Единственное, если бы мне захотелось что-то приготовить самой, пришлось бы идти на общую кухню.

Если я правильно помнила, эта девушка была одним из членов студенческого совета, куда входил и Киллиан. А значит, она ценный источник информации, и стоит постараться её разговорить.

— Ты ведь состоишь в студенческом совете? — спросила я, присев на противоположный стул и отпивая приготовленный мною чай. Ммм… Просто отвратительный на вкус, в этом я не была сильна, зато он точно бодрил. Миэли тоже отпила и слегка поморщилась.