Истинная Светка

Глава 12

    -    Что сказал доктор?
Роман в беспокойном ожидании смотрел на Светлану, выходящую из кабинета и аккуратно прикрывающую за собой дверь. 
    -    Всё хорошо, Ром, я же говорила. Скоро гипс снимут. Ничего нового врач не сказал, только выписал витамины дополнительно. - Жайкина неловко перебирала зажатые в руке бумажки в поисках нужных назначений. - Вот, нашла. Коллаген какой-то, и кальций ещё.
    -    Значит, нам нужно в аптеку. - Роман забрал у Светы ворох листочков разного размера, заботливо подхватил под локоть и повёл по светлому коридору, совершенно не обращая внимания на недоумевающие взгляды посетительниц и медперсонала женского пола.
Интерес окружающих был оправдан - очень уж колоритно выглядела Жайкина в леопардовых лосинах и бирюзовой блузке свободного кроя под руку с элегантным до самого последнего уложенного волоска Романом.
Лисовец усадил девушку в машину и самолично отправился в аптеку за назначенными препаратами. Жайкина достала из сумки пудреницу, поправила макияж и задумалась.
С момента неприятной стычки на пляже прошла неделя, и за это время Светлана немного привыкла к мысли, что оборотни всё-таки существуют. И они оказались совершенно не страшными.

Парни пользовались тем, что Светлана уже в курсе их тайны и иногда позволяли себе появиться перед ней в зверином обличье. А Жайкина была совершенно не против. Животные вели себя спокойно и доброжелательно, и пару раз девушке даже удавалось потискать лохматых под неодобрительным взглядом Романа. Светлану-то его реакция совершенно не волновала, но вот о волках этого сказать было нельзя. Бедные животные ёрзали  и пятились, пытаясь выкрутиться и сбежать от восторженного женского внимания, а Жайкина, поначалу, не могла понять, что с ними не так. Пока сердобольная Женька, посмеиваясь, не объяснила, что сущность животного не отделима от человеческой и, лаская зверя, Света гладит и мужчину. Причём, совершенно постороннего, случайного беднягу, которому потом крепко достанется от ревнивого Романа. После такого доходчивого объяснения, волков пришлось оставить в покое, но смотрела на сильных грациозных животных Жайкина по-прежнему - с восторгом.
Единственным неприятным человеком на базе являлся Макс. После случая на пляже Светлана старалась его избегать и держать дистанцию, но противный тип не гнушался и издалека что-нибудь крикнуть. И добился-таки своего - Роман вызвал его на бой. Почти все мужчины ушли тогда с базы на несколько часов, оставив своих женщин под надзором пары доверенных оборотней. Вернулись Роман и Макс потрёпанными, но не сломленными и Игнатов-младший тут же отпустил скабрезную шутку в Светланин адрес.
    -    Ну всё, ты меня достал! - разозлилась Женя, отпихнула растерявшегося мужа от коляски и заперлась с детьми в домике.
И все обитатели базы пару часов любовались концертом, устроенным Максом под дверью собственного номера. Он осторожно стучал, уговаривал любимую пусечку впустить его, заглядывал в окно и, даже, шёпотом ругался, требуя дать пообщаться с дочками, но Женя продемонстрировала небывалую твёрдость характера и оставила мужа ночевать на улице. Чтобы не замёрзнуть, Максу пришлось обратиться в волка и спать, свернувшись клубком, на крыльце.
Зато утром, когда Жайкина отправилась умываться, её ждал сюрприз. Хмурый Макс появился у неё на пути, остановился, не давая пройти к душевым, и теперь топтался на месте, бросая мученические взгляды на окно домика, откуда за ним следила недовольная Женя.
    -    Чего тебе? - раздражённо спросила Светлана, отчаявшись обойти неожиданное препятствие и оглядываясь в поисках помощи.
Макс взъерошил волосы и попытался изобразить улыбку, больше похожую на оскал.
    -    Я извиниться хотел... 
Светка округлила глаза и ошалело посмотрела на Макса.
    -    Чего?
    -    Чего-чего... Извини, говорю. Был не прав. - Мужчина вздохнул и отвёл взгляд. - Не нужно было втягивать тебя в наши разборки с Романом. Ты вообще не при чём, понимаешь? Мы с Лисовцом с детства в контрах. Он весь такой правильный, отличник, мамкина гордость. - Макс презрительно сплюнул. - Всю жизнь слышу - Рома то, Рома сё... Лучший во всём, пример для подражания. И тут ты появилась.. Нет, ты не подумай, ничего личного. Нормальная ты. Но уж больно хороший шанс появился Лисовца поддеть.
Макс опять вздохнул и неожиданно искренне улыбнулся Жайкиной.
    -    Простишь?
    -    Посмотрю на твоё поведение. Может и прощу, но не сразу, конечно. - Светка скептически поджала губы, а Макс ещё больше разулыбался и протянул девушке руку.
    -    Тогда, мир?
    -    Ну, допустим, мир.. - Жайкина осторожно пожала сильную мужскую ладонь.
    -    Спасибо, Цветочек. - Макс смешно чмокнул губами, посылая воздушный поцелуй, развернулся и почти бегом направился к домику, где его уже дожидалась на крыльце Женя с одной из дочек на руках.

После такой эффективной воспитательной кампании, проведённой супругой, Макс стал вести себя значительно лучше, лишь изредка беззлобно, а, скорее, по привычке переругиваясь с Романом и задорно подмигивая Жайкиной при этом.
И жизнь на базе превратилась с этого момента для неизбалованной Светланы в сказку. Роман ходил хвостиком и окружал чрезмерной заботой так, что временами становилось неудобно. Вот как сегодня, например. Вместо дежурного визита в травмпункт Джубги, не поленился повезти Светлану в новый дорогой диагностический центр Геленджика, заплатил за приём лучшего врача-травматолога, чуть ли не профессора, и сейчас сам помчался в аптеку.
    -    Хорошо хоть самого профессора не заставил покупать лекарства, - хмыкнула Жайкина, наблюдая, как Роман возвращается, помахивая пакетом с логотипом известной аптечной сети.
Идёт по тенистому тротуару и глаз не сводит с неё, Светки. И не замечает, как женщины на его пути останавливаются и оборачиваются, провожая оценивающими взглядами шикарный образчик противоположного пола. И Жайкиной стало так тепло и приятно от взгляда этого мужского, жадного. И от того, что смотрит только на неё, будто и нет больше никого на свете. Потупилась Светланка, на коленки свои, обтянутые лосинами, смотрит и чуть ли не впервые в жизни чувствует непонятное томление, смешанное с изрядной толикой смущения и ещё чем-то, ранее неизведанным, но очень приятным.