Истинная зайка для ректора

Глава 28

- Федя, - вздыхаю я, садясь на свою кровать в комнате общежития. - Я выхожу замуж.

- Ура? - робко произносит Федерико, подползая ко мне, и заглядывает мне в глаза.

Слизень смотрит на меня заискивающе. Знает прекрасно, что провинился, поэтому и в рот заглядывает.

- Я боюсь уже радоваться начинать, потому что каждый раз мы с тобой всё портим, - вздыхаю я, отводя комнату

Без Китти здесь пусто и скучно. Даже обсудить произошедшее, кроме Феди, не с кем.

Но определенно точно, слова Родгара плотно засели в голове. Мечтала ли я вообще оказаться Истинной генерала? Нет. Думала ли я, что поступая сюда, обрету здесь любовь? Я даже на сержанта не замахивались, а тут целый генерал!

Свой собственный, - гордо подсказывает внутренний голос.

Высокий, широкоплечий, - мечтательно развиваю тему в своей голове.

Над столом разламывается пространство и крохотный портал выплёвывает на него крохотный флакончик с содержимым лососевого цвета и записку.

Взяв в руки пергамент, пробегаюсь глазами по тексту:

"Видела ты ты лицо магистров, деканов и моих генералов, когда я заставил их безоговорочно и точно определить лососевый цвет. Им потребовалось четыре часа и семнадцать минут, чтобы сойтись в общем мнении. Я выучил все цвета и оттенки, вплоть до селадона и заффре. Ты подозревала,дорогая зайка, что о существовании такого цвета, как кокеликот? Впрочем, что не сделаешь, ради кукурузы (зачеркнуто)... Истинной. Впрочем, уверен, что цвет кукурузы немного напоминает Микадо. Ввести что-ли экзамен на знание цветов в академии? Не привык страдать в одиночку.

Впрочем, я отвлекся. Пей свое зелье лососевого оттенка. Оно отделит твоего фамильяра от тебя. Ритуал по привязке проведем вместе заново.

Твой почти поверженный цветом Заффре Родгар".

- Чего? - моргаю пару раз прежде, чем осознаю, что Родгар, чтобы не ошибиться, выучил все оттенки цветов.

И это воспринимается мной, как нечто милое и...бесполезное.

Потому что мы, женщины, почему-то всегда безошибочно можем определить любой оттенок и цвет. Даже если мы не знаем его название, мы попадаем в цель.

- Федерико, - строго произношу, глядя на фамильяра. - Нам необходимо расторгнуть связь, чтобы...

Меня прерывают бурные рыдания слизня. Во все стороны фонтанирует слизь, вместо слёз с его глаз. Слизень меняет цвет на пурпурный, а затем демонстративно хватается за брюшко. Пытается нащупать или определить, где у него сердце. Задумчиво вошкает лапкой по желейному животику и хмурится.

- Левее, Федя, - вздыхаю, глядя на спектакль.

Федя вновь возобновляет рыдания, украдкой поглядывая на меня.

С безжалостным видом, откручиваю крышку и залпом слушаю флакон.

Вот и всё. Теперь я не
буду фамильяром своего же фамильяра. Ура?

***
- Федя, уже можно открывать глаза, - в очередной раз проговариваю я, теряя терпение.

Федя, прикрывающий лапкой глаза, вздыхает. Складывает лапки на брюшке и смотрит на меня так, словно я только что его предала.

- Так надо, просто поверь мне, - ободряюще улыбаюсь.

Но у слизня вновь начинает дрожать нижняя губа.

Битые полчаса после выпитого зелья я пытаюсь разговорить Федю. И, к счастью, понимаю, что зелье сработало безупречно. Значит, я не услышу и не пойму речь Феди, а он не сможет мне приказывать.

И на мгновение даже становится тоскливо. Потому что я привыкла его слышать и понимать. Да и его жалко, хоть и дурачок, но свой, родной что-ли.

Федя тихонько подползает к Жезлу Любви, что лежит сверкая своими розовыми боками, на тумбе возле кровати.

- А с тобой то что мне делать? - вздыхаю я, уставясь артефакт. - Надо тебя вернуть Родгару. А, может, ты сам к нему вернёшься? Ну, зачем я тебе? Я не вкусная же...

Бормочу я, увлекаясь уговорами Жезла.

На мгновение мне даже кажется, что Жезл ехидно так хихикает. Вернее, его мерцание становится более быстрым. А потом угасает вдруг.

Я тянусь к нему рукой и он вдруг обжигает меня. Да так, что подушечка пальца моментально краснеет.

- Эй, полегче, я же твоя хозяйка! - возмущаюсь тут же, вставая с кровати.

А потом ка-а-ак вспоминаю, что Родгар говорил о нем. Сам выбирает себе хозяина? Когда Родгар пытался его взять, то обжигался.

- Ну, и кому теперь ты служишь? - на выдохе произношу я, понимая, что я не смогла даже Жезл Любви генерала удержать!

Ни Феди, ни Жезла. Зато у меня есть целый генерал! Настоящий! Ещё и дракон. Чем не повод для гордости и радости?

На радостях я и отправляю письмо тётушке. А потом и письмо Китти. И настроение такое сегодня не учебное...

Хлопаю себя по лбу. Зачет по целительству и отработка! Наспех закмдываю в сумку всё необходимое для зачёта, в том числе и Федю. Но Федю - по привычке.

Он так сиротливо кривит мордочку лица своего, что аж сердце сжимается.

Конечно, перед зачётом меня ноги сами несут собой в ректорат. Мне ведь надо стольким с ним поделится! Что обвязка от фамильяра прошла успешно, а ещё Жезл этот теперь не мне служит.

Респахиваю дверь почти ногой и с широкой улыбкой заявляю Родгару с порога:

- Твой Жезл почти воспламеняется в моих руках! - радую Родгара с порога, и тут же сердце подскакивает в груди.

На меня устремляются шесть пар глаз. Генеральская пара глаз с блеском нежности и обречённости не в счёт.

- Из-звините, пожалуйста, я перепутала двери, - сглатываю я, сконфуженно пятясь назад, подальше от деканов.

Щеки моментально вспыхивает от смущения и двоякости ситуации.

И чего им тут, слизью намазано, что-ли? А Родгар...мог бы и табличку повесить, что у него тут толпа магистров!

- Аннабель, проходи, располагайся, - хмыкает Родгар и, неопределенно взмахнув рукой, сообщает явно ошарашенным деканам: - Моя Истинная просто делится впечатлениями о моем Жезле Любви.

- Господин Д'Альерри! - первым обретает дар декан боевого факультета. Он возмущённо приоткрывает рот и выразительно хлопает глазами, глядя на меня.