Истинность не предлагать

15

Он думал… что?! Ему нравится идея быть запертым здесь, со мной?!

Я вырываюсь, даже если тело умоляет остаться в его объятиях — тёплых, ласковых, дурманящих.

Я становлюсь почти в боевую стойку напротив Теренса, глядя на него так, будто готова провести целую ночь, борясь с его очарованием. Хотя внутри знаю — сдамся сразу.

— Я имел в виду, что было бы здорово с тобой потренироваться, — поправляется Теренс. — Раз ты переживаешь о контроле своей стихии, я мог бы преподать тебе урок. Знаешь, если ты не можешь сдерживать стихию, это наверняка связано с какой-то эмоцией.

— Знаю, — фыркаю я, не понимая, злюсь ли я на него за то, что он… на самом деле думал о тренировке, а не о чём-то другом.

— Да, но раз твоя проблема завязана на эмоции, мы могли бы начать именно с этого. Ты боишься её проявлять — а значит, не контролируешь. Сейчас, — он обводит пальцем огненный зал, — ты можешь выплеснуть её без жертв. И как только дашь ей волю — поймёшь, что эта эмоция больше тебе не угрожает.

— Ты… в своём уме? — я складываю руки на груди. — Твоя жертва не считается? Ничего, что я могу тебя сжечь?

— О, — усмехается Теренс. — Поверь, меня не так просто вывести из игры. И я вроде уже показал это тебе на озере. Но если сомневаешься — попробуй.

Он отходит на пару шагов, указывая на себя, словно на мишень. А я собираюсь с мыслями. Он действительно хочет, чтобы я обрушила на него свою стихию?

— Давай, покажи, на что ты способна, мисс Зажигалочка, — дразнит меня Теренс.

У него совершенно другое мнение о том, как лечить мою проблему. Он собирается меня спровоцировать. Рудольф никогда бы этого не сделал.

Я всё ещё сомневаюсь, насколько он выдержит мой огонь, но когда на меня обрушивается поток ледяной воды, я вскрикиваю от неожиданности. Он облил меня?!

— Ах ты! - срывается с губ.

Одежда мгновенно мокнет, рубашка прилипает к телу, очерчивая изгиб груди.
Ну все, он сам напросился.

Секунда — и в него летит огненный шар. Он хочет, нет, жаждет увидеть меня в гневе. Значит, получит. Злость вспыхивает огнём и сразу окружает Теренса.

Он выставляет водный щит, но его недостаточно: огненные капли прожигают рубашку.

Я вижу как Теренс удивлённо поднимает бровь.

— Впечатляет, — усмехается он.

Вскоре меня сносит с ног его волной. Я падаю навзничь, но вода смягчает удар.

Он издевается? Сначала злит, а потом проявляет заботу?

Я поднимаюсь быстро и даю стихии полную волю, уже не думая о том, что могу навредить Теренсу.

Злость — вот что делает меня неконтролируемой. И сейчас я показываю всё, что накопилось: даже ту боль, когда у меня украли мамин кулон. Я отдаю ему всё — бесконтрольно, безлимитно.

Огонь заполняет пространство тренировочного зала. Я больше не вижу Теренса.

— Это всё, на что ты способна? — его голос звучит прямо над ухом.

Вода окутывает моё тело, охлаждая до дрожи. Тёплые руки под рубашкой заставляют меня предательски потянуться к нему навстречу.

А вдруг он нащупает мою шерсть?

Меня пронзает ужас. Новая вспышка огня — и Теренс отскакивает.

— Я уже всю тебя исследовал, так что можешь не переживать по поводу своей гривы.

Что?! Гривы?!

Во мне вскипает коктейль чувств, и всё выплёскивается на телохранителя наследника без сожаления. Наши стихии схлестываются.

Внезапно я вижу лицо Теренса прямо перед собой, оно появляется из огня.

Он так близко!

Секунда и я ощущаю его губы на моих.

Мягкие, нежные, заботливые. До дрожи и сумасшедших мурашек.

Поцелуй — как глоток воздуха. Настолько неожиданный, что я замираю. Мир исчезает.

Мой первый поцелуй.

Я не знаю, сколько он длится, но вскоре моя стихия успокаивается. Ярость отступает.

Внутри наступает тишина, как будто все лишнее сгорело в этом безумном огне.

— Полегчало? — его голос звучит как ласка.

Он держит мое лицо между своих ладоней, смотрит в глаза. Даже если сейчас он увидит меня с гривой — это больше не катастрофа. Он уже знает об этом. Ну и пусть.

Сердце бешено скачет, будто после забега, но такой внутренней тишины я не ощущала давно.

Огонь погас.

— Всё? Успокоилась? — шепчет он, и я поднимаю глаза на него.

Молчу.

Потом, медленно опускаюсь на песок. Тело окутывает блаженный покой. Это не усталость. Это свобода — от злости, ярости, стыда.

Я ложусь прямо на песочный пол.

Теренс устраивается рядом. Он поворачивается на бок, опираясь на ладонь и рассматривая меня.

Осторожно касается моих волос.

— Я же говорил, что меня не так просто вывести из игры.

— Я уже это поняла, — шепчу я, дотрагиваясь до его губ, которые только что покорили мою стихию.

Целого романа будет мало, чтобы это описать.

— Но ты меня удивила, — говорит он, внезапно став близким, как собственное сердце.

Я улыбаюсь, мои глаза закрываются сами собой и я засыпаю, полностью поддавшись расслабленному состоянию.