Истинные. Не пара для дракона

4

Лорд Даниэль ад’Варгг

Вытянувшись в удобном шезлонге, я прикрыл глаза. После битв с элементалями и защиты осажденной Цитадели, жизнь сонного, мирного человеческого города казалась ненастоящей и неестественной. Я то и дело ловил себя на том, что прислушиваюсь, ожидая услышать грохот ледяных глыб, которыми големы пытаются сокрушить стены крепости.

Предыдущие несколько дней выдались на Северной границе особенно тяжёлыми. Лёд неуклонно сползал на юг, а драконам — возможно, впервые за сотню тысяч лет — оказалось нечего противопоставить врагу. Против нежданной напасти, что пришла из Полярного океана, были бессильны даже перерожденные Чёрные драконы, способные обратить в тлен целый город.

Льды плотно осадили Древнюю Цитадель Легиона Северного рубежа, и мы — ее гарнизон — ничего не могли с этим поделать. Конечно, взять неприступную крепость Ледяная армия была не в состоянии, а неприятельские снаряды не причиняли серьезного вреда стенам, созданным драконами тысячелетия назад. Но за три последних дня я потерял двоих из отряда — моих друзей, побратимов. Многие из защитников были ранены, а льдины только множились. Не удивительно, что в гарнизоне царило уныние — тяжело смотреть на копошащиеся под стенами льдины и знать, что бессилен отразить их натиск.

Разумеется, мы сразу сообразили, что ледяные элементали отступят перед жаром огня. Мои воины без устали лили нефть и масло со стен, а после поджигали, заставляя врага таять. Многие вооружились луками и, подобно степным оркам, посылали в големов стрелы с просмолёнными пылающими наконечниками. Однако это были лишь булавочные уколы для миллионной армии странных ледяных созданий, неживых и действующих по чьей-то злой воле.

Когда приходит такая беда, а ты молод и жизни толком ещё не видел, есть отчего впасть в отчаяние. Для дракона иметь врага, с которым не можешь справиться, невыносимо. Мы, первородные, самые сильные существа на Андоре, так было всегда! А сейчас… Все чувства заменила апатия, и с каждым днём она захватывала гарнизон всё сильнее. Неизменной оставалась лишь ненависть к врагу. Я видел ее в каждом взоре. Даже до самых беспечных вскоре дошло, что мы обречены стать свидетелями крушения своей страны и погибнуть вместе с ней в бою. Лекарством от тоски служил лишь неисчерпаемый запас драконьего горлодёра. Вот так мы и жили: растапливали врага огнём, а после лили огненный напиток себе в глотку, рассчитывая заглушить боль от потерь.

И вдруг всё изменилось. Родилась надежда. Из столицы добрались неясные слухи о том, что Изадорский оракул предсказал скорое избавление от ледяной напасти. Воины воспрянули духом, ведь вещий источник ещё никогда не подводил! Его предсказания всегда туманы, но сбываются (правда, зачастую удивительным образом). Разумеется, всем хотелось узнать, что именно поведал провидец; строились десятки предположений одно нелепее другого. После бутыли настойки на ведьминой ягоде ничто не казалось невероятным. Никто не мог вспомнить, откуда взялась версия, будто, чтобы прекратить нашествие, Повелитель должен утопить в Полярном океане одну из своих дочерей. Тем не менее это обсуждали почти всерьез.

— Нет, братья, вы, как хотите, но для того, чтобы заставить тхаров лед убраться восвояси, одной драконессы маловато, — философствовал Вернэ арк’Колд, сидя вечером в гарнизонной таверне. — Нужен хотя бы десяток. Могу назвать претенденток, из тех леди, которых не жалко. Первой в списке будет Алида арк’Фрейр…

Присутствующие так и покатились со смеха: Алида, племянница Повелителя, известна своей прилипчивостью и неразборчивостью в связях. Я легко назвал бы еще с десяток подобных безмозглых созданий из числа придворных дам, но воздержался, чтобы не трепать имена великих кланов.

Вскоре мы снова поднялись на стену, где в огромных котлах кипело масло. Выжженная земля под стенами была покрыта изморозью, но свободна от големов — порождения льда, наконец, усвоили, что подходить ближе не стоит, и откатывались после атак.

На закате в замок неожиданно прибыл вестовой из столицы и доложил, что меня требует к себе Повелитель.

— Что ему нужно, как думаешь, Даниэль? — спросил комендант Цитадели, указывая на бумагу с коротким приказом. — Неужели пошлет «Лед Иллирии» в атаку на этих ледышек? Это же верная смерть! И, главное, бесполезная.

Не желая напрасно ломать голову, я лишь пожал плечами и отправился к порталу. Прибыв в столицу, сразу попал на аудиенцию к королю, что было весьма необычно. Вскоре я уже стоял напротив тронного возвышения, где восседал Повелитель Иллирии. Минувшие века не оставили следов на лице Тиррена арк’Лейра. Черный дракон был красив и полон сил: мощная фигура, благородные черты и темные как ночь глаза. По заведенному при дворе порядку я не отрывал глаз от пряжек на сапогах грозного дракона.

— Даниэль ад’Варгг, мальчик мой! Как ты похож на своих отца и деда. Помню, младенцем качал тебя на коленях в замке Варгг-хард. Да, славные были времена. Не то что сейчас.

Подобное вступление не сулило ничего хорошего. Вероятно, дивизион и в самом деле пошлют на смерть. Что ж, мы готовы к славной битве. Тиррен арк’Лейр вызвал меня к себе, а мог бы просто прислать приказ.

Думаю, ребята оценят оказанную нам честь!

— Ты гадаешь, мальчик, зачем я вызвал тебя, — с ухмылкой произнес Повелитель, отвечая на мои опасения. Это было жутковато, но не удивительно: способность читать мысли Черные драконы обретают после возрождения. — Я и сам не знаю, зачем. Это воля Оракула.