Истинные враги

Глава 11. Беги, моя ведьма

Как такое возможно? Моя магия не закончилась! Не покинула меня раньше времени, как было с его братом. Магия есть, и она сейчас сильна.

Я это чувствую, я знаю! Потому вливаю все больше потоков через это искрящееся прикосновение, пока волк не накрывает мои пальцы своими…

Сердце пропускает удар. Не моргая, смотрю в опасные глаза, где почти не осталось голубой радужки — так темны они стали. И вовсе не от моей магии.

Сердцем чую, что чары на этого волка не действуют!

От этого осознания все внутри холодеет от ужаса.

“Он не отпустит!” — набатом бьет в голове пугающая мысль, но волк…

— Беги, — стекает едва слышный, пронизанный ядом рык с его уст…

Волк:

— Беги.

Чего мне только стоит сказать лесной это слово. Но только так можно сейчас все исправить.

Еще несколько минут назад я сидел в душном шатре с командующим Приказа и заставлял себя дышать одним воздухом с ним. Мало кто из служащих любит чистильщиков, зато их многие бояться.

Однако, глядя на Тейла, я испытываю только отвращение. Знаю, что нечисть нужно истреблять. Более того, ненавижу Лесных все душой за то, что они сотворили.

И тут нельзя сказать, что виноваты их предки. Лесные живут вдвое больше людей, и тем более много больше волков, которых они предали, желая стать единоличными хозяевами мира.

Среди нечисти еще остались те, кто участвовал в том обмане, который едва остановил Колосар, пожертвовав всем, включая свою собственную жизнь. Увы, всех истребить не удалось, а те, кто выжили, прокляли всех волков так, что жизнь стала не просто копотким существованием, а мукой и полосой испытаний.

Так что у волков, пожалуй, больше всего причин желать истребить эту нечисть, чем у Приказа, но даже мы никогда не заходим так далеко, как они.

Какой бы кровавой ни была работа, как бы она не предполагала к жестокости, у всего должна быть границы. У Тейла же их никогда не было.

Потому отдать ему Лесную, к которой меня привязало проклятой меткой истинности, я никак не могу.

От одной только мысли, что мне нужно как-то защитить ту, кого надо бы убить, внутри все вскипает и лопается. Но мозг тут же ищет варианты решения и находит один более или менее подходящий.

Однако забрать Лесную из-под носа чистильщиков, которые по закону имеют на нее все права — та еще задача. В крайнем случае можно применить силу, но лучше бы этого избежать. Тем более тогда, когда на кону стоит секретная миссия.

Потому и пришлось позвать Тейла в шатер.

— Так зачем вам нечисть? — спросил я, стараясь игнорировать кислый запах Тейла.

Запах страха, пробивающийся сквозь напускную надменность чистильщика.

— Таков последний приказ государя. Я не могу ослушаться, это моя работа. — потянул Тейл, отхлебывая воды вместо предложенного вина.

Он не чувствует себя здесь в безопасности, и потому при всем напускной надменности, держит ухо востро.

А может, он считывает мою злость и напряжение. Это сложно скрыть, ведь волк внутри беснуется от близости врага, от невозможности просто разорвать глотку и забрать то, что моё.

Моё?

Проклятая метка пульсирует под кожей покрытого тканью запястья, напоминая о связи, которой я не хотел.

— А вам зачем эти Лесные? Ищете убийцу вашего брата? Не уж то одна из девиц? — едва чистильщик начинает строить догадки, как в шате врывается стражник.

— Нечисть пытается сбежать! — вопит он так, что уши закладывает.

И не только их. Этот вопль будто пронзает сам уголь внутри, называемый сердцем. Какое-то месиво одновременно кутит все органы: хорошо, что сбежала. И… тьма меня раздери, если ее поймают!

Чистильщик первым срывается с места. Летит к клеткам, созывая своих, но я знаю, что нечисти там уже нет.

Этот запах – сладкий, дурманящий – уходит в другую сторону. Волк когтями душу рвёт, велит кинуться за ней, но здесь между шатрами настоящая междоусобная битва. Свои же бьют своих.

— Околдованные! Черноволосая ведьма их околдовала! — вопят одни, пока другие... мои воины, закаленные бойцы, готовы умереть за… черноволосую ведьму. За истинную моего зверя…

В их глазах – пустота обожания, а меня все больше дерет изнутри.

— Водой окатить! — рычу “трезвым”, а сам подзываю командора. – Отвлеки чистильщиков.

Вал не понимает причин, но слушается неукоснительно. Я проскакиваю между шатрами туда, куда манит проклятый запах, заползающий иглами под кожу и сводящий моего зверя с ума. Иду по следу и чем ближе подхожу, тем страшнее становится.

Часть меня жаждет крови, и лишь здравый смысл велит убедиться в том, что эта нечисть сможет сбежать. А потом я сам найду ее в лесу. А я найду… и убью, когда станет можно.

А вот и она…

Она…

Бежит, уже почти у края лагеря вместе со второй нечистью. Но взгляд намертво впивается лишь в одну из них.