Источник Академии

Глава 9: Вкус неизвесности

Прошёл ещё месяц, и двойная жизнь Весты стала похожа на танец на лезвии ножа — один неверный шаг, и всё могло рухнуть, как карточный домик под порывом ветра. Дождь в Звениграде наконец-то утих, уступив место редким солнечным дням, когда город сиял, как будто магия пробивалась сквозь асфальт, заливая улицы золотистым светом. Но для Весты солнце было лишь передышкой: университет днём дарил иллюзию нормальной подростковой жизни — лекции, друзья, смех, — а Академия вечером напоминала о даре, что бурлил внутри, как неукротимая река, грозящая выйти из берегов. Ночью сны с загадочным Деймосом были как тайный оазис: болтовня, шутки, лёгкость, без давления, но с нарастающей, опасной притягательностью. Тени по-прежнему молчали — их присутствие ощущалось лишь как лёгкий озноб, как тень от облака, что не уходит, но и не накрывает полностью, словно они выжидали удобного момента. Яромир стал ближе: его касания на уроках, взгляды, полные тепла, намекали на что-то большее, на то, что он видел в ней не только ученицу, но и свою судьбу. Но Веста отгоняла эти мысли — "Слишком сложно, слишком рано". А в универе... там всё было проще, подростковее, с теми самыми "страстями", что заставляли сердце биться чаще, предлагая мнимую простоту.
Этот день начался ярко — солнце пробивалось сквозь облака, и Веста вышла из дома с улыбкой, стараясь убедить себя, что это будет самый обычный день. Мама поцеловала в щёку:
— Удачи, солнышко! Не забудь поесть в обед — ты опять худая стала.
Веста закатила глаза:
— Мам, всё нормально. Сегодня лекция по современной литературе — обсудим фанфики и мемы. Круто!
Автобус был полупустым, она села у окна, глядя на город: улицы высыхали, люди снимали зонты, кафе открывали террасы, а студенты, спешащие на занятия, казались такими беззаботными. В университете кампус кипел жизнью — студенты лежали на траве с книгами, кто-то играл в фрисби, смех эхом отдавался от зданий, создавая идеальный фон для мира, к которому Веста так отчаянно цеплялась.
Будничное Волшебство и Первые Искры
Первая лекция — "Современная проза". Аудитория была полной, профессор — молодой парень в джинсах и рубашке, с живыми, горящими глазами — начал: "Сегодня — о том, как интернет меняет литературу. Фанфики, твиттер-рассказы, мемы как нарратив". Веста сидела с Аней и новой подругой, Катей — девушкой с короткими синими волосами и пирсингом в носу, что всегда шутила, разрушая любую серьёзность.
— Слушай, Вест, это про нас! Мы ж фанфики пишем в чате, — шепнула Аня, толкая локтем, и её глаза заблестели от предвкушения.
Веста засмеялась:
— Точно! Мой про эльфов и кофе — хит сезона.
Катя фыркнула:
— Эльфы? Добавь драконов — будет эпик. И пару убийств.
Они болтали во время перерыва, погрузившись в лёгкость и беззаботность.
— А помните того парня с филфака? Дима? Он на тебя смотрит, — подмигнула Аня, указывая подбородком.
Веста оглянулась — Дима, симпатичный парень с тёмными волосами, в очках и с улыбкой, что освещала комнату, действительно смотрел на неё, и его взгляд был полон неподдельного интереса.
— Не выдумывай, — покраснела Веста, пытаясь скрыть лёгкий трепет. Но внутри шевельнулось — обычный флирт, без магии, без "ключа к балансу", такой понятный и простой, как глоток свежего воздуха после душного подземелья.
После лекции — группа в кафе на кампусе: маленькое заведение с деревянными столами, ароматом свежей выпечки и кофе, где витал дух студенческой свободы.
— Пошли, девчонки! Круассаны зовут, — потянула Катя, уже на полпути к прилавку.
Они уселись за столиком у окна: Аня взяла латте, Катя — капкейк, Веста — эспрессо, который казался единственным, что могло привести её в тонус.
— Расскажи, Вест, откуда ты? Ты такая загадочная — всегда спешишь после лекций, будто за тобой гонятся тайны, — спросила Аня, жуя круассан.
Веста улыбнулась, стараясь сделать улыбку максимально естественной:
— Из этого же города. Просто... много дел. Семья, подработка.
Катя кивнула:
— Подработка? Круто. А парни? Есть кто? Ты ж такая видная.
Веста покраснела, чувствуя, как тепло разливается по щекам.
— Нет... ну, есть симпатичный в Академ... в смысле, в другом месте.
Они засмеялись:
— Ой, признавайся! Он милый? Высокий? С ямочками? На свидание хоть ходила?
Веста подумала о Яромире — да, высокий, с ямочками, его прикосновения…
— Может, и есть. А вы?
Разговор прервался — к столику подошёл Дима, с подносом, его глаза сияли, когда он увидел Весту.
— Привет, девчонки. Можно присесть? Веста, ты на семинаре круто про мемы сказала — "мемы как заклинания". Это прям в точку!
Он улыбнулся, его глаза — карие, тёплые — встретились с её, и Веста почувствовала лёгкое головокружение, не связанное с магией. Аня тут же среагировала, толкнув Весту под столом: "Конечно, садись!" Дима сел рядом с Вестой, их плечи коснулись — случайно, но электричество пробежало, вызывая лёгкий озноб.
— Расскажи, откуда идея? Ты фанат фэнтези? — спросил он, его голос был мягким и заинтересованным.
Веста кивнула:
— Люблю. Заклинания — как слова, что меняют реальность. Правда.
Они болтали: о книгах ("Гарри Поттер или 'Властелин'? Что ближе к сердцу?"), о фильмах ("Новый 'Дюна' — бомба!"), о глупостях ("Если б магия была реальной, я б заколдовал бесконечный кофе"). Дима был милым — шутливым, умным, без той интенсивности, как у Яромира, и без той опасной, почти хищной загадочности, как у Деймоса. Он был просто парнем, и это было невероятно притягательно.
— Слушай, Вест, давай в кино сходим? В пятницу новый фэнтези выходит, — предложил он, краснея слегка, но его взгляд был решительным.
Аня и Катя хихикнули, подавая невербальные знаки: "Соглашайся!" Веста улыбнулась, чувствуя, как сердце стучит в груди от этой обыденной, но такой волнующей ситуации.
— Может быть. Посмотрим по расписанию, — ответила она, хотя уже знала, что, скорее всего, согласится. Обычные подростковые страсти: флирт, волнение, без теней и рун — она жаждала их, как воздух.
Между Светом и Тенью: Огненная Ревность и Холодный Поцелуй
Обед закончился — лекции ждали.
— Пока, Дима! Вест, подумай о кино, — подмигнула Аня, уводя Катю.
Вторая лекция — "Анализ текстов" — прошла в обсуждениях: Веста спорила о символах в мифах, её дар помог — она "читала" настроение группы, но щит держала, отгораживаясь от потока чужих мыслей, которые сейчас были переполнены предвкушением пятницы. После — привычный автобус в "Магический источник".
Кофейня была оживлённой: студенты (обычные) пили латте, не зная о двери за стойкой, за которой скрывался целый мир. Яромир был за баром — его чёрная рубашка закатана, татуировка светилась слабо, словно он сам излучал свет.
— Привет. Латте? — спросил он, но взгляд был пристальным, изучающим, словно он пытался прочесть её мысли без её на то воли.
Веста кивнула:
— Да. День был... очень весёлый. — Она поняла, что нужно быть осторожной, но по какой-то причине захотела проверить его реакцию.
Она небрежно болтнула о универе, стремясь заполнить неловкую паузу:
— Подруги уговаривают на кино с парнем сходить из группы. Дима — милый, фанат фэнтези. И вот девочки все говорят идём идём...
Яромир замер, его руки сжали чашку сильнее, чем нужно, костяшки побелели.
— Парень? Из универа? — Голос был ровным, но глаза потемнели, как лес в буре — ревность мелькнула, как вспышка огня, яркая и обжигающая.
— Да, просто болтали в кафе сегодня и о нас всех пригласил в кино, — сказала Веста, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее. Эта реакция Яромира её и пугала, и интриговала.
Яромир поставил чашку, его улыбка была натянутой, почти хищной.
— Круто. Но... будь осторожна, Веста. Тени могут маскироваться. Не всё то, что кажется простым, безопасно. — В его мыслях, что она уловила краем он щит в голове не удержал, когда эмоции были так сильны: «Он? Как он смеет? Она моя. Мне он уже не нравиться. Почему она смотрит на других?»
Ревность — подростковая, острая, почти осязаемая, смешивалась с чем-то более древним, собственническим. Он шагнул ближе, сокращая расстояние, его прикосновение к её руке было тёплым и требовательным, почти обжигающим.
— Если вдруг хочешь давай тоже сходим в кино? Спросил он и будь осторожна с незнакомцами.... Я... не хочу, чтоб ты рисковала, Веста. Ты важна для меня. Ты очень важна для всех в академии.
Это было милым, но с явным подтекстом — чувства прорывались, и Яромир больше не пытался их скрывать. Веста чувствовала себя пойманной в ловушку его взгляда, его желания.
Урок в Академии — контроль разума с Заряной:
— Фокусируйся, Веста. Твой щит слаб — мысли других проникают. Ты рассеяна, твои эмоции мешают тебе.
Веста кивнула, но думала о Диме, о Яромире, о неизбежности выбора. После — зелья с Линой:
— Что с тобой? Рассеянная. Ты витаешь как будто в облаках.
— тут такое дело странное, меня парень из группы пригласил в кино и Яромир узнав об этом немного взволнован и я сама если честно ни в чем разобраться не могу — пошутила Веста, стараясь выглядеть легкомысленно, но голос выдавал её напряжение.
Лина засмеялась, глядя на неё проницательным взглядом:
— Яромир ревнует? Он смотрит на тебя как на сокровище. Давно такого не видела. Смотри, не разбей ему сердце, Вест. Или своё об его черный гранит улыбалась она.
Веста покраснела: "Не знаю". В этот момент Яромир заглянул в лабораторию: "Всё ок?" Его взгляд — тёплый, но с тенью ревности, не отпускал её. Он словно заявлял о своих правах, даже не произнося их вслух.
Вечером ужиная с мамой которая, казалось, видела её насквозь: "Ты сияешь сегодня, Веста!" Что то произошло?— словно её внутренняя борьба делала её только ярче, вытаскивая на поверхность что-то, что было глубоко внутри.