Истоки неприятностей

Глава 4, в которой поиски информации завершаются странным образом

В заросшем парке

Стоит старинный дом.

(Король и Шут, «Проклятый старый дом»)

- Избиение младенцев, - первым нарушил молчание Перфи.

Алина кивнула. Сама думала о том же. И ещё немножко — о том, как примет их нынешний обитатель особняка Эллертов. Хорошо, если попадётся добрая старушка, которая напоит чаем, проводит до кабинета и великодушно оставит юную магиссу наедине с её прошлым. А если нет? Если их встретит какой-нибудь хмырь, который непременно захочет присутствовать при поисках информации? Или хозяев вообще не будет дома, а слуги незваных гостей даже на порог не пустят?

И чем ей тогда поможет преподаватель географии? Сочувственно по плечу похлопает?

С другой стороны, он уже помог. Одна Алина ещё долго не рискнула бы никуда пойти.

Девушка тряхнула головой, отгоняя грустные мысли. Пока что всё складывалось неплохо: дождь кончился, деревья вдоль дороги радовали взгляд первыми зелёными листочками, в небе с дикими воплями носились ушедшие в загул марты, и даже Фелтингеры на ближайшие несколько дней были выведены из строя, хоть и не совсем законным методом.

Если бы их избил другой студент, того непременно ждало бы долгое и занудное разбирательство, но Силю вряд ли что-то грозило из-за такой ерунды. Однако...

- Вы его не любите? - спросила Алина, чтоб хоть как-то поддержать разговор.

- А за что его любить? - Перфи нервно поскрёб щёку и с удивлением обнаружил на пальцах остатки раздавленного комара. - Для него люди — как такие вот насекомые, прихлопнет и не заметит. Злобный мелкий паршивец.

- Он не злой! Ну, то есть не со всеми злой! - Девушка помнила, как Силь летом смотрел на горящий особняк Тивасара, как до последнего ждал и верил, что Ракун оттуда выберется. И как потом на него ругался. И всю обратную дорогу до Викены продолжал ругаться, пока не заснул на полуслове. - О друзьях он заботится!

- К счастью, я к ним не отношусь.

- Предпочитаете считать себя насекомым?

- Предпочитаю не взаимодействовать с этим человеком без особой необходимости, - уклончиво ответил профессор.

- Это не мешает вам на него работать. - Алина снова говорила быстрее, чем успевала подумать о смысле слов, слетающих с языка. Но слишком уж было любопытно, что Перфи передал Силю.

Мужчина ничего не ответил, только посмотрел укоризненно, как на ребёнка. (И правильно, в принципе, сделал. Кто ж такие беседы посреди улицы ведёт?!)

- Алина, ты не забыла одну вещь?

- Что вы сейчас делаете мне одолжение, а я веду себя как глупая девчонка, которая обожает совать нос в чужие дела? - вздохнула студентка.

- Нет, что мы перешли на ты. И ещё у тебя браслет дрожит.

Браслет действительно слегка вибрировал, рука под ним чесалась, но девушка не обращала на это внимания, списывая зуд на комаров. Хотя в этот раз кровососы были не при чём.

Алина стянула украшение и прочитала высветившуюся на внутренней стороне надпись: «Уехали в Викену по делам. Не вздумай прогуливать, вернусь — проверю конспекты!».

Подписи не было, но сочиняла послание явно Нина, Ракун в жизни бы про конспекты не вспомнил.

Но по каким-таким делам их могло занести в Викену, да ещё и вдвоём? И, судя по всему, на лодке, потому что легальный выезд за пределы Истока Нине ещё года два не грозил, а Алине и подавно. Новоиспечённых магов первое время даже с территории школы выпускали очень неохотно, а на посещение других миров вообще требовалось отдельное разрешение, и выдавали его только после окончания школы.

- Что-то случилось? - поинтересовался Перфи.

- Нет, всё в порядке. - Алина вернула браслет на место. - Долго нам ещё идти?

- Ты что же, не знаешь, где ваше родовое гнездо? - удивился профессор.

- Неа. Я его видела только раз, да и то издалека и мельком, когда мимо проезжали. Но это было давно, я тогда в городе почти не ориентировалась. Да и сейчас не особо…

- Тогда любуйся, - Перфи театрально взмахнул рукой, указывая в просвет между домами. - Вон ту красную крышу видишь? Туда нам и надо. Через пять минут будем на месте.

Добрались они даже быстрее, но к этому времени Алина напрочь раскаялась в стремлении быть красивой. Узкое платье с каждым шагом задиралось всё выше и приходилось постоянно его одёргивать, а каблуки туфель норовили застрять между камнями брусчатки, которой был выложен весь центральный район. Кроме того, солнце клонилось к закату, с реки ощутимо тянуло прохладой и сыростью, и очень хотелось накинуть сверху что-нибудь тёплое.

Например, куртку.

Длинную серую куртку, в которую можно трёх Алин запихать, и ещё место останется.

Куртка лежала в общаге, её владелец был вообще неизвестно где, и вряд ли вспоминал сейчас о девушке, которую летом похитил, а потом пытался спасти. И у этой девушки не было никаких причин стыдиться того, что сейчас она идёт рядом с совсем другим человеком.

Совершенно никаких причин.

Абсолютно.

Но она всё равно чувствовала себя так, будто в чём-то провинилась.

Перфи тоже нервничал и заметно: то и дело поправлял очки и воротник рубашки, пытался почесать искусанную комаром щёку, но одёргивал себя и натягивал на лицо беззаботную улыбку. И волновался он явно не из-за спонтанного свидания. Скорей уж из-за чего-то, произошедшего незадолго до него. Не зря же он опоздал на встечу…

- Профессор… - начала Алина, но поспешно исправилась. - Фран, если вам некогда или просто не хочется со мной идти, то не надо себя заставлять. Я справлюсь сама, честно.

- Если я сейчас уйду, ты дойдёшь до дома, несколько минут потопчешься на пороге, а затем сбежишь обратно в школу. И хорошо, если не заблудишься по пути. Разве я, как преподаватель, могу такое допустить? Моя обязанность — не только обучать студентов, но и защищать.