Истории любимой жены

4. Не все серые глаза блестят одинаково (часть 5)

— Ну что, Васенька, — голосом нянечки из ясель спросила Татьяна и погладила супруга по плечу, — вечером едем рыбок ловить?

Вася отдернул руку и поднялся:

— Вы меня с кем–то спутали.

— Милый, — щебетала Татьяна, прижимаясь к мужу, — это же я, Танюша.

Вася прищурился, наклонил голову и посмотрел на Татьяну.

— Василий, вы так и не выбрали спиннинг! — из двери высунулась голова мужчины, заросшего щетиной.

Вася дернулся и поспешил к выбору снастей, оглядываясь и хмурясь.

— Васенька, — захныкала Татьяна в захлопнувшуюся перед ней дверь.

Татьяна нервно почесала затылок. Короткие волосы растрепались, глаза загорелись недобрым огоньком. Она вернулась к Усе и схватила её за свисающую с шеи чешую:

— А ну, рассказывай, рыба–переросток!

Уса заплакала:

— Теперь я влюблю в себя эту Васю.

— Этого, — дернула плечами Татьяна и оттолкнула русалку. — И мы ещё посмотрим! Полюбил раз, полюбит и второй!

— Не будет он твоим, — разрыдалась Уса и опустилась на гальку.

— На жалость меня не возьмешь! — Татьяна развернулась и пошла от берега, вытряхивая маленький камень из сланца.

— Заклинание такое, — прошептала русалка. — Или мой, или мы оба погибнем.

Татьяна зарычала, сжала кулаки и развернулась. Подбежала, нагнулась, схватила попавшуюся под руку ракушку и замахнулась. Уса сжалась и закрыла глаза.

Татьяна закричала и бросила ракушку в море. Она швыряла всё, что попадалось под руку: камни, потерянный босоножек, лопатку, которой откапывала русалочьи ноги.

Уса пыталась уплыть, но ноги раздвигались в стороны. Нос и рот заглатывали воду, не давая дышать. Она заревела еще громче, но боевые вопли заглушили её страдания.

Когда береговая линия была очищена от мусора, Татьяна остановилась, выпрямилась и успокоила дыхание. Она сфокусировалась, отыскала русалку и поманила рукой:

— Плыви к ведьме своей, возвращай всё обратно, — Татьяна провела руками по лицу. — Или я не знаю, что сделаю.

Уса села на песок и замотала головой:

— Не умею двигаться. Как ходящие плавают?

Татьяна застонала и опустилась рядом. Водила пальцами по камням, смотрела как прибой несет пену и смывает мелкую гальку.

— Тогда я поплыву, — выдохнула она. — Чтобы какой–то пережиток древности соплячку обманывал и женщину счастья лишал?