Истории после конца мира

Глава 8

Стробоскопы вспарывали тьму. Низкие басы проходили сквозь тело, вибрировали в грудной клетке, отдавались во всех костях. Пахло безумной смесью всех парфюмов, какие только можно представить, потом, алкоголем и сладковатыми дымками вейперов. Тела на танцплощадке извивались под быструю ритмичную музыку. Клайв видел оживлённые лица, беседующих (точнее, кричащих что-то друг другу) за столиками людей. Их эмоции, как и всё здесь, били через край. Клайв не мог сказать, что ему этого всего не хватало, но чувство узнавания было приятным. Будто вернулся домой и закутался в старый потёртый любимый халат. Всё-таки, жизнь Грей Нокс он любил. Да, проблемы с тем, что они были мужчинами, отыгрывающими женщин, и приходилось особенно внимательно следить за тем, чтобы случайно не оказаться в чужой постели, несколько омрачали удовольствие от всего происходящего, но даже с такими оговорками жизнь сестёр Нокс ему нравилась. И пусть возвращение в ночную жизнь было недолгим — вряд ли ему понадобится больше пары встреч, чтобы раскрутить Анжелу на нужную информацию — даже этому краткому мигу Клайв был рад. Он заметил Лиама за столиком в дальнем конце бара. Лиам — в образе ничем непримечательного парня — попивал виски на скалах и смотрел на танцпол. Клайв устроился у стойки и дождавшись своей очереди наклонился к бармену — Анжеле — поближе.

— Сухой мартини, — заказал он. Ночь была шумная и загруженная — в клубе выступала какая-то редкая звезда, и заказы шли беспрерывным потоком. Тем лучше. Клайв поёрзал на стуле, располагаясь поудобнее, и принялся «скучать». Он не мог играть в завсегдатая — бармены хорошо помнят постоянных клиентов, а отдельные уникумы запоминают даже заходящих время от времени. Клайв действовал медленно: пил никуда не торопясь, время от времени уходил, но каждый раз возвращался садясь то в одном месте у стойки, то в другом. Иногда шутил с посетителями, устроившимися на соседних стульях. И добился своего: когда поток посетителей начал редеть и Анжела немного освободилась, то остановилась отдохнуть рядом с ним. Завязался непринуждённй разговор. Клайв был очень осторожен и ненавязчив. Приблизительно за час до завершения вечера ушёл почти на полчаса. А потом опять вернулся. Анжела попалась. Они обменялись контактами, ещё мило поболтали и договорились списаться на следующий день. Концерт закончился, Клайв попрощался и был таков. Таксист подбросил его до условленного места встречи с Лиамом — напарник его уже ждал. Теперь важно было не спугнуть её в онлайн общении. Они поменяли такси и поехали до Центрального парка — а потом ещё раз, и в этот раз уже домой. Провели стандартные ритуалы и, наконец, легли спать. Эту часть ночной жизни Клайв не любил — когда ты уже слишком устал, и город становится серым, но просто лечь спать ты не можешь: нужно избавиться от чужих запахов, переодеться, почистить зубы, в конце концов.

— Думаю, завтра она будет готова говорить, — сказал Клайв. Лиам кивнул:

— На ней стоит защита от воздействия.

Правильно они поступили, что решили идти дальней дорогой. На работниках, связанных с деньгами и продажами часто теперь ставили «защиту», чтобы с бухты-барахты их нельзя было загипнотизировать или как-то иначе одурманить, и такая защита далеко не всегда была безобидной. В случае с Анжелой непонятно — защита на ней стоит как на бармене или как на человеке, знакомом с Тимом Кнедлом. Но при любом раскладе Анжела бы поняла, что на неё пытались воздействовать, Клайву пришлось бы сворачивать политесы, и для них единственным методом дознания остался бы силовой, а этого они старались избегать — слишком много следов.

Клайв заснул как только его голова коснулась подушки.

На следующее утро он снова стал Итоном. Марк — так Клайв представился Анжеле — вынырнет на поверхность и начнёт переписку только после трёх.

Лиам, как уважаемый пенсионер, остался дома — бухгалтерия такого маленького детективного агенства, как контора Ричарда Бреслина, была совершенно непыльным занятием, и Клайв отправился в офис один. Ричард читал новости в телефоне и явно скучал. Похоже, новых дел не было.

— Ничего нового? — Спросил Клайв после обмена стандратными приветствиями и разговором о погоде.

— Пока тихо, — откликнулся Ричрад. — В целом, если у вас есть свои дела, иди домой, я позвоню в случае чего.

— Пожалуй, я пока что поубираю, — предлоджил Клайв. Уборщицу они для экономии не нанимали, и убирали офис по-очереди.

— Ладно.

Клайв принялся за неторопливую уборку. Перемыл чашки и блюдца (после посещения школьников их теперь была целая гора), протёр стол и взялся за пылесос.

Ричард откинувшись в кресле задумчиво смотрел на улицу. Люди куда-то спешили по своим делам, время от времени проезжали машины, проносились велосипеды и самокаты. Он явно думал о чём-то интересном.

— Что-то не так? — Спросил Клайв закончив с пылесосом и сматывая шнур.

— Да вот… — Ричард неопределённо пожал плечами. — Мне кажется одарённых здесь маловато.

— В смысле?

— Помнишь, я рассказывал про потенциалы?

— Да.

— В первую волну после Сияния было много очень сильных одарённых, потому что все места, скажем так, были свободны. После всего… — он не стал уточнять чего, и так было понятно, — всё стало более равномерно размазанным, так сказать. Появилось много средних и слабых одарённых, большинство, как всегда, — среди животных, их просто по статистике больше, чем людей. И здесь их как-то… я бы сказал немного. Меньше, чем я ожидал.

— Ты искал?

— Искал — слишком сильное слово, — поморщился Ричард. — Так, поспрашивал в основном. Обычно в каждом районе есть свои городские байки, тут с этим негусто.

— Ты поэтому так ухватился за дело со школьным полтергейстом? — Сообразил Клайв. Ричард кивнул всё так же глядя на улицу.

— Это плохо? — Уточнил Клайв.

— Смотря что ты вкладываешь в это слово. Такое распределение может быть результатом какого-то естественного процесса, например, здесь давно живёт кто-то сильный. А может, это значит что-то другое — в последние годы у меня не было доступа к результатам исследований в этом направлении, — Ричард вздохнул. — В любом случае без возможности выправить потенциал — ещё пара месяцев, и мне придётся перебираться в другое место, иначе наше присутствие здесь станет заметным.