История их будущего

История их будущего

- Нет, это просто какой-то кошмар! Использовать методику Эльмиха для предсказаний погоды. Интересно, как тогда ты будешь вероятность внеплановой контрольной по этой теме высчитывать? Тут тебе только «третий глаз» поможет, неуч, - широким взмахом я перечеркнула эссе какого-то третьекурсника с практического потока и взяла следующий исписанный каракулями лист. Бегло пробежав глазами текст, скривилась. – Что-что ты предлагаешь? М-да, видимо, не стоило говорить, что оценки за это эссе я ставить не буду. Ну что за бред, - я вздохнула, откладывая очередной «шедевр» в стопку его собратьев. Студенты, не удосужившись даже в учебник заглянуть, видимо решили объединить все свои знания, почерпнутые за два предыдущих курса предсказаний, в ответе на единственный вопрос «Чем вы будете пользоваться, чтобы определить погоду на завтра». Вопрос был задан с целью проверки базовых знаний учащихся, потому что мне, находящейся на своей должности обучающей Предсказаниям всего месяц, стало казаться, что мы со студентами говорим на разных языках. – В итоге, вскрытие показало, что… - я взяла следующий лист, - «Чтобы определить погоду на завтра, я воспользуюсь страницей номер тринадцать городской газеты «Ежедневный вестник», на которой расписан прогноз погоды сразу на три дня».

Ха-ха. Они что думают, раз я человек, да еще и преподающий теоретическую науку, то к моему предмету можно подходить так небрежно? Перечеркнув сей гениальный опус, я отложила перо и потянулась. К ихштару их, пойду на ужин, как раз и время уже.

Закрыв дверь на магический замок, я вздохнула. И зачем только согласилась на эту стажировку, пусть лишь у младших курсов? Знала же, что ничем хорошим это не кончится, потому как, еще когда сама училась, столкнулась с полным невежеством со стороны своих одногруппников. Отчего-то все считают, что предсказания – наука ненужная. Конечно, все мечтают стать боевыми магами или хотя бы крутыми некромантами, создающими, а затем уничтожающими всякую нечисть. Ну, или, если природа даром обделила, каким-нибудь гением-теоретиком, каждый день придумывающим новые артефакты или заклинания. А прогноз погоды можно и в газете посмотреть. Вот только кто, спрашивается, эти прогнозы пишет? В общем-то, тоже неучи, потому что совпадают с реальной погодой их предсказания через раз. Может, поэтому Науку о Будущем никто всерьез и не воспринимает?

- У-у, - я запустила руки в волосы, взлохмачивая их еще сильнее. – И чего я так волнуюсь об этом? Мне же всего-то и нужно, что доступ к библиотеке Магической Академии. Хотя, с этими раздолбаями времени на научную деятельность вообще не остается.

- Мм, морэ Велана, знаете, разговоры с самой собой – признак нездоровой психики. Думаю, вам следует обратиться к целителю, а то, как бы вы на учеников своих набрасываться не стали, - мимо меня, тряхнув идеально уложенными блондинистыми волосами, прошел самый ненавистный мне человек. Да нет, какой человек, змея он самая настоящая, и по расе, и по характеру. Гроза всех учащихся у него студентов, единственный преподаватель теоретического направления, которого боялись даже студенты с боевых специальностей — господин василиск изливал тонны яда на каждого нерадивого ученика. Будучи учащейся в Мане, меня, к сожалению, не обошла участь изучать Историю Магии именно под его началом. Что я могу сказать, это была ненависть с первого взгляда. Обоюдная, потому как мне на первом же занятии «посчастливилось» неправильно ответить на вопрос о начале магического переустройства. И ладно бы это, не я одна так завалилась. Но мне не следовало говорить на его едкое замечание, что знание какой-то даты не даст мне никакой пользы в дальнейшем изучении магии. Ибо это послужило началом нашей затяжной войны, окончившейся лишь с «сорок баллов, морэ Велана Оитар, и то, это великая поблажка с моей стороны...» на экзамене. Видимо он считал, что я должна быть ему благодарна за то, что вообще получила проходной балл, необходимый для получения диплома. За все время обучения, за все бессонные ночи, проведенные за учебниками истории и докладами о временах минувших, я получила сорок баллов. Стоит ли упоминать, какой предмет является для меня самым нелюбимым?

«Боюсь, из нас двоих обратиться к целителю следует лишь вам, за помощью в сцеживании яда» - могла бы я ответить, если бы он дожидался моего ответа. Но нет, в стремительности этот змей не уступал даже королевским кобрам, за несколько секунд господин василиск пересек полкоридора и скрылся за дверью, отделявшей учительское крыло от общей лестницы. А я и пяти шагов сделать не успела.

После выпуска из Мани (как обычно сокращали Магическую Академию Нумизникуса Яростного все студенты) я засела за исследованиями, которые, в случае успеха, могут произвести прорыв в области предсказаний, да и вообще в области магии, как таковой. Осталась лишь самая малость – подобрать несколько рун активации и согласования магических потоков. Вернее, будь это малостью, мне не пришлось бы спустя пять лет добровольно устраиваться преподавателем предсказаний под началом главы теоретического направления, которым оказался тот самый Змей (именно так переводится его имя с языка василисков). История нашей ненависти дала новый виток. Подколки и ехидные, преисполненные презрения, комментарии относительно моего преподавания, поведения, одежды и даже манеры речи он, казалось, произносил с особым удовольствием. Ответить я либо не успевала (как сейчас), либо просто не могла (увы, способности сразу придумывать остроумный и столь же ехидный ответ у меня нет). Однако если ответить мне удавалось, бирюзовые глаза его мгновенно загорались каким-то предвкушающим синим светом, и тогда начиналась пикировка, нередко ходящая по краю той черты, за которой находятся переход на личности и махание кулаками. Нет, въехать по его холодной кривящейся физиономии мне хотелось всегда, но до потери контроля над этим желанием я еще не доходила. В общем, этот змей умел испортить настроение одним своим присутствием, и, что самое обидное, с другими преподавателями он общался весьма сносно и был довольно любезен.



Алёна Морская

Отредактировано: 21.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться