История Ирэн 1. Отрицание

Глава 11.

Утром Ирина проснулась в прекрасном настроении. Пережитое вчера казалось ей плохим сном. Она с удовольствием вспоминала колоритную казачку-помещицу и вчерашнее обещание отца. С каким бы удовольствием она осталась дома и подсмотрела, как отец будет заниматься с мальчиками! Ведь стоило сказать об этом братьям, их глаза буквально засветились от счастья.

«Надо бы попросить Пелагею, чтобы напомнила Леониду Александровичу, а то мало ли», — думала Ирина, пока жевала кашу.

Сегодня с утра у неё была ещё одна радость. Ирина обратила внимание, что одежда Ирэн больше не обтягивает её как «барабан», а сидит, пусть пока немного плотно, но уже в некоторых местах есть «просветы».

Ну ещё бы, столько беготни, плюс простуда, несколько дней на одних бульонах. Теперь бы ещё мышцы подтянуть немного.

Как человек из двадцать первого века, Ирина верила в силу правильного питания и физических упражнений.

После завтрака она приказала запрячь карету и поехала в Отраду. Ирина помнила, что именно там должен быть деревщик, к которому даже помещик Картузов ездил.

Приехав в деревню, первым делом заглянула к старосте. Там Ирине обрадовались как родной. Емеля стал рассказывать, что и сколько было приобретено, кому роздали, сколько осталось, где хранят.

Ирина поняла, что никаких выводов из этой информации она сделать не может, ну не училась она сельскому хозяйству. Поэтому решила по-простому:

— Вот весна придёт, и посмотрим. Если все выживут — значит справедливо вёл дела, если не у всех — не обессудь, накажу.

— Да бог с вами, Ирэн Леонидовна, да я же, я… по чести всё.

Ирина зацепилась за слово «бог».

— Емеля, а я что-то запамятовала, а где храм-то у нас?

Емеля посмотрел странно, но ответил:

— Так нету храма, сгорел наш храм уж лет пять назад. Часовенка есть в Кротовке, туда и ездим по воскресениям.

Выяснилось, что храм располагался неподалёку от поместья, построенный ещё дедом матери Ирэн. Пять лет назад была очень свирепая зима, и кто-то в храме не уследил за огнём. А храм был деревянный, вот и сгорел весь дотла, и потом ещё неделю подойти не могли, всё горячее было. И настоятель, и трое служек — все там и погорели.

Всё ждали, что барин новый храм начнёт строить взамен сгоревшего, но вот пять лет прошло, так пока и не дождались. Денег собрали, да и построили часовенку в Кротовке. А в Кротовке построили, потому как они больше денег дали.

Ирина только вздохнула и мысленно сделала себе пометочку, что вот и храм бы отстроить.

Пора уже ежедневником обзаводиться, а то скоро все идеи в голове перестанут умещаться.

***

Дом деревщика и прилегающая к нему лесопилка находились на другом конце деревни, и Ирина, распрощавшись с Емелей, поехала туда.

— Открывай! — Ирина слушала, как кучер уже в третий раз стучит по воротам и кричит. Решила сама вылезти из кареты и пойти посмотреть, что там такое.

— Вот, барыня, уж как стучал, кричал — никак не открывают, — кучер держал в кулаке шапку и показывал на высокие крепкие ворота.

Ирина подумала, что без деревщика она отсюда не уедет, и отправила кучера за Емелей. Староста он или как? Пусть найдёт ей этого мастера.

Сама осталась ждать, но стоять было холодно, и Ирина пошла вдоль забора. Через несколько метров увидела небольшую открытую калитку, за которой была протоптана узкая тропинка, ведущая на лесопилку. Ирина, недолго думая, пошла по ней.

К лесопилке примыкало ещё одно строение, из которого раздавались какие-то звуки: либо кто-то пилил, либо строгал, но главное не это — кто-то насвистывал песенку. Обычно так делает очень увлечённый своей работой человек. Ирина и сама, когда загоралась какой-то идеей и начинала её воплощение, тоже всегда что-то напевала, и у каждой идеи была своя песенка.

Она толкнула дверь и вошла. За дальним от двери столом, возле небольшого окошка, сидел… белобрысый мальчишка и что-то вырезал при помощи кривого ножика. Мальчишка выглядел примерно лет на четырнадцать-пятнадцать — такой худой, высокий и нескладный. На столе перед ним стояли разные фигурки: птички, медведи, зайцы.

Заметив Ирину, парнишка замолчал, на несколько секунд замерев. Потом, видно, дошло, что в шубе, значит барыня, и он молча поклонился.

— Как зовут? — спросила Ирина, включая баронессу.

— Тимоха, — неожиданно пробасил парнишка.

«Ого, — подумала Ирина, — точно больше четырнадцати», — а вслух спросила:

— Где мастер?

— Спит он, — Тимоха явно не был болтуном.

— А ты кто? — теряя терпение, снова задала вопрос.

— Это Тимоха, подмастерье, — сзади раздался голос старосты. — Племянник мой, сирота, вот я его к делу-то и пристроил. Тимоха, где Власич?

Тимоха кивнул куда-то в сторону дома. Оказалось, что Власич мужик работящий и деревщик хороший, но вот после смерти жены запил, и уж если начнёт пить, то это недели на две. Потом приходит в себя и может несколько месяцев нормально работать. В деревне его жалеют и не гонят. Ждут, пока протрезвеет.