История Ирэн 1. Отрицание

Глава 29.

Никольский уезд. Поместье Лопатиных

Ирина несколько дней раздумывала, а потом решилась. Решилась написать письмо барону Виленскому.

«Уважаемый Сергей Михайлович,

Надеюсь, что вы сами здоровы, и дорога в столицу не была сильно утомительна.

Мне жаль, что не удалось с вами встретится в этот ваш приезд в наш уезд. Я бы хотела вас лично поблагодарить за ту поддержку, которую вы оказывали семье Лопатиных.

Сейчас, благодаря партнёрству Леонида Александровича, у нас появились средства, которые мы можем направлять на развитие поместья и остальные нужды.

Как там поживает Саша, не болеет ли? Хотела бы его увидеть, если это возможно.

С письмом передаю подарки для вашей сестры Елены Михайловны и для Саши.

Ирэн».

Ирина показала письмо отцу и после его одобрения, упаковав в небольшую коробку мыло, набор серебряных десертных ложек с чернением и деревянных солдатиков, с любовью сделанных Тимофеем, которые вызывали искренний восторг у братьев Ирэн, отправила слугу на почтовую заставу.

Ирина понимала, что когда-то им с Виленским придётся встретиться, так пусть они хотя бы не будут совсем чужими. Написав письмо, она надеялась, что Виленский ответит, и они начнут общаться, пусть пока таким способом. У Ирины разрывалось сердце, когда она думала о том, что где-то там скучает по маме маленький мальчик. Он ей представлялся этаким «маленьким принцем», одиноко сидящим на пустой планете.

Сестра Виленского вспоминалась жёсткой особой. Хотя Ирина в тот день плохо соображала, что происходит. Она надеялась, что к племяннику тётка относится по-доброму.

С утра приезжал Картузов и привёз два кинжала. По характерной зернистости они очень походили на булатные клинки, которые Ирина видела в своём мире.

Да и Картузов, широко улыбаясь, сказал:

— Вот, Ирэн Леонидовна, лучшие образцы. Мы их проверяли — рубят железо словно масло! А на самих ни зазубринки…

Ирина удивлённо подняла брови, и Иван Иванович потупился:

— Ну, может, самую малость.

Оказалось, что из всей плавки получилось использовать только половину, потому как остальное то ли неровно остыло, то ли неравномерно прогрелось.

— Проша сейчас разбирается, не волнуйтесь, — Картузов выглядел воодушевлённым. — Такого качества ещё ни разу не получали, это успех! Настоящий гандийский булат.

— Булат Стоглавой, — поправила его Ирина.

— Да-да, конечно, Ирэн Леонидовна – наш, наш булат, Стоглавой! — Иван Иванович закивал и стал по-разному склонять название, пока Ирина его не остановила:

— И что дальше?

Картузов пояснил, что как только достигнут качества один к десяти, можно будет отправлять в императорскую службу.

Ирина хотела спросить про «привилегию», но не стала, осознав, что, скорее всего, это точно придётся отдать империи, не торгуясь.

***

Никольский уезд. Недалеко от деревни Кротовка

— Варшавий, ты, что ли?

Голос раздался неожиданно, и молодой человек в чёрном тёплом камзоле, шедший по дороге в сторону деревни, вздрогнул и начал оглядываться по сторонам.

Из кустов слева от него выбрался бородатый мужик в распахнутом потёртом тулупе и, махнув рукой, вернулся обратно в кусты.

Варшавий несколько раз оглянулся по сторонам, и никого не увидев, направился вслед за бородатым.

— Вот, один мешочек, стало быть, в кашу — и готово. На два часа уснут, не больше. Возьми вот ещё вина хлебного, я там уже всё замешал.

— Да не пьют они, — парень явно нервничал, всё время озирался, и руки у него тряслись, когда он брал мешочек, потому как сразу его уронил на мокрую ещё землю.

— Ах ты ж, фуфлыга*! Что ж ты делаешь, руками держи! — ругался бородатый мужик.

*(Фуфлыга — прыщ, дутик, невзрачный маленький мужичок).

— С бабой уже придумал как? Али боисся? — бородатый неприятно усмехнулся.

— Всё придумал, сделаю!

— Ну гляди! Не подведи главного! А то ить брательнику твоему каюк… — закончил бородатый и противно захихикал.

Варшавий выбрался на дорогу и пошёл в сторону поместья Лопатиных. В кармане у него был мешочек с сонным порошком, а в заплечном мешке булькала бутыль хлебного вина.*

*(самогон)

***

Поместье Лопатиных

Утром Ирина, как обычно, проснулась рано и по привычке решила пройтись посмотреть, как идёт строительство мастерских. Было начало апреля. Снег уже сошёл, и днём, если выходило солнце, было довольно тепло, а ночью иногда морозило, поэтому с утра со стороны леса стелился плотный туман.

Ирине нравилось после рассвета прогуливаться по дорожке, укреплённой специально для неё. А что? Полезно же, и пусть не десять тысяч шагов, но тоже хорошая зарядка, свежий воздух. Помимо этого, она постоянно наблюдала, что и как движется, и была в курсе происходящего.