История Ирэн 1. Отрицание

Глава 36.

Москов. Кремль. Несколько дней назад. Суббота

После того как Забела зачитал, что в заявке на «привилегию» по булату стоит имя Ирэн Лопатиной и помещика Ивана Ивановича Картузова, мир для Виленского изменился. Он вообще теперь ничего не понимал. Да и остальные приближённые императора тоже находились в состоянии полного удивления.

Император, граф Забела, вошедший в Оружейную Шувалов — все посмотрели на Виленского.

— Не смотрите на меня так, — Виленский развёл руками. — Я сам ни черта не понимаю.

— Граф? — обратился Виленский к Андрею. — Вы недавно из поместья Лопатина, — барон намеренно подчеркнул слово «поместья», возвращая графу утренний «укол». — Возможно, заметили что-то?

Граф Забела ухмыльнулся и сообщил:

— Да, кое-что я заметил, барон. Вашу супругу пытались убить, и «доброжелатель» ещё не найден. Мною были схвачены исполнители, но кто хочет избавиться от Ирэн… Лопатиной, мне пока узнать не удалось.

Виленский побледнел, руки его сжались в кулаки, но он не успел ничего сказать, его опередил император:

— Я не знаю, Серж, почему ты никак не оформишь подписанное мною прошение о разводе, но Ирэн я тебе не отдам. Если она действительно причастна к изобретению булата, то она будет находиться под моей личной защитой.

Виленский попытался снова что-то сказать, но император жестом попросил его не спешить и продолжил, обращаясь к Шувалову:

— Александр Иванович, выдели кого-нибудь посмекалистей из та́йников*, пусть поедет в Никольский, грамоту императорскую ему выпиши, что приехал курировать булатное производство. А ты, Серж, — император снова перевёл взгляд на Виленского, — нужен мне здесь. На границе с Ханиданом неспокойно, а литейные заводы мало пушек льют, надо бы объезд сделать, разобраться.

*(Та́йник — сокращённое название агентов тайной канцелярии).

Император всех отпустил, а сам пошёл в сторону семейного крыла, обедать он обещал с супругой. За обедом рассказал ей про булат и не удержался, помянул Ирэн Виленскую. Настроение у Марии Алексеевны было плохим до самого вечера.

Граф Забела выбежал сразу за Шуваловым и, нагнав его, попросился императорским куратором в Никольский уезд. Но Александр Иванович не зря столько лет был начальником канцелярии тайных розыскных дел, он всех «читал на раз» и сразу понял, что у Забелы там какой-то свой интерес.

«Уж не к Виленской ли копыта подбивает?» — подумал граф Шувалов, а вслух сказал:

— Не по чину тебе, Андрей, куратором в провинцию ездить. Вон, видишь, шпионы к нам едут, будешь здесь императорскую семью оберегать. Я кого-нибудь из «полевых» пошлю.

Немного помолчал, хитро взглянул на Андрея и потом, как будто спрашивая сам себя, произнёс:

— Яшку Морозова, что ли, послать? Точно, он самый подходящий!

Граф Забела сжал зубы, но ничего не сказал и откланялся. А Шувалов посмотрел на дверь, закрывшуюся за графом, и покачал головой:

— Мальчишки…

***

Елена Михайловна уже несколько раз встречалась с леди Бейкер, и она нравилась ей всё больше. Тихая, спокойная, держится с достоинством. Из несомненных плюсов старшая Виленская выделяла то, что леди Бейкер вдова и имеет схожие с ней взгляды на жизнь. Они не раз обсуждали, что леди Жозефине претит роскошь и излишества, что если приходится посещать балы и другие светские мероприятия, то она чувствует себя там чужой и старается быстрее уйти.

Одно огорчало Елену Михайловну — Саша ни в какую не хотел общаться с леди Бейкер, и когда она в последний раз приходила к баронессе на чашечку чая, снова ушёл к себе. Но баронесса связывала это с детским эгоизмом.

В общем, Елена Михайловна решила взять судьбу брата в свои руки и представить ему такую замечательную даму. Возможно, они друг другу понравятся, и он наконец-то забудет Ирэн и передумает снова тащить в дом глупую молодую девицу.

Утром баронесса вышла проводить брата на службу и спросила разрешения пригласить на ужин подругу. Ничего не подозревающий барон согласился, даже не уточнив, как её зовут. Его обрадовало, что у всегда замкнутой сестры появилась подруга.

В последнюю неделю барон почти всё время проводил на службе, готовился к поездке к Старым горам, где располагалось большое количество железорудных заводов, поэтому сегодня обещал быть дома на ужине. Обещал не только сестре, но и сыну.

***

Леди Бейкер не знала, что надевать. С одной стороны, она ехала, чтобы соблазнить мужчину, а с другой — там была эта старая грымза, его сестра, восхищавшаяся этими ужасными чёрными балахонами, которые Жозефине приходилось надевать каждый раз, когда она встречалась с баронессой.

Поразмыслив немного, леди Бейкер всё-таки отбросила чёрное платье и надела тёмно-синее, которое хоть как-то обрисовывало фигуру. Оно тоже было без декольте, но не под самое горло, а слегка приоткрывало самое основание шеи — ту самую ямочку, которую так любит целовать Кирюша. При воспоминании о Балашове у леди Бейкер сладко свернулось внизу живота.

Ей пришлось рассказать ему, что она идёт на ужин к сестре Виленского, чтобы тот не приходил сегодня ночью.

Леди же не могла предугадать, что случится с бароном после того, как она подсыплет ему порошок, полученный от лорда Уитворта, и как это повиляет на то, где она сама проведёт эту ночь. Но ведь Кирюше этого знать необязательно, а там как получится.