История мисс Коутс

Глава 21.

Глава 21.
А деньки все летели и летели...Вот и прошел ноябрь, а соответственно, и четырнадцатый день рождения Адор.
В тот холодный и пасмурный день не было ничего занимательного. Утром Бенте встретила подругу пирожными с ванильным соусом, которые были приготовлены ей в честь Дня рождения Адор. Затем девочка, позавтракав, сходила на почту, где на этот раз мисс Макдональдам встретила ее гораздо более неприветливо, чем ранее. В этот день, как узналось позже, у нее были сильные головные боли, которые сулили перепады настроения. Мисс Макдональдам резко и недовольно вручила посылку девочке и опустила голову, давая понять, что больше не желает видеть Адор.
Придя домой и позанимавшись фортепьяно, Адор стала распаковывать подарки. На этот раз были посылки только от мамы и подружки Джин. Шарлота подарила дочери маленькие, немного позолоченные ножницы и написала коротенькое поздравительное письмецо. Джин отправила подруге небольшую гравюру с изображением ее, Адор. Рядом с гравюрой лежало послание «С Днем рождения, моя любимая Адор». Девочка улыбнулась. Но улыбка оставалась грустной: здесь не было подарка от Ирис. Адор пыталась отогнать воспоминания об умершей подруге, но получалось плохо. Вот, казалось, всего – то год назад она сидела в такой же позе, на той же кровати и также распаковывала посылки. Адор берет пакет, разворачивает, а там молочная ткань в цветочек и поздравительная открытка с подписью «от Ирис». Девочка приходит в восторг от ткани и уже рисует себе в воображении платье, в котором будет ходить и которое обязательно порадует Ирис, когда через несколько годков она вернется в деревушку Клэрон. И вот сейчас она встает, идет к ореховому шкафу, открывает его и смотрит на полку перед собой. Там лежит молочная ткань в цветочек.
У Адор навернулись слезы. Она быстро их смахнула, но продолжила смотреть на ткань. Ах, как же жаль, что теперь ее нет рядом! Наверное, Ирис сейчас сидит в пышном облаке на небесах и смотрит свысока на свою маленькую подружку, которая вспоминает все, что приключилось за то время дружбы, пока девушка была жива. Ее мысли об Ирис были прерваны зовом миссис Рут. Адор перевела взгляд с ткани на дверь и поспешила к бабушке.
Так и прошло четырнадцатилетие Адор. О том дне девочка вспоминала со смешанными чувствами. Тогда ей было грустно, обидно и…одиноко. Хотя вокруг нее кружилось столько замечательных людей, и даже Ребекка сделала ей небольшой подарок в виде розовой ленточки, все равно на душе было томно, но позже, вспоминая этот день, она понимала, что прошло все не так уж плохо благодаря шедшему за окном дождю(последнее для Адор было чем – то приятным и расслабляющим).
Но так или иначе, а дни все бежали и бежали, и вот двор уже был заполнен сугробами пушистого снега, из которого Адор и Бенте строили снеговиков и снежных баб. Последнее миссис Кендал не одобряла, поэтому приходилось строить снеговиков за коровником, куда хозяйка дома не ходила. Мистер Ходжез дал девочкам обещание, что не расскажет суровой миссис Кендал об их секрете, но за это нужно было 2 раза в неделю сгребать снег с гравиевой дорожки, что вела к дому. Адор с легкостью согласилась на сделку, пообещав сгребать снег 4 раза, вместо Бенте, которая занималась домашними делами.
Та зима выдалась поистине хорошей. Не было такого жуткого и сковывающего холода, как в прошлом году; на улице каждый день сияло солнышко, одаривая прохожих позитивным настроением. На рождественских каникулах Адор по своей новой традиции приходила к мисс Патриции и ела сырные булочки, которая та пекла лучше всех. С Бенте они готовили имбирные пряники и рождественские пироги, как и на прошлых каникулах.
После каникул Адор продолжила занятия фортепьяно. Миссис Хоггарт хвалила девочку, но не всегда. Иногда Адор сбивалась, что – то забывала или «фальшивила», как говорила учительница. Шитьем и вышиванием Адор занималась с большим энтузиазмом, чем раньше. Девочка также и не забывала про вязание, на которое у нее оставалось, почему – то, не так много времени. А что касаемо латыни, Адор перестала ею заниматься. Миссис Кендал настояла на занятиях этим языком, и настояла на том, чтобы эти занятия прекратились. Адор, по правде говоря, была только счастлива. Ей нравилось заниматься французским, и на полке с книжками появилась еще одна, на французском, которую ей подарила на Рождество миссис Рут. В этой книге были собраны различные сказки на французском языке, над которыми трудилась по вечерам Адор, сидя в гостиной с миссис Кендал и Бенте, которая что – то убирала или протирала пыль, или коротала вечернее время в своей уютной комнатке, освещая иностранные крючковатые буковки свечой.
Наступила весна. Она не отличилась особо от зимы: то же ослепительное, но уже согревающее солнце; небесное молоко с пышной пенкой в виде облаков. Снег стал быстро таять, и уже в середине апреля не было ни единого сугроба. После зимней спячки стали пробиваться растения: травки, листочки на кустиках и деревцах, маленькие крокусы, украшающие грядки миссис Кендал. Адор нравилось наблюдать за новой жизнью, которая наступала после долгих трех месяцев зимы. Но самым любимым было смотреть на покрывающуюся сочными листиками и белыми цветочками обнаженную крону яблоньки.
Ах да, вот и лето прошло. Незаметно, правда? Адор уже два месяца назад закончила второй год в школе и уже три раза участвовала в школьных спектаклях. За все учебное время Адор окончательно поладила с Ребеккой, и теперь их можно было смело назвать подругами. Шейла с миссис Эриксон уехали на морской курорт, так как где – то там, на юге, жил их родственник, дядя, кажется. Он скончался и было семейным долгом съездить на его похороны. Туда, разумеется, была приглашена миссис Эриксон, а с ней должна была поехать одна из дочерей, которой и стала Шейла. Миссис Эриксон было не на кого оставить дома – Мишель она не доверяла, – поэтому этим человеком стала ее вторая дочь, Ребекка. Как вышло ранее, Адор повлияла на отношения между мамой и дочкой, поэтому теперь миссис Эриксон тепло относилась к Ребекке и, более того, доверяла ей куда больше, чем Шейле.
На протяжении лета Ребекка не раз посещала дом миссис Кендал, куда приходила посидеть с Адор и полакомиться пирожными с ванильным соусом или забирала новоиспеченную подругу на courses, как она выражалась. Девочки чудесно проводили время, что иногда не поддавалось пониманию обеих.
За то лето Адор не раз посещала миссис Йергенсен, тетю Бенте. Женщина каждый раз тепло приветствовала ее, а после обязательного чаепития с булочками, усаживала Бенте и Адор на кресла возле камина, в который на тот момент на разводила огонь по случаю стоявшей целые дни жары, и рассказывала истории из своей нелегкой, но насыщенной жизни. Что по – настоящему удивляло Адор, так это то, что у миссис Йергенсен никогда не заканчивались истории. Сколько бы раз они ни приходили в гости, всегда была уйма новых и захватывающих или трагичных историй.
Девочка продолжала общаться с мамой и Джин с помощью писем, в которые изливала все подлинные чувства, будь они печальными, трогательными или радостными.
Адор уже 2 года не виделась с мамой и подругой и не увидится еще столько же, а может, и дольше. На последнее Адор с сожалением и тоской в душе рассчитывала, так как очень хорошо знала характер миссис Рут, которая вряд ли согласится отпустить свою воспитанницу раньше положенного времени. А когда придет положенное время, решать только миссис Кендал.