История Мрака

Глава 1. Приготовления

Звезда раскинулась над почвой,

По небу льются облака;

И светом проницает точным

Пещеры, горы и поля.

Ночной мороз ещё держался,

Тьмы не осталось и следа.

Под ветром золота окраса

Дрожит прерывисто листва.

Саванна просыпалась хмуро,

А в львиный ум сон не проник.

Они охотились, не жмурясь,

Ведь каждый кот к тому привык.

Палящее солнце саванны, пробуждающееся после длинного перерыва, хорошо согревало поверхность, хотя само еле-еле успело выглянуть из-за горизонта, однако все знали: оно обязательно отвоюет своё место на небе. Даже слишком. На Востоке, на горизонте уже виднелся золотой рассвет. Воздух пропитывался жаром и сухостью. Солнечный свет, только-только разгонявший тень, казался обжигающим как свежий змеиный укус, пронзая всё, до чего дотрагивается. Тень, мгновениями ранее окутывавшая местные реки, тропические леса и травянистые поляны, лениво уступала место свету. Вся листва начинала блестеть и переливаться, отражая яркие лучи далёкой звезды. Трава, казалось, светилась и искрила, словно пламя росло прямо из земли. Крохотные пылинки красного песка ощущались как настоящая застывшая лава.

В утренней тишине просыпались животные. Многие из них в такое время предпочтут спрятаться в своих берлогах. Насекомые не удержались и укрылись под кронами деревьев и в кустах. И только самые смелые и стойкие вышли в такой жаркий день на свободные просторы в поисках еды, воды и просто свежего воздуха. Обезьянам, резво прыгающим с ветки на ветку, птицам, начинающим свою звонкую утреннюю трель и могучим слонам, резвящимся в водоёмах, жгучая жара нипочём! Их тёплый день предвещал быть восхитительным. Для кого-то это было началом чего-то нового, а для кого-то это утро явилось завершением очередного жизненного этапа.

Тусклые лучи попали в глаза молодого льва, заставив его тут же выйти из своих воспоминаний и вернуться к настоящему моменту. Он стоял на небольшой скале, аки[1] царь, и смотрел на просыпающуюся округу, слушал энергичное пение птиц. Его шерсть блестела, а глаза сверкали, но лев был крайне опечален.

Этот день начался с поминок царицы прайда Алмазных Звёзд, той самой львицы, чьей благородностью и манерами восхищалась и которую уважала каждая разумная особь, чья доброта спасала, а жизнерадостность влекла за собой миллионы. Её благоразумие и рассудительность в долгие годы вражды и напряжения удерживали два соседствующих прайда от жестокой и безжалостной войны. Кроме того, её отзывчивость вдохновляла разумных существ из других прайдов, которые были ею покорены. Именно так она сдерживала местные группировки от междоусобиц.

— Это ужасная потеря для всего прайда, старейшина, — печально сказал самец-лев, обращаясь к своему седому сородичу. — Не только мы, но и все следующие поколения алмазных будут чтить и помнить нашу дорогую Дубравушку.

Он был молодой, мускулистый и здоровый, без единого шрама, с шерстью молочно-бурого цвета и аккуратно прилизанной назад каштановой гривой, яже[2], помимо головы, шеи и хвоста, была также на лапах и доходила до верха живота. Его пальцы были покрыты густыми волосами, которые прятали когти, и это давало возможность ловить добычу шустро и тихо. Он был совсем молодой, но очень мужественный и сильный, и весь прайд признал в нём будущего воеводу прайда Алмазных Звёзд.

Cобеседник не выражал никаких эмоций и ничуть не подавал виду своей скорби, которая, наверняка, прочно засела в его душе. Это не означало, что его сердце оставалось холодным. Он просто был не способен показывать свои чувства на публике, и это было обычное поведение для львят, которые доселе[3] не успели научиться выражать свои чувства, или для взрослых львят, которые должны были показывать свою стойкость перед сородичами или врагами.

— Не волнуйся, Мрак, я был готов к этому дню, поэтому не печалюсь. И меня не удивляет то, что лучезарники никак не отреагировали. Ни одного посла я от них не увидел. А могли бы выразить соболезнования своим же соседям, тем, кого они выгнали из своего дома и на чьей территории сейчас обитают!

Этот удивительный старый лев был чёрным, как уголь, с гривой, как у зебры. Разве что без копыт, а с обычными, пушистыми и массивными львиными лапами, весьма упитанный. И он ничего не знал о наличии или отсутствии в своём генетическом прошлом зебр или тигров. Душой он был храбр, а умом силён, и члены стаи уважали своего старейшину.

— Не понимаю, к чему вы сгущаете тучи. И действительно, от лучезарников мы не увидели ни одного посла, что могло бы быть выражением соболезнования соседям, — ответил Мрак. — Это неудивительно, что они не отреагировали, потому что они чересчур высокомерны и самонадеянны. Часто они видят себя правыми без разбора, не признавая свои ошибки. Но, ради справедливости, может у них свои проблемы, им не до нас? — предположил молодой лев, желая не отяжелять и без того нелёгкую ситуацию, что неожиданно вознеслась над красными небесами золотой саванны.

— Или они не посчитали нужным поддерживать с нами мирные отношения, или им на нас нагадить, — процедил старейшина сквозь клыки, на что получил недоумевающий и немного взволнованный взгляд своего зятя. Опережая его вопросы, лев пояснил: — Они поколениями пытаются задавить нас, думают, что мы хуже их. Но это не так! И сейчас, пока эти гиеноподобные думают, что мы убиты горем, я хочу нанести им неожиданный сокрушительный удар прямо в спину.