История "не"решительной аристократки

12. Все что угодно!

Алиса

– Нам очень жаль, что жизнь этого молодого человека вскоре прервется, – кивнул Эрэй служанке, спокойно направившись в противоположную от умирающего сторону.

Я была поражена до глубины души его отношением и действиями.

«Ты его бросишь? Серьезно?! Бросишь умирать?!»

Негодование выплескивалось за края, ведь совсем недавно я и сама корчилась от боли, понимая, что дальнейшего будущего у меня нет. Нескончаемый поток капельниц и уколов, а потом и вовсе затуманенный разум от лекарственного средства, которое начинали ставить уже тогда, когда смерть стояла в ногах, ожидая своего часа.

– Вот ваша комната, госпожа, – указала мне девушка, но я даже не взглянула на нее, отслеживая, куда отведут названого отца.

Ожидание было недолгим. Его комната оказалась соседней с моей и Ясминой.

Не раздумывая, я зашагала следом за Эрэем, переступая за ним через порог и прикрывая дверь.

– Алиса?

Его вопрос был обычным. Таким, будто он не удивлен моим поступком. Будто ждал его.

– Почему? – я тяжело дышала, крепко держа Ясмину за руку.

– Говори конкретнее, – мужчина скинул кафтан с плеч, определяя его на спинку стула.

– Почему ты не сказал им, что я…

Сбившись на полуслове, я замолчала.

«Куда я лезу? Даже если и так, даже если я действительно какой-то там магический пожиратель, то не представляю, что нужно делать, чтобы спасти того бедолагу!»

– Слушаю тебя, – кивнул Эрэй.

Он встал напротив, подталкивая к продолжению разговора.

– Что ему можно помочь! – выдохнула нервно, немного перефразировав.

Пыталась взять под контроль эмоции, но выходило плохо.

– А ты хочешь этого? – спросил у меня лекарь.

Я не спешила давать ответ, прекрасно понимая, что последствия не заставят себя долго ждать, причем как словесные, ведь сплетни о присутствии пожирателя могут разлететься, так и физические, потому что не знала, как отреагирует мое тело на лечение того парня. Мало ли, вдруг со мной что-то случится? Все-таки я не Лисия. И все же не могла просто взять и бросить бедолагу.

– О тебе пойдет слух, – чуть наклонил голову Эрэй. – Не боишься? Ты беглянка, не забыла?

Не забыла и, конечно же, боялась, но понимала, что не смогу спокойно спать, в то время как человек будет гореть в агонии. Меня совесть сожрет живьем!

Я стояла на распутье, но направление пути удалось выбрать достаточно быстро.

– Что? Все же решилась? – как-то странно улыбнулся названый отец, будто он одобрял принятое мной решение.

Не отвечая словесно, я лишь кивнула, не зная, как спросить о том, что конкретно нужно делать для исцеления парня.

– Ну, раз решилась, идем.

Подхватив Ясмину на руки, Эрэй прижал ее к себе, открывая дверь в коридор.

И вновь слуха коснулся приглушенный стон, наполненный болью.

Я семенила за мужчиной, кусая губы.

«Удастся ли помочь? Может, я переоценила свои способности?»

Сердце колотилось в груди, а волнение все усиливалось.

Мы подошли к лестнице, спускаясь по ней.

– Господа, – заплаканная хозяйка постоялого двора поспешно вытерла слезы и направилась к нам, покидая стойку. – Вы что-то хотели?

Как же сильно мне было жаль ее. Не представляла, каково это, наблюдать, как твой ребенок мучается и страдает, все ближе подходя к смертной грани.

– Да, – кивнул Эрэй, чуть отступая в сторону и открывая обзор на меня. – Моя дочь хотела бы попробовать помочь вам.

– Помочь? – в глазах пышнотелой женщины читалось непонимание.

– Точнее вашему сыну, – внес разъяснение лекарь.

– Сыну? – ее дыхание стало учащенным, а в глазах заблестели слезы. – Спасибо вам огромное, – с губ измученной бедняжки сорвался всхлип, – но помочь ему под силу далеко не каждому…

– Это нам известно, – кивнул Эрэй.

Я нервничала все больше, а вот хозяйка постоялого двора пошатнулась, хватаясь руками за стойку.

– Вы… – учащенно задышала женщина, смотря на меня. – Вы… магический пожиратель?

Столько мольбы и надежды было в ее глазах, что стало не по себе.

Скромно кивнув, я поджала губы, сходя с ума от волнения.

– Госпожа… – секунда, и дама упала передо мной на колени, – просите что угодно, госпожа…

Она стремительно наклонилась, касаясь лбом пола и не спеша выпрямляться. Ее душили рыдания.

– Все что угодно! Отдам даже постоялый двор, только спасите моего мальчика!..