История "не"решительной аристократки

14. Предусмотрительный отец

Алиса

– Бедная девочка…

Я неспешно брела по тягучему киселю, едва передвигая ногами.

Моего слуха коснулся чей-то встревоженный голос, принадлежащий женщине. Она сильно переживала за кого-то. Постоянно за что-то благодарила и от этого, что странно, у меня на душе становилось теплее.

– Ей пришлось столько вынести, – жалостливый всхлип, – чтобы спасти моего сына.

– С ней все будет хорошо, – произнес мужской голос, – не волнуйтесь…

– Но как я могу не волноваться? Она… Она та, кто подарила моему ребенку будущее. Та, кто подвергал себя пыткам ради него. Боги… Я в неоплатном долгу перед ней!

Не совсем понимала о чем речь, но было приятно слышать эти слова. Создалось такое ощущение, будто они имели ко мне прямое отношение.

Лба коснулось что-то холодное и мокрое. Я невольно поморщилась.

– Ой! Она приходит в себя! Госпожа, вы меня слышите?

«Это я, что ли, госпожа? – задумалась от прозвучавшего обращения. – Точно нет, я же не в средневековье».

Веки медленно приподнялись, и солнечный свет неприятно резанул глаза.

Первым, что увидела, это сильно взволнованное лицо знакомой хозяйки постоялого двора, принесшее за собой стремительное восполнение внезапно забытого.

«Так и есть, – подумала я, ощущая слабость во всем теле, – я не в средневековье, а вообще непонятно где. Там, где огненные волки, трухлявые князья, пьющие чужие силы, магия и какие-то темные твари… Это не сон. Я действительно здесь, теперь точно не осталось никаких сомнений…»

– Госпожа! – взволнованно задышала пышнотелая дама, в глазах которой читался нескончаемый поток благодарности. – Я так рада, что вы пришли в себя. Как ваше самочувствие? Кушать хотите? – засуетилась женщина.

– Как… – в горле при каждом звуке возникала боль. – Как ваш сын?

– Сын… – хозяйка постоялого двора всхлипнула, смахнув слезы со щек, а затем широко улыбнулась. – Благодаря вам он сможет жить дальше. Госпожа… – голос женщины дрогнул. – Вы спасли моего Лаэля. Не побоялись раскрыть передо мной свой дар. Знали бы вы, – зашептала она, борясь с потоками слез, – как сильно я вам благодарна. Готова заплатить любую цену за ваше добродушие. Просите что угодно…

– Есть одна просьба, – говорить удавалось с трудом, но я должна была это сказать.

– Слушаю вас.

Хозяйка смотрела с пониманием. Скорее всего, в ее голове она уже мысленно прощалась с постоялым двором, ведь женщина предложила отдать его, если я спасу паренька.

– Не рассказывайте никому обо мне и… – я бросила взгляд на непроницаемое лицо Эрэя, – моей семье. Не нужно, чтобы кто-то узнал о нас.

– Ко-конечно! – закивала пышнотелая дама. – Это само собой разумеющееся! А теперь я готова выслушать о плате…

– Это все… – мотнула я головой, наблюдая неверие на лице женщины. – Мне больше ничего не нужно.

– Но… – часто задышала она.

– Ты не против? – спросила я у названого отца, задумчиво смотрящего в мои глаза. – Не против того, что я не стану брать плату?

– Скажу лишь одно, дочь, – едва заметно улыбнулся мужчина. – Я рад, что не ошибся в тебе.

Вот вроде точного ответа так и не дали, но я почему-то успокоилась. Стало легче, ведь я переживала, что сижу с Ясминой на шее у Эрэя. Сейчас представилась возможность заработать, причем немало. Я даже могла отобрать у этой женщины постоялый двор и создать свой бизнес, вот только мне не хотелось этого делать. Начнем с того, что данное место мне не принадлежало. Я не вложила в него свои силы, так что и не мне им руководить. Плюс ко всему, пусть это и странно, но я дала Эрэю слово, что отправлюсь с ним. Он сделал меня частью своей семьи, спас от смерти, помог сбежать от князя… Да, я не знала, что ждет дальше и будет ли названый отец таким же добрым и понимающим, когда мы прибудем на место в его дом, но все же хотела верить в это, как и в то, что, если потребуется его защита, она не заставит себя долго ждать.

Шмыгающая носом хозяйка постоялого двора, имя которой леди Уитворт, еще несколько минут уговаривала взять золото или украшения, но я от всего отказалась. Чуть позже она оставила меня и Эрэя вдвоем.

– Ясмина… – спросила я, оглядывая комнату и понимая, что ребенка в ней не наблюдается.

– Она играет со служанкой, не переживай, – Эрэй подошел к кровати, усаживаясь на стул.

Видела, он хочет о чем-то спросить меня, и не была уверена, что могу дать ответ.

Наше молчание длилось, казалось, целую вечность, но потом оно нарушилось тихим голосом названого отца:

– У меня есть к тебе вопросы. И их много.

Я, понурив голову, понимающе кивнула.

– Твои способности и полное отсутствие информации о них… Твой взгляд на окружающую обстановку… Не соответствующая твоему магическому дару доброта и щедрость… Эти качества несовместимы с пожирателями, понимаешь?

Я молчала.

– Они злы, лицемерны и бездушны, как и не принадлежат самим себе, находясь в рабстве у самых богатых господ империи.

Мое сердце гулко колотилось в груди, а воздуха будто перестало хватать.

– Хочется спросить многое, Алиса… Но я не стану этого делать.

– Что? – ахнула я, широко распахивая глаза.

– Ты пришла в себя и это хорошо, ведь нам нужно как можно скорее уезжать. Почему ты не сказала мне, что замужем?

– Я не… – начала было, но тут же прикусила язык, вспоминая о чертовом браслете на запястье.

– Я снял его, – послышался голос Эрэя, когда я скосила глаза на руку.

– Снял? Но… как? У меня не получалось… – буркнула я.

– И не получилось бы, – хмыкнул мужчина. – Это брачный браслет и снять его могут либо супруг, либо глава твоей семьи – отец, но только в том случае, если брак не консумирован. И я рад, что тебе удалось избежать этого.

К горлу подкатил слезный ком. И вновь благодарность к названому отцу захлестнула с головой.

– Все это время, тот, от кого ты так упорно удирала, отслеживал наше передвижение….

«Идиотка! – зашипела на себя. – Нужно было рассказать Эрэю! Но я не сделала этого, потому что боялась, что он вернет меня…»