История "не"скромной синьоры

3. Всё взаправду, что ли?

Эля

Я осталась присматривать за обездвиженным длинноногим незнакомцем, пока дети отправились на поиски верёвки. Они бросали на меня странные взгляды, но я не обращала на это внимания. Всё моё существо жаждало одного — как можно скорее вернуться в реальность и покинуть это гнетущее место, где даже дышать было тяжело. Казалось, сам воздух здесь пропитан печалью и тоской, а стены насквозь пронизаны болью и тревогой.

— Лежи спокойно и не дёргайся, понятно? — шикнула я, стоя в шаге от мужчины.

Он, конечно, не слышал меня, но эти слова придавали мне храбрости. В моей руке по-прежнему находился увесистый канделябр, который я готова была использовать повторно, если потребуется.

Время тянулось медленно. Серебряный свет луны, высоко висевшей в небе, проникал через окна, озаряя помещение. Я осматривалась вокруг: каменный пол, потрёпанные обои с местами оторванными кусками, тусклые бра и старинная мебель, видавшая виды. Этот дом определённо таил в себе множество загадок.

— Интересно, когда же тебя построили? Лет двести назад? — пробормотала я, переводя взгляд на окно.

В стекле отразилась молодая женщина с тёмными, растрёпанными волосами.

— Это… — опешила я, — я, что ли? — моя рука дернулась, а вместе с ней и отражение пришло в движение. — Пф! — не смогла сдержаться, фыркнув громко, что аж сама испугалась. Нервы были натянуты до предела. — Действительно я, — покачала головой, тяжко вздохнула. — Дурдом какой-то! Длинноногое нечто, имеющее намерения похитить ребёнка, непонятный дом, дети, зовущие меня мамой, ещё и тело не мое! Просто прекрасно!

Возмущённо выдохнув, я нервно прочистила горло. Теперь не оставалось никаких сомнений — это сон. У меня совершенно другое лицо! Свободная рука скользнула по груди, талии и бёдрам.

— Да у меня всё другое! — фыркнула я, чувствуя, как становится легче. Если это сон, то чего паниковать?

Внезапно послышался топот ног. Дети возвращались.

— Мама, мы нашли верёвку! — прокричал запыхавшийся мальчонка.

Слышать, как меня называют мамой, было непривычно. Мне тридцать три, но забеременеть так и не получилось. Брак с мужем продлился пять с небольшим лет, после чего мы разошлись, каждый пошел своей дорогой.

— Умницы! — воодушевлённо воскликнула я, приступая к делу и быстро связывая руки и ноги худого мужчины.

Дети с готовностью бросились мне помогать, несмотря на явный страх. Я заметила, как они волнуются, и поспешила поскорее справиться с обездвиживанием длинноногого.

— Ну вот и всё! — довольно отряхнув ладони, я выпрямилась и встретилась с тревожными взглядами детей. — Что такое? — вопросительно подняла я бровь.

— Ты… — начала светловолосая девушка, но осеклась.

— Ты сильно испугалась, да? — взял слово мальчик.

— Есть немного, — кивнула я. — А вы разве нет?

— Я проснулся от криков, — вздохнул мальчонка. — Выбежал, а там этот, — он кивнул в сторону длинноногого, — Лилу из комнаты выводит…

— Как твоя голова? — осторожно спросила девушка, глядя на меня с волнением. — Сильно болит?

— Голова? — нахмурилась я.

«Было больно, когда меня отшвырнул тот здоровяк, и я впечаталась во что-то, а сейчас боли нет… — от промелькнувшей мысли по телу побежали ледяные мурашки. — Это не сон! Я не во сне! Я в отключке! Прямо как длинноногий!»

— Выходит, — с моих губ сорвался вздох, — вы лишь плод моего больного воображения.

Я протянула руку и погладила мальчика по волосам, глядя в его непонимающие глаза.

— Как настоящий, — улыбнулась ему.

— Сестра, маме, видимо, плохо, — заключил ребёнок.

— Покажи, где ударилась, — Лила подошла ко мне и коснулась затылка.

— Да всё в порядке, — поспешила я успокоить её, умиляясь их переживаниям.

— Кровь! — судорожно вздохнула девушка, глядя на свои дрожащие пальцы. — У тебя рана на голове! Надо обработать!

— Да ерунда, — отмахнулась я. — Не болит! А вот вам бы не стоило стоять босиком на каменном полу. Заболеете, — нервный смех вырвался наружу. — Мой мозг действительно уникален! Такое показывать, пока я без сознания!

— Мама… — в голосе мальчика звучала неподдельная тревога. — Что с тобой? Почему без сознания? Ты же здесь, с нами! Лила? — посмотрел он на сестру.

— Ой, ну что вы так переживаете? — хихикнула я. — Смотрите! Сейчас себя ущипну и ничего не почувствую! А знаете почему? Потому что это всё не-ре-аль-но, — произнесла я по слогам. Не отводя взгляда от застывших детей, с силой ущипнула себя за щёку и тут же зашипела от боли. — Какого… — ахнула я, касаясь горящего места. — Почему мне больно? Я же…

Мысли кружились в голове, как вихрь. Холодная реальность накатила со спины.

— Это что? — спросила я, задыхаясь от волнения. — Всё взаправду, что ли?..