История "не"воспитанной особы

19. Я же говорила

Эми

– Ты… Дэмия, ты… не представляешь, на что согласилась…

Лицо Амаи выглядело сильно обеспокоенным, а в её глазах читалась печаль. Она ходила по моей комнате из стороны в сторону, шурша своей длинной юбкой.

– Зачем? – принцесса прикусила левую сторону нижней губы. – Зачем ты это сказала наставнику?

Мне в какой-то степени было даже приятно наблюдать её такой. Настоящей, без всяких масок, а ещё приятнее становилось от того, что я видела искренние эмоции этой девушки.

После урока музыки был ещё один, где зачитывалась история мира. Познавательно, тем более для меня. А потом Амая схватила меня за руку и под шокированные взгляды аристократок потащила в комнату.

И вот сейчас она не могла найти себе места, становясь белее полотна.

– Ваше высочество, – я не сдержала благодарной улыбки.

– Ну что ты улыбаешься? Тебя же… выгонят… – голос принцессы дрогнул. – Я… Я не хочу оставаться одна… среди этих…

– И не останетесь, – я поднялась с пуфа, направляясь к дочери императора, что затянутым слезами взглядом отслеживала каждый мой шаг. – Я действительно умею играть на скрипке.

– Но… – всхлипнула Амая.

– И на рояле, – добавила следом, осторожно касаясь её ладони, что была ледяной.

– Но как… Как? Наставник сказал, что…

– А я ответила ему, что его информация неверная, – глядя в глаза девушки, кивнула. – Я сыграю, – хитро подмигнув, улыбнулась. – Всё будет хорошо. Не стоит беспокоиться.

И вот сейчас мы шли по брусчатой дороге вдоль живой изгороди, наблюдая подобие крытой террасы, украшенной шёлковой тканью с золотой вышивкой. Низкие резные столики со множеством пёстрых подушек возле них, высокие напольные вазы с цветами разнообразных оттенков, танцующие девушки в воздушных одеяниях… Здесь было красиво, вот только эта красота просто фонила злобой. Стоило посмотреть на ту, кто с важным видом сидела на стуле с высокой фигурной спинкой, как по коже побежала дрожь.

«Я справлюсь! Обязательно справлюсь! Главное, чтобы скрипка этого мира несильно отличалась от нашей!»

Солгу, если скажу, что не переживала. Меня едва ли не потряхивало, но внешне моя нервозность была не видна.

– Ох, там принцы!

– Посмотрите! Их высочества!

– О-о-о-о! Они само очарование!

«Вот только их здесь не хватало для полного счастья!»

– А с ними глава ведомства наказаний… У меня от него мороз коже!

– Я его боюсь…

– Тише ты, он же услышит!

Невольно усмехнувшись от пустого трёпа аристократичных куриц, я посмотрела в сторону пепельноволосого мужчины, встречаясь с ним взглядом.

Не ожидая, что он на меня посмотрит, я чуть с шага не сбилась.

Стало не по себе. Он глядел так холодно, с ничем неприкрытой угрозой, будто испытывал, проверял на прочность, заставляя струхнуть и вжать голову в плечи.

«Не дождёшься!»

Не разрывая зрительного контакта, я усмехнулась уголком губ, замечая, как Дастан едва заметно нахмурился.

– Амая, дорогая, рада тебя видеть!

Императрица, а это без всяких сомнений была она, поднялась со своего мини-трона, приветствуя дочь.

– Добрый день, матушка! – Амая присела в реверансе, а за ней и все мы, дожидаясь, когда нам будет позволено выпрямиться.

– Наставник Дэ'Мар так обрадовал меня, когда сказал, что одна из твоих компаньонок умеет играть на скрипке. Я с нетерпением жду её выступления.

Вот вроде ничего плохого она не сказала, и интонация была дружелюбной, но я не верила в весь этот спектакль. Не та. На самом деле эта женщина далеко не та, какой она себя хотела всем показать. Я не верила ей.

– Леди, прошу, присаживайтесь! – произнесла её величество. – Принесите скрипку!

«Вот так, с порога? Ну что же, и то верно. Чего тянуть?»

Уже знала, какую композицию исполню – Карлос Гардель "Потерявший голову". Она одна из самых моих любимых.

Молоденькая служанка подошла ко мне, держа в руках подушку, на которой…

«Фух! Четыре струны! Ну всё, держите меня семеро! Сейчас я вам всем устрою музыкальный взрыв мозга!»

Вскинув взгляд на мерзкого старикашку Дэ'Мара, в глазах которого читалась издёвка, я взяла в руки инструмент, поразивший своей утонченностью и изящными узорами, словно вырезанными рукой умелого ювелира.

Императрица вернулась к трону, усаживаясь на него.

– Встань в центр и можешь начинать, – махнула она рукой.

Сердце колотилось в груди, дыхание было частым.

Взгляды… Их было много и все такие разные. Принцы смотрели с интересом, Амая – с тревогой и переживанием, аристократки источали издёвку и злобу, а Дастан… О нём вообще лучше не думать. Этот мужчина, из-за которого бандит меня чуть не задушил, не вызывал добрых чувств. Хотя… Их здесь никто не вызывал, кроме Амаи.

Все расселись по своим местам, затихая, и только лёгкие порывы ветра касались моих волос и ласкали оголенные участки кожи.

Нервы были натянуты до предела.

Вдох…

Выдох…

И снова вдох…

Быстренько проверила настройку струн.

И…

Глаза медленно закрылись,а скрипка легла на плечо, принимая давление подбородка.

Рука поставила смычок под правильным углом.

Удар сердца…

Миг, и слуха коснулись первые ноты льющейся музыки, в которую намеревалась вложить частичку своей души.

Я дышала этой композицией, заново переживая определённые моменты своей жизни, чтобы проникнуться и отобразить необходимые чувства.

Вся целиком и полностью отдалась мелодии, будто впадая в транс, и очнулась лишь тогда, когда смычок отстранился от струн, завершая мою игру.

Оглушительная тишина…

Глаза распахнулись, встречаясь с шоком, написанным на лице императрицы, и растерянностью наставника, которому я так мастерски утёрла его старческий нос.

Даже смотреть по сторонам не стоило, и так знала, что аристократки сидят, раззявив рты.

«Вот видишь, – обращалась мысленно к принцессе. – Я же говорила, что всё будет хорошо, а ты переживала».